Яр подхватывает меня и сажает на высокий барный стул, фиксирует его на месте, чтобы я не начала крутиться в разные стороны, и нависает, уперев ладони в барную стойку позади меня.
— Мы опять вернулись к тому, с чего начали? — спрашивает обманчиво спокойно.
Во мне снова вспыхивает злость от его самоуверенности. Почему он решил, что я спокойно смирюсь со своим статусом и буду скакать перед ним на задних лапках? Видео? Пожалуйста, какую позу мне занять, Господин?
Пусть катится к черту.
— Твоя задача — просто посмотреть в камеру несколько секунд. Думаю, этого пока хватит, — продолжает он.
— А дальше что? Ты начнешь меня резать? Сначала палец, потом ухо… — начинаю размышлять, вспоминая фильмы с похищением людей. — Ну и голову в самом конце, да?
Яр ловит мою ладонь и прикасается губами к каждому пальцу по очереди, пока я пытаюсь протолкнуть застрявшую слюну в горло. Как в один момент он может рычать на меня, а в следующий уже дарить мне нежные поцелуи, от которых тянет внизу живота?
— Я не хочу делать тебе больно, девочка Лия. Ты не понимаешь, малыш? Если не со мной, то с абсолютно чужими мужиками, которым до тебя дела нет.
— А тебе есть?..
— Не знаю.
Он проводит кончиком носа по моему виску, сплетает наши пальцы. Гладит тыльную сторону ладони, медленно, по кругу.
— Постоянно думал о тебе, пока валялся в больничке. Знаешь, сколько раз я хотел отдать приказ найти тебя? Каждый, сука, день, — тяжело выдыхает Яр возле моих губ.
— Что тебя останавливало? — шепчу севшим голосом.
— А ты не видишь, в каком дерьме я варюсь? Это моя жизнь, малышка. Другой уже не будет — слишком серьезно завязан во всем.
— Мой отец… Он может помочь. Пожалуйста, Яр, он вытащит тебя из всего этого, я попрошу его…
Я теряю тепло мужского тела. Ярослав резко отстраняется от меня, хаотично проводит ладонью по наполовину бритому затылку. Поворачивается спиной ко мне.
— Твойотец… — Яр выплевывает это слово. — Твой папаша закрыл невиновного сопляка, подкинув ему перед этим запрещенки. Пацана тормознули на дороге три недели назад, и больше мы его не видели. Ради своего сына Ринат пойдет на все. И я тоже. Рус мне как младший брат, он рос на моих глазах, таскался везде за мной. Ему восемнадцать недавно стукнуло, он еще зеленый совсем.
— Зачем моему отцу это? Я не верю… Он не мог…
— Еще как мог. Ты понятия не имеешь, что он проворачивает в своем кресле. И дядька твой такой же. Рината хотят срезать. У него активы по всему городу — недвижка, земля, рестораны, заправки. Его захотели «вежливо» подвинуть за процент, а когда не получилось — решили шантажировать сыном. Твой папаша за новое кресло продался Башарову с его шайкой, на свое место посадил родного брата, твоего дядю. Органы теперь не на нашей стороне.
Яр замолкает, позволяя мне переварить все.
У меня дрожат губы от боли и обиды на отца. Я всегда думала, что мой папа — самый честный человек во все мире, а оказалось, что он не помогает людям, а наоборот…
Или меня просто обвели вокруг пальца? Вдруг его хотят шантажировать через меня как раз из-за его честности? А всю эту историю Яр придумал лично для меня, чтобы я перешла на его сторону и предала своих родных?
— Рината давно хотели подвинуть из-за его принципов. Он не идет на беспредел, в отличие от большинства, рулит всем по совести. Это многих не устраивает, попытки были уже. Но в этот раз все зашло слишком далеко, они посмели тронуть его семью.
— Но почему я?..
— Через тебя можно надавить на твоего папашу. Мы понятия не имеем, куда они спрятали Руслана и в каком он вообще состоянии. Сына за дочь. Справедливый обмен, как думаешь? — Яр жестоко усмехается и вновь сокращает расстояние между нами. — Пацан ни в чем не виноват, Кудряшка, он тупо прилетел на каникулы, решив сделать сюрприз, и встрял по полной.
— Я тоже ни в чем не виновата… — бормочу заплетающимся языком, обнимаю себя, стараясь закрыться от Ярослава.
Он выдыхает в потолок.
— Знаю, малыш. Вы оба оказались втянуты в серьезные дела не по своей воле. Тебе никто не причинит вреда, хорошо? Я не позволю. Но ты останешься в моем доме, и это больше не обсуждается, — к концу его голос меняется, покрывается толстой прочной коркой льда.
— Я бы хотела никогда не встречать тебя. Нужно было вызвать полицию, когда у меня была такая возможность, — режу его хлесткими фразами в ответ за свою боль.
— В следующий раз, Кудряшка, хорошенько подумай, прежде чем кому-то доверять. Это может оказаться твоей самой большой ошибкой.