* * *
Вэйс готовил на кухне яичницу, когда ему позвонили. Бросив Потапычу кусочек со сковородки, Алексей взял телефон. Номер был незнакомый.
– Извините, это вы Алексей Уваров, Вэйс?
– Прямое попадание, а с кем имею честь говорить?
– Я – Оля Керимова, подруга Леи Туравы.
– Я внимательно слушаю Вас, Оля, – замер у трубки Алексей.
– У Леи в Милане серьёзные проблемы, родителям говорить боится: не хочет расстраивать. Там, походу, ещё мама в больнице… В театре худрук её домогается, проходу не даёт. У Леи уже паника. У Вас знакомых в Италии нет случайно?..
– Как фамилия худрука?
– Он директор труппы, Леслав Шиманский.
– Спасибо, Оля.
– Вэйс, Вы что, реально сможете помочь?
– Да.
– Только Вы меня не выдавайте, Лея мне по секрету сказала.
– Само собой.
– Ой, Вэйс, а у меня ещё просьба… Вы программы пишите? У мамы моей на работе проблема…
* * *
Блестящий выпускник "Бауманки", Уваров иногда хулиганил на просторах интернета. Не с целью наживы: кого-то ставил на место, кому-то помогал, иногда просто шутил, позиционируя себя скорее как Робин Гуд. Тем не менее, в рейтинге хакеров России "Вэйс" стоял под грифом "особо опасный". Ему неоднократно предлагали работать на ФСБ: Уваров каждый раз ловко увиливал, сославшись на то, что уже отслужил в армии и теперь мирный человек.
После звонка Оли Керимовой Вэйс отрыл топор войны… Заварив себе крепкий кофе, сел за компьютер. Прыгнул на колени и разлёгся перед клавиатурой Потапыч.
– Говорят, Тапыч, нашу маму обижают. Ты пришёл мне помогать?
Алексей не удержался и почесал кота за ухом.
– Правильно, своих не бросаем и в обиду не даём! – прибавил он, уже активно стуча по клавиатуре.
* * *
"Серьёзная проблема Леи Туравы" проводил вечер в кругу семьи. Точнее, за компьютером. На экране Леслав Шиманский увидел значок нового письма в почте. Открыл. Это был скан письма на гербовой бумаге ФСБ России. "Г-н Леслав Шиманский! Вы обвиняетесь в преследовании гражданки России Туравы Леи Александровны, чьё имя внесено в список особо охраняемых лиц Российской Федерации. В связи с этим мы вправе применить к Вам соответствующие меры, согласно инструкции ФСБ РФ. Предлагаем Вам в двухдневный срок уладить все Ваши дела. Печать. Подпись".
Шиманский покрылся испариной. Он попробовал открыть свои странички в соцсетях: "Facebook", "My Space", "Badoo". На всех висела траурная табличка, извещавшая, что Леслав Шиманский был застрелен у ворот собственного дома, фотография Шиманского с траурной лентой, и играла траурная музыка.
К нему в комнату заглянула жена:
– Лесик! Объясни, что к чему, мне на почту пришло официальное письмо, что твоя медицинская страховка аннулирована в связи со смертью владельца.
Утром в дом Шиманских стали поступать звонки с соболезнованиями от друзей и знакомых. Потом звонили из нескольких салонов ритуальных услуг, благодарили, что воспользовались именно их услугами, заверяли, что похороны пройдут на самом высоком уровне. Оказалось, всё: гробы, венки, одежда покойного – было оплачено! Потом все эти гробы и венки стали привозить к их маленькому дому. Особенно добил директора венок "От Леи Александровны Туравы и её семьи".
Леслав не знал, как прекратить весь этот кошмар. Он боялся выходить из дома, хотел нанять телохранителя, но оказалось, что все банковские счета его, Леслава Шиманского, пусты.
Наконец, он попросил жену подогнать машину к самому крыльцу, юркнул мышью за руль и приехал в театр.
Шла обычная репетиция. Вся труппа была на сцене, готовили "Лебединое озеро" Чайковского. Все были удивлены появлением босса, про которого говорили, что он заболел.