Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как дружно запели средства массовой информации по поводу возможности нового срока президентства Б. Ельцина! «Всенародно избранный», «гарант», «демократ», «либерал»… Но не Борис ли Николаевич шерстил в «Исповеди…» «геронтологическое Политбюро» – Л. Брежнева, К. Черненко, М. Суслова, В. Гришина? Выходит, то советское «старичье» – это ужасно, а если «демократическое», наше старичье, то в самый раз, можно вопреки Конституции РФ и на третий срок.

Но Б. Ельцин в силу своей колоссальной интуиции понимал, что если политическая ситуация изменится не в его пользу, в стране появится «политическая воля», то это может привести к серьезнейшим последствиям, чреватыми не только для него лично, но и для его семьи. Тем более Генеральная прокуратура хоть и медленно, но расследованием дела «Мабетекс» уже начала «нежно щекотать» нервы лично Б. Ельцина, его жены Наины Иосифовны, дочерей Елены и Татьяны. Отсюда выход – операция «преемник».

Понимала и «Семья», что, как это ни печально, эпоха Б. Ельцина кончается. Коридор его власти все заметнее сокращался до уровня Кремля. Единственная возможность продлить его полномочия – силовая. Но в новых условиях силовые структуры вряд ли пойдут на это.

Рассматривались и другие варианты. Общая их направленность такова: если Б. Ельцину что-то помешает лично участвовать в президентских выборах, то его должен заменить наследник. Пока Б. Ельцин жив, власть он отдавать не должен, используя для этого любые формы! «За трон, – сказал один из кремлевских советников, – Борис Николаевич будет держаться цепко и до последнего дыхания».

Поэтому «Семья» лихорадочно искала преемника, особенно после первых инфарктов Б. Ельцина. Тест для него был сформулирован просто и четко, формализуя, как принято в математике, необходимое и достаточное условие: преемник должен обеспечить сохранение псевдорыночного, олигархического режима – ельцинизма, и в то же время дать гарантии неприкосновенности Б. Ельцину, его семье и «Семье».

Поиски преемника фактически начались сразу же после выборов 1996 г. Одной из первых была озвучена кандидатура Б. Немцова, переведенного из губернаторов Нижнего Новгорода первым заместителем премьера. Более того, Б. Ельцин представлял своего протеже – высокого кудрявого брюнета – Клинтону и Колю. Одного не учел Б. Ельцин – гипертрофированного «я», которое Б. Немцов выставлял и выставляет до сих пор. Его безудержная попытка пересадить чиновников правительственных структур на «Волги», откровенный огонь по олигархам и крупнейшим монополистам, банкирам, криминальному бизнесу – читай, «Семье» – просто ушли «в свисток». Окончательно Б. Немцов «провалился» на деле о приватизации «Связьинвеста» (1997), когда против него ополчились олигархи во главе с Б. Березовским. В результате Немцов очень скоро вызвал общественное отторжение. «Я устал вас защищать», – будет вынужден сказать нижегородскому преемнику Б. Ельцин[402]. Б. Немцов вывалился из обоймы не только преемников, но и государственных чиновников. «Ельцин меня бросил», – вынужден будет вскоре признать Б. Немцов и перейти по другую сторону баррикад.

Рассматривались в качестве преемников мэр Москвы Ю. Лужков, вице-премьер Н. Аксененко, пограничный генерал Н. Бордюжа. Но у каждого были минусы, не позволяющие «Семье» на ком-то остановиться окончательно. В дальнейшую обойму попали премьеры В. Черномырдин, затем С. Кириенко, Е. Примаков, С. Степашин. Это было проявление тяжелой политической болезни под названием «удержать власть любой ценой и не нести ответственности за содеянное».

О том, что поиски наследника идут, неоднократно говорил во Второй Государственной Думе «рупор Кремля», лидер ЛДПР В. Жириновский. Он усиленно предлагал принять Закон о гарантиях президенту и его семье, после чего якобы Б. Ельцин сам уйдет в отставку.

В условиях все громче звучавших в стране и в Государственной Думе требований ответственности за преступления и импичмента, а также ухудшения политического и физического здоровья Б. Ельцина «Семья» и олигархи нуждались в новом защитнике в Кремле.

9 августа 1999 г. Б. Ельцин появился на экранах телевизоров и объявил, что правительство С. Степашина отправляется в отставку и на его место назначается Владимир Владимирович Путин. Страна и депутаты Госдумы привыкли к правительственной чехарде. За 18 месяцев сменились правительства С. Кириенко, В. Черномырдина, Е. Примакова, С. Степашина и вот, наконец, совершенно неизвестный широкой общественности – директор ФСБ подполковник В. Путин.

Мы, депутаты Государственной Думы, отчетливо понимали, что подлинная причина нестабильности коренится в кризисе ельцинизма как такового. Вместо реальной смены социально-экономического курса, направленного на модернизацию экономики, проведение широкомасштабной институциональной реформы, проводилась перетасовка правительственной колоды. Следует учесть и безудержное желание олигархов еще больше откусить от бюджетного пирога и оставшейся государственной собственности.

Кандидатура В. Путина возникла не случайно. Многие депутаты помнили, что еще во времена августовского 1991 г. ГКЧП В. Путин срочно вернулся из отпуска, не стал выжидать и смотреть, чья возьмет, а встал рядом с мэром Санкт-Петербурга, одним из столпов «демократического» режима А. Собчаком. 20 августа подполковник резерва В. Путин демонстративно написал рапорт начальнику Ленинградского управления КГБ с просьбой уволить его из органов госбезопасности.

Многие депутаты также помнили, что, когда против А. Собчака, проигравшего выборы в 1996 г., в команду которого входил и В. Путин, прокуратура завела дело по обвинению в коррупции и попытались посадить, В. Путин скрытно на самолете частной авиакомпании вывез его за границу якобы для лечения. Все хорошо помнили и «дело» бывшего Генерального прокурора Юрия Скуратова, в котором непосредственное участие на стороне Б. Ельцина принимал В. Путин[403].

Эти факты, естественно, учитывались «Семьей» при выборе «наследника».

Учитывалось и то, что новый правитель будет вынужден платить по счетам. Если бы не согласие «Семьи», то карьерный офицер тайной полиции В. Путин вряд ли смог бы совершить столь стремительный рывок на вершину власти. Получая власть через «наследование», В. Путин загнал себя в удушающие объятия «Семьи». Точно по К. Марксу: «Мертвый хватает живого!»[404]

Выступая по телевидению накануне представления В. Путина Государственной Думе, Б. Ельцин сказал: «Я решил назвать человека, который, по моему мнению, способен консолидировать общество, опираясь на самые широкие политические силы, обеспечить продолжение реформ в России… Это секретарь Совета безопасности, директор Федеральной службы безопасности Владимир Владимирович Путин».

Государственная Дума РФ 16 августа 1999 г. 233 голосами при 84 против и 17 воздержавшихся утвердила внешне ничем не примечательного человека с бесцветными глазами Владимира Путина на должность председателя правительства РФ. Тогда рейтинг главы Лубянки едва дотягивал до 2 %.

В. Путин получил от президента все необходимые полномочия. В памяти народной остались слова В. Путина: «Мы будем преследовать террористов всюду. Если в сортире поймаем, то в сортире их замочим». Такая позиция резко контрастировала с вялым двоедушием всех предыдущих российских политиков, болтавшихся между войной и миром.

В это время, как известно, Россия воевала с чеченскими сепаратистами, вторгшимися на территорию Дагестана и объявившими Москве джихад (священную войну). В. Путин решил покончить с исламскими мятежниками и направил против чеченских боевиков военную силу. Через полгода российские войска, понеся большие потери, все-таки установили контроль над территорией в мятежной Чечне. На этом В. Путин снискал себе популярность в политической среде, и его рейтинг значительно вырос. Все поняли, что именно В. Путин стал реальным преемником Б. Ельцина.

За полгода до официального истечения полномочий «действующего президента», 31 декабря 1999 г., Б. Ельцин «по-загогулински» ушел в отставку. В 12 часов дня 31 декабря 1999 г. Борис Николаевич неожиданно появился на экране телевизоров и заявил россиянам о неординарной «загогулине»:

«…Сегодня я последний раз обращаюсь к вам как Президент России.

Я принял решение… Сегодня, в последний день уходящего века, я ухожу в отставку…

Я ухожу. Ухожу раньше положенного срока. Я понял, что мне необходимо это сделать. Россия должна войти в новое тысячелетие с новыми политиками, с новыми лицами, с новыми – умными, сильными, энергичными – людьми. А мы – те, кто стоит у власти уже многие года, – мы должны уйти… Я хочу попросить у вас прощения за то, что многие наши с вами мечты не сбылись. И то, что нам казалось просто, оказалось мучительно тяжело. Я прошу прощения за то, что не оправдал некоторых надежд тех людей, которые верили, что мы одним рывком, одним махом сможем перепрыгнуть из серого, застойного, тоталитарного прошлого в светлое, богатое, цивилизованное будущее. Я сам в это верил. Казалось, одним рывком – и все одолеем. Одним рывком не получилось. В чем-то я оказался слишком наивным. Где-то проблемы оказались слишком сложными. Мы продирались через ошибки, через неудачи. Многие люди испытали в это время потрясение…

Я ухожу, я сделал все, что мог. И не по здоровью, а по совокупности всех проблем (выделено мною. – Примеч. авт.). Мне на смену приходит новое поколение тех, кто может сделать больше и лучше…»

Внимательно вчитайтесь в прощальный текст Бориса Николаевича. Он «просит прощения» не за совершенные им злодеяния против собственной страны и народа, не за развал Великой Державы – Союза ССР, не за искусственное расчленение русского народа, а, наоборот, за то, что «не все успел сделать».

Когда Б. Ельцин закончил читать текст, из его глаз покатились слезы. Он достал платок и стал вытирать их. Дочь, Татьяна, подошла к отцу, взяла его за руку, чтобы успокоить и… тоже заплакала. Никогда – ни раньше, ни потом – страна не видела их плачущими, но в этот момент они прощались с самым дорогим для них – властью, удерживать которую дальше у них не оставалось сил. Мир стал свидетелем разыгранного «Семьей» домашнего спектакля передачи власти от «первого Президента России» его преемнику – 47-летнему премьер-министру В. Путину. Но в этом обращении также отчетливо просматривалось, с одной стороны, признание полной несостоятельности и опустошенности «первого Президента России», с другой – скрытый точный политический расчет.

В первых числах января 2000 г., под православное Рождество, Б. Ельцин уехал на Святую землю, чтобы в Вифлееме и Иерусалиме помолиться в базилике Рождества Христова, в Троицком соборе, и найти облегчение своей душе, просить прощения за все свои дела. Одному Господу известно, действительно ли Б. Ельцин раскаивался в сотворенном или это было продолжением инсценировки с целью вызвать сострадание со стороны православных.

Вся Россия отреагировала на уход Б. Ельцина как на долгожданный новогодний подарок. В редкой российской семье в новогоднюю ночь не поднимались бокалы за будущее страны без Б. Ельцина. Всем казалось, что и в самом деле самоустранилось одно из главных субъективных препятствий на пути выздоровления России. Российская наивность!

Суть «дворцовой» операции – «преемник», очередной «загогулины» Б. Ельцина весьма интересна. Возникает вопрос: как же Б. Ельцин решился отдать то, что составляло главный и единственный смысл его жизни – власть? Помешало здоровье? Этот шаг первоначально казался многим невероятным – чтобы «царь Борис», прошедший во власть буквально по трупам, державшийся за нее даже в полностью бессознательном состоянии, ушел сам? Такого просто не могло быть.

Рассуждения о том, что Б. Ельцин пошел на этот шаг в интересах государства, в интересах России, не выдерживают критики. Если бы он думал о стране и укреплении в ней демократических традиций, то он был бы обязан, используя все имеющиеся средства медицинской науки, дотянуть до июня, чтобы смена верховной власти происходила независимо от его воли, чтобы политическая история складывалась естественным путем. Этого момента ждали с нетерпением, ждали, когда впервые за всю историю России правитель уйдет просто потому, что закончился его конституционный срок. Когда правитель уступит место не из-за собственной смерти, не из-за революций, путчей или чужой воли, а когда на смену ему придет законно избранный преемник. В этом суть подлинной демократии!

[402] The New Times. 2007. № 12. 30 апреля.

[403] Более подробно см. ниже в главе «"Наши" прокуроры».

[404] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 9.