— Я же предупреждала, — потупившись, пробормотала Элла. — Их даже не слышно.
На верхней ступеньке лестницы, ведущей в кухню, стояла одна из сестер. Ее неподвижный взгляд был устремлен прямо на Маграт.
Говорят, каждый человек немного смахивает на какое-нибудь животное. Должно быть, у Маграт была прямая мысленная связь с неким небольшим пушистым зверьком, потому что она ощутила ужас, который испытывают все маленькие грызуны перед лицом немигающей смерти. Через угрожающий взгляд ей передавались самые разные послания: бесполезность бегства, глупость сопротивления, неотвратимость гибели.
Она знала, что ничего не может поделать. Ноги не слушались ее. Впечатление было такое, будто команды поступали непосредственно через этот взгляд и прямо в ее спинной мозг. Чувство беспомощности было почти умиротворяющим…
— Благословен будь этот дом.
Сестра обернулась куда быстрее, чем это сумел бы проделать обычный человек.
В дверях стояла матушка Ветровоск.
— Вот те на, — прогрохотала она. — Ты погляди!
— Ага, — согласилась нянюшка Ягг, появляясь в дверном проеме за ее спиной. — Я и гляжу.
— Мы просто две старые нищенки, — заявила матушка, проходя в кухню.
— Просим милостыни по домам, — добавила нянюшка Ягг. — И уж конечно, сюда попали совершенно случайно.
Они с двух сторон подхватили Маграт под локти и подняли ее над полом.
Матушка повернулась к Элле.
— А ты, госпожа?
Элла отрицательно покачала головой, отводя глаза.
— Нет, — промолвила она. — Я не могу уйти.
Матушка прищурилась.
— Думаю, это верно, — признала она. — Все мы должны идти своим путем, как считают некоторые, но не я. Гита, пошли!
— Ну, нам пора, — жизнерадостно объявила нянюшка Ягг.
Они развернулись, чтобы уходить. В дверях появилась вторая сестра.
— О боги! — воскликнула нянюшка Ягг. — Я даже и не заметила, как она вошла!
— Мы сейчас просто уйдем, — громко сказала матушка. — Надеюсь, вы, дамы, ничего не имеете против?
Она твердо встретила устремленный на нее взгляд.
В воздухе повисло напряжение.
— Гита, когда я скажу, беги… — шепнула матушка Ветровоск сквозь стиснутые зубы.
— Слышу, слышу, — откликнулась нянюшка.
Матушка пошарила за спиной и нащупала чайничек, в котором Элла недавно заваривала чай. Она взвесила его на ладони, стараясь двигаться медленно и плавно.
— Готова, Гита?
— По твоей команде, Эсме.
— Бежим!