Дорожкина, Наседкин Бармалей
На почве плутовства сплелись и спелись.
Библиотеку Пушкина их яд
Больною сделал, не помог ремонт ей.
Всех посетителей она шлёт в Ад,
Теперь она, как смерть, бесцеремонней.
В ней зло Наседкина нашло свой дом,
И порнография здесь прописалась.
Безнравственный терпимости притон
Рад пошлости Наседкина вассала.
Как символ власти в круге воровском,
Ворует он чрез фонд при негодяе…
Наседкин Николай всегда с душком,
То пред ним Патрина хвостом виляет.
Дорожкиной спесь, Ивлиевой мглу,
Наседкина цинизм в коварстве ада
В газете сватом Марков свёл ко злу, –
Вознёс в поддержку книжного разврата.
Ценители Наседкина – смесь мата,
коррупции и зла неадеквата
порнографа Niknasa, жути НАТО
в обличье плана Даллеса и блата.
Жизнь патриотов в сумраке всегда,
Дискриминацию проводит Марков.
От банды гретой Даллесом беда,
Бюджет за низость судей – для подарков.
Изобличение Тамбовской власти в развитии порнографии
Писатель Яковлев покинул мир родной –
На доме памятную доску разместили.
Наседкин брызнул вдруг завистливой слюной,