изливал он «семя» в позе циркача,
книжицу сварганил с главами злословья,
Жаль лишь только, что в отсутствие врача.
Рано или поздно Николай Наседкин
с роком наказанья будет засыпать.
С ложью в «Иске» не поддавшейся соседки
психом вновь начнёт смеяться и рыдать.
Будет пьяным вновь визжать он, рот разинув,
и плевать на лунный поднебесный круг,
бить ногой нещадно двери магазинов…
Но лишится ль прокурорских он порук?
Выбраны народом были раньше судьи,
вот и проиграл сей порнографоман.
А теперь все судьи – мафии орудья,
разлагают души как «Люпофь» роман.
Враг морали чистой с навыками хама
Николай Наседкин – генератор зла,
графоман разврата, излучатель срама,
наглый даллесовец с гонором козла.
«Иски» и «Люпофи», «Джулии», «Гудбаи» –
бред кобылы сивой в стойле «Алкаша».
Ах, напрасно, видно, грязь с подонка драим,
у Niknasa туалет, а не душа.
От чего погибает поэзия?
Доровских, исполняя план Даллеса,
Возвеличил Америки «Свет»,
Разместив в литжурнал без анализа
Откровений рифмованный бред.
На растрату бюджета – рецензия:
Видя дискриминации гнёт