Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пятого октября 2005 г. экс-президенту СССР М. Горбачеву в Золотом зале ратуши южногерманского города Аугсбурга была вручена Аугсбургская премия мира за 2005 г. Он был удостоен этой премии «за большой вклад в дело мира и преодоление конфронтации между Востоком и Западом». Экс-президент СССР разделил премию мира со священником из Лейпцига Кристианом Фюрером, возглавившим в октябре 1989 г. одну из наиболее мощных демонстраций против правящего режима ГДР[352].

В этом же году, находясь в США, после получения премии «Грэмми» за участие в записи музыкальной сказки «Петя и волк» экс-президент СССР удостоился титула архонта Великого ритора Константинопольского патриархата[353].

Обряд возведения М. Горбачева в архонты от лица патриарха Варфоломея I совершил его представитель в США архиепископ Дмитрий, обязанности церемониймейстера исполнял бывший директор ЦРУ Джордж Тенет.

М. Горбачева в истории будут представлять документы и официально зарегистрированные факты. Их достаточно, чтобы он был призван к ответу по большому счету. Перед Историей. Перед народами России и бывшего Советского Союза, перед всем человечеством, потерявшим великую и уникальную Советскую цивилизацию, спасшую весь мир от германского нацизма – законного порождения Западной буржуазной цивилизации, ныне кующей цепи нового рабства народам всего мира под прикрытием абстрактных фраз о «глобализации», «новом мировом порядке», «атлантизме» и «борьбе с международным терроризмом».

В 2008 г. мировую систему капитализма охватил очередной финансово-экономический кризис, перешедший в некоторых странах в кризис политический. В новых политико-экономических условиях вновь зазвучал голос идеолога отечественной перестройки – М. Горбачева. Он призывает американских политиков к реформам: «Три года назад я сказал американским студентам: "Вам нужна своя американская перестройка". Они аплодировали стоя. А сейчас у них к власти пришел человек, который может ее начать (Президент США Обама. – Примеч. авт.). Я уже веду с ним переписку»[354].

Какие «ценные» предложения развальщика Советского Союза. Действительно, история много бы выиграла, если бы Обама осуществил перестройку в США по рецептам Михаила Горбачева! А еще лучше, если бы Михаил Сергеевич предложил Западу свои услуги – одну страну он уже развалил!

И тут же последовала реакция. В сентябре 2008 г. М. Горбачеву за его вклад в окончание холодной войны вручена медаль Свободы и прилагающаяся к ней премия в 100 тыс. долларов, ежегодно присуждаемая независимым американским Национальным конституционным центром (The National Constitution Center). Медаль вручил председатель Национального конституционного центра экс-президент США Джордж Буш-старший.

Но этого мало для великого «реформатора». В условиях мирового кризиса-2008 Горбачев считает «перестройку» «"исторически уникальным" проектом» и призывает к глобальной перестройке всей мировой системы. Главную роль в процессе преобразований должны сыграть Соединенные Штаты, пишет он в статье для The Washington Post. Именно глобальная перестройка, считает М. Горбачев, позволит миру выйти из мирового финансово-экономического кризиса.

В мае 2012 г., перед уходом Д. Медведева с поста Президента России, тайно прошло награждение М. Горбачева за особые заслуги перед Отечеством орденом Андрея Первозванного. Тихо, без прессы. Михаила Сергеевича пригласили в Кремль, где он прочитал прочувствованную речь: «Перед глазами проходит вся жизнь. Мне не стыдно за сделанное. О себе и о тех, с кем вместе четверть века назад мы решились на кардинальные реформы, могу сказать словами Вилли Брандта: "Мы старались"».

Общественность не понимает, за что благодарят последнего президента великого СССР. Орден Андрея Первозванного при царях выдавался за «никакие точные заслуги», которые «не определяются законом для достижения сего ордена, и удостоение оным зависит единственно от Монаршего внимания». Либеральная российская власть внешне относится к архитектору перестройки откровенно с сочувствием; а внутренне – это Я вручил президенту СССР орден!

Крест вам, Михаил Сергеевич, действительно придется носить. И не столько красивый немецкий, высшую награду Германии, сколько тяжелый российский.

История Горбачева еще раз неоспоримо свидетельствует, что даже самая яркая, перспективная личность превращается в ничтожество на службе грязному и неправому делу.

Завершить этот раздел хотелось бы словами Русской матери в обращении к М. Горбачеву, от всего сердца написавшей на стене стадиона на Баррикадной в те зловещие дни октября 1993 г.:

Всенародно избранный: Б. Ельцин

Б. Ельцин, заканчивая книгу «Записки президента», написал: «…Хочется верить, что большинство россиян осознают… что единственная реальная гарантия покоя – это сам президент… Так что волей-неволей придется с этим Ельциным разбираться – что за человек, о чем думает, к чему ведет? Я думаю, ответ заинтересует многих».

Правильные вопросы поставил Борис Николаевич. Однако ответы на них могут дать лишь реальные дела, которые в состоянии оценить только народ, пропуская их через сердце, в сопоставлении с другими прожитыми годами.

Б. Ельцин предлагает такой ответ: «Спокойствие России и является главной целью этого неспокойного президента»[355].

Очень значимое, весомое заявление. Попробуем оценить, какое «спокойствие» обрели граждане России в период правления «демократа» Б. Ельцина, и со своей стороны разобраться, что он за человек, о чем думает, к чему привел Великую державу?

Реформатор-разрушитель

Я обратил внимание на Б. Ельцина как на политика российского масштаба, а не только как на первого секретаря одного из обкомов КПСС, в начале 80-х гг. Произошло это заочно. В то время я работал заведующим отделом Татарского областного комитета КПСС. Свердловская область (где первым секретарем обкома и был в то время Б. Ельцин), Уральский регион в целом числились тогда среди передовых в сфере научно-технического прогресса, выпуска товаров народного потребления. В частности, свердловчане провели у себя серьезную Всесоюзную научно-практическую конференцию по ресурсосбережению. Представили основательные наработки. Их опыт был одобрен ЦК КПСС. Мы использовали его у себя в Татарии. Затем свердловчане провели еще одну неплохую Всесоюзную конференцию по товарам народного потребления, где речь шла о мерах по увеличению производства таких товаров на предприятиях оборонного комплекса. И этот их опыт мы использовали достаточно широко.

Когда Б. Ельцин был назначен первым секретарем Московского городского комитета партии, то после каждого Пленума Центрального Комитета КПСС Московский горком одним из первых проводил свой пленум. Мы внимательно изучали «Московскую правду», в которой печатались материалы пленумов Московского горкома, соизмеряли, как идеи ЦК трансформировались в низовых партийных организациях. Должен сказать, что в решениях и практике москвичей видели мы немало интересного.

В «Московской правде» нередко появлялись неординарные публикации, которые в других газетах не встречались. Достаточно откровенно обсуждались проблемы, связанные с экономической реформой, обосновывалось, что ее сутью должно быть более глубокое изменение производственных отношений, чтобы они не сдерживали ускорение научно-технического прогресса. Поднимались также вопросы реформирования политической системы.

Б. Ельцин стал инициатором идеи взаимодополнения одних регионов другими. Возможно, читатели, особенно москвичи, еще помнят осенние ярмарки, организованные в Москве. Многие республики, в том числе и Татария, открыли тогда в столице свои магазины по продаже продовольственных и промышленных товаров, произведенных на местах. И в этом находили полную поддержку у Московского горкома КПСС. Знаю, что Б. Ельцин лично руководил этим направлением работы.

Нам, партийным работникам периферии, импонировало, что первый секретарь Московского горкома часто посещал стройки, магазины, поликлиники, участвовал в создании молодежных жилищных комплексов (МЖК). Он расширил рамки партийного общения с массами, выйдя за привычную схему партийных конференций и собраний партийно-хозяйственных активов. Эти инициативы нашли широкую поддержку в Татарстане.

Конечно, Москва не Свердловск, это огромный мегаполис. Экономика Москвы во многом определяла положение страны в целом. Предприятия оборонного комплекса нашей республики были тесно связаны с московскими. Так, например, крупные объединения «Элекон», «Радиоприбор», на которых мне пришлось в свое время работать, кооперировались с аналогичными предприятиями в Москве. Поэтому мы постоянно отслеживали, что нового появлялось в промышленности столицы, повышается ли ее потенциал, внедряются ли высокие технологии. К сожалению, с приходом Б. Ельцина какой-то новизны в этих сферах мы не наблюдали. Потом, когда я ближе узнал Бориса Николаевича, стало понятным, что все его «мотания» по социальным объектам, трамваям и троллейбусам, поездки на старом «Москвиче» были элементарной показухой, игрой в популизм. Но к этой теме я еще вернусь.

А в тот период, о котором идет речь, освобождение Б. Ельцина с поста первого секретаря Московского городского комитета КПСС, в частности обнародованные на Пленуме МГК факты кадровой чехарды в партийных организациях Москвы, другие крайности, явились неожиданностью.

Памятный мне Пленум Московского городского комитета КПСС в октябре 1987 г. стал первым сигналом, пошатнувшим позитивное отношение к Б. Ельцину как к политическому лидеру и личности. Повторяю, я работал тогда в Татарском обкоме КПСС. По своему опыту аппаратной работы знаю, как можно очернить любого руководящего сотрудника, особенно снятого с высокой должности, как можно «повесить» на него всех чертей. Тем не менее, положа руку на сердце, могу сказать: Б. Ельцин вполне заслужил освобождения от должности первого секретаря Московского городского комитета партии. Безусловно, во многих выступлениях на том памятном пленуме, особенно бывших подчиненных Б. Ельцина, просматривалось много наносного, притянутого, как говорится, за уши. Но то, что за три года Борис Николаевич умудрился трижды поменять кадровый состав и горкома, и многих московских районных комитетов партии, то, что в результате произошло несколько самоубийств ответственных партийных работников, заставляло нас, партийных работников периферии, призадуматься.

Вновь фамилия Б. Ельцина прозвучала в период проведения XIX Всесоюзной конференции КПСС (28 июня – 1 июля 1988). Мы ждали эту конференцию, так как на ней предполагалось обсудить самые животрепещущие вопросы перестройки: переход предприятий на хозрасчет, самофинансирование и самоуправление, реформа ценообразования, более полное использование интеллектуального потенциала страны, реформа политической системы. Для татарстанской парторганизации вопросы, обсуждаемые на конференции, были важны еще и потому, что мы начали подготавливать перевод республики на принципы хозяйственной самостоятельности. В этом духе и было выдержано выступление первого секретаря обкома партии Г. Усманова.

Зарубежные «голоса» передали, что на конференции выступил Б. Ельцин. Его речь была достаточно продуманной. Он настаивал на «революционном» обновлении общества, которое должно начаться с самой партии, выдвинул серьезные предложения относительно демократизации политической системы. Это – запрет на совмещение должностей партийного секретаря и руководителя Советов. Это – выборность на альтернативной основе всех секретарей в партии, включая генерального. Это – ограничение двумя сроками пребывания на высших постах в партии. Это – борьба с привилегиями номенклатуры. Могу сказать, что вопросы, поднятые Б. Ельциным, активно обсуждались в партийных организациях и многие приходили к подобным же идеям. В заключение Б. Ельцин просил отменить решение октябрьского (1987) пленума ЦК КПСС, в котором его выступление признавалось «политически ошибочным». Он признал своей ошибкой, что выступил «не вовремя» – перед обсуждением вопросов о подготовке к празднованию 70-летия Октября, говорил, что остро переживает случившееся. Оставалось, правда, неясным, в чем же должна состоять реабилитация? Никакого партийного наказания на Б. Ельцина не налагалось, он оставался членом ЦК. Восстановление в прежних должностях? Но он сам настоял на отставке.

Сразу после перерыва слово предоставили члену ЦК КПСС, первому секретарю Татарского обкома Г. Усманову. Честно говоря, меня в то время удивило выступление Гумера Исмагиловича. Фактически он выступил не как первый секретарь обкома, желающий высказать свое мнение о проблемах республики, качестве и темпах политико-экономических реформ, осуществляемых в стране, а всего лишь выразил «свое удовлетворение и большую благодарность Политбюро, Генеральному секретарю Михаилу Сергеевичу Горбачеву за титаническую работу по оздоровлению всего нашего общества, за апрельский Пленум ЦК». Все же остальное было посвящено выступлению Б. Ельцина.

[352] Коммерсантъ. 2005. 6 октября.

[353] В Византийской империи титул архонта носили высшие вельможи, которые по каким-то причинам скрывали свою принадлежность к православию, но оказывали Церкви покровительство. 40 лет назад Константинопольский патриархат ввел чин архонтов для награждения особо отличившихся мирян. Архонты объединены в орден св. Андрея. Устав ордена гласит, что в достоинство архонта возводятся те, кто «испытан в православном поведении» и «верно предан поучениям Христовым, учению, канонам, бослужению, дисциплине и посланиям Церкви».

[354] Московский комсомолец. 2009. 19 февраля.

[355] Ельцин Б. Записки президента. М.: Огонек, 1994. С. 397.