— Ну, дети мои, поздравляю, — Теплов начинает вещать, стягивая медицинские перчатки с рук. — Предохраняться не научили? Так вы бы хоть к дяде Жене обратились, я бы вам рассказал о существовании презервативов.
— Что? — как тупой, переспрашиваю я.
— Ляльку в честь меня назовете? Имя-то универсальное, и для пацана, и для девки сгодится, — он продолжает лыбиться.
— Лия беременна? — просто премию дебила мне. Но это ударило настолько внезапно, что я других слов подобрать не могу.
Она носит ребенка. Вот откуда эта постоянная тошнота, ее мучает банальный токсикоз.
Неужели Кудряшка сама не знала? Судя по ее паникующему взгляду — нет, даже не догадывалась. На секунду, всего на секунду я представляю, что это мой ребенок. Странно, но пол под ногами будто становится тверже. Во мне прибавляется сил на эту чертову секунду, потому что я теперь обязан защищать сразу двоих.
— Я не могу… Нет… — Кудряшка тихим голосом вырывает меня из анабиоза. — Нет! Этого просто не может быть!
— Ты же сама сказала, что врачом будешь, — вмешивается Теплов. — Прошляпила собственную беременность? Хотя это, конечно, еще проверить надо, но я почти уверен… — он чешет свою репу. — Короче, тест для начала сделай, а там уже смотреть дальше можно будет. Или, хочешь, возьму у тебя кровь?
— А как вы определите? — малышка явно в шоке.
— Бабке в деревню отвезу, она погадает.
— Просил же без твоего идиотского юмора, — раздражаюсь.
— Знакомая у меня есть в лаборатории, проверит быстренько. Я бы еще на железо проверил — не дело это, в обмороки шлепаться. Так что, мне расчехляться?
Он играет бровями, смотря на Кудряшку, за что вполне заслуженно получает от меня под ребра. Теплов изображает предсмертную агонию, чтобы разрядить обстановку, пока мы с Лией пялимся друг на друга, не зная, что принято говорить в такой ситуации.
Обычно я не трахаю девочек без защиты, но в тот раз просто крышу сорвало. Вообще упустил этот момент.
— Давай, — отвечаю вместо Лии. — Потерпишь, малыш?
Она кивает и вытягивает руку вперед, морщится, когда игла входит в вену. Теплов набирает пару пробирок, потом быстро заматывает Кудряшке сгиб локтя и убирает все в сумку.
— Результаты вечером. Но глаз меня еще не подводит, гарантия — девяносто девять и девять.
— Спасибо, — выдавливает из себя Лия и забирается обратно в постель.
Я выпроваживаю Теплова, прямым текстом предупреждаю, чтобы он не распространялся о девчонке в моем доме. Он понятливо кивает, не лезет в мои дела. За это его и ценят — никаких лишних вопросов, да и не трепло он. Работу свою выполняет на пять баллов.
Лия выглядит потерянной. Глаза бездумно направлены в одну точку на стене, нижняя губа закушена. На меня вообще никак не реагирует.
Она не завернулась в одеяло, так что я сразу замечаю, что одна ее ладонь лежит на животе. Пальцы растопырены, футболка под ними слегка смялась.
— Мой?
Дергается после моего вопроса. Моргает часто, как будто картинке четкость возвращает.
— Не твой, — рычит с напускным равнодушием. Храбрится.
— Врешь?
Смотрю на нее, и вдруг какая-то странная уверенность появляется, что ребенок от меня. Ну не могла она больше ни с кем, не могла.
— Влипли мы, да, Кудряшка? По полной, — улыбаюсь.
Я о детях вообще не задумывался. Тем более об их появлении в ближайшее время. Если бы мне кто-то другой такой сюрприз устроил — наверное, реагировал бы по-другому.
Что такое ответственность, я выучил уже давно. Конечно, давить бы с абортом не стал, но и радости особой точно не возникло бы. А тут прям рожу от улыбки перекосило.
Кудряшку на руках готов кружить.