Грозные крики преследователей теперь доносились до них из гаоляна.
Погоня приближалась, словно стая гончих собак, обнюхавших след.
Верлов снова дважды выстрелил на воздух, делая это для того, чтобы преследователи подумали, что он дает друзьям условный сигнал об опасности.
Его план оправдался.
Эти выстрелы Лиу-Пин-Юнг действительно понял как сигнал об опасности или призыв к помощи.
Конечно, старому китайцу не пришло даже в голову, что Верлов стреляет единственно для того, чтобы отвлечь внимание на себя этим и выиграть время для спасения воздушного корабля.
Спустя несколько минут толпа преследователей окружила их со всех сторон.
С десяток ружейных стволов лишь ждало команды своего предводителя.
Верлов, словно сознавая свое бессилие и бесполезность борьбы, мрачно опустил револьвер, глядя смело в глаза своим диким победителям.
Сверкая глазами, Лиу-Пин-Юнг отделился от толпы и подошел к пленникам.
– Брось револьвер! – грозно приказал он Верлову.
Без всякого прекословия Верлов швырнул револьвер на землю.
– Попались! – прошептал яростно бонза. – Ну, теперь будет и на моей стороне праздник! Теперь вы не уйдете от меня с вашим летающим чудовищем, и бонза Лиу-Пин-Юнг сумеет выполнить волю великого Будды! О! Я покажу вам…
– Вероятно, за то, что я спас тебе жизнь? – с гордой усмешкой перебил его Верлов.
Но слова эти не смутили бонзу.
– Где ваше летающее чудовище? – спросил он вместо ответа. – Лучше сам покажи его! Все равно мы отыщем его, и, если ты не укажешь сам, я удвою твои пытки.
– А если укажу?
– Я даю клятву, что только отсеку тебе голову, а ее возьму себе в жены! – ответил китаец, в душе решивший во что бы то ни стало замучить врагов, несмотря на даваемую клятву.
Но Верлов сделал вид, что верит.
Опираясь на то, что спас Лиу-Пин-Юнга от руки Чи-Най-Чанга, он стал торговаться, нарочно затягивая время.
Китайский язык он знал в совершенстве, и все присутствующие прекрасно понимали его.
– Зачем тебе убивать меня? – говорил он. – Планы ты получишь обратно, Чи-Най-Чанг будет в твоих руках, а за нас ты получишь богатый выкуп. Я очень богат и прямо говорю, что дал бы тысячу лан тому, кто освободил бы нас от тебя!
При этой, нарочно сказанной фразе, глаза бонзы беспокойно забегали.
А что, если его дружина или часть ее примет к сведению слова Верлова?!
– Никто из китайцев не возьмет денег от слуг злого духа! – воскликнул он.
– Брось обманывать бедный народ! – сухо ответил Верлов. – Какой там злой дух? Мы, чужестранцы, придумали летающую машину из железа и шелку, а твой враг, у которого ты хотел похитить план клада…
– Молчи, собака! – взвизгнул яростно бонза. – Еще одно слово, и ты погибнешь от моего ножа!
– И откажешься от планов? – храбро рассмеялся Верлов.
– Взять их! – заревел бонза. – Вяжите этих собак!
В минуту Верлов и молодая девушка были связаны по рукам и ногам.