Ещё через минуту пришла третья смс: "Мы расстались с Натали. Навсегда. Теперь ты – единственный консультант по воспитанию кошачьего ребёнка". Лея вздохнула, немного подумала и не стала отвечать…
Оля Керимова всё поняла по её задумчивому виду.
– Рассказывай, кто он?
– Оля!
– Что Оля, ты свои глаза видела?
– А что глаза?
– Они неадекватные: то грустные, то счастливые, то задумчивые! И три смс-ки за пять минут. Лея, ты, конечно, потрясающая балерина, но драматическая актриса из тебя – никакая…
– Вэйс…
И Турава рассказала Оле историю их знакомства.
– Телефончик мне его оставь.
– Зачем? – насторожилась Лея.
– Ты ж говоришь, он хороший программист.
– Говорят, даже отличный.
– Да, у мамы на фирме постоянная проблема: только создадут программу, она через 3 месяца устаревает. Замучились.
– Записывай.
И Лея продиктовала телефон.
Припарковав Сашкину Тойоту на место, Лея села в аэроэкспресс до Шереметьево . Она смотрела в окно и прощалась с Москвой. "А удивительная получилась поездка! Есть о чём вспомнить в Милане".
* * *
Дарико каждый день давала себе слово, что завтра пойдёт к врачу, и опять откладывала. Всегда здоровая, она не понимала, что с ней происходит. Второй месяц она просыпалась с ощущением разбитости. Её преследовали головокружения и сонливость. Когда она два раза упала в обморок, просто взяла отпуск и засела дома, оставив рекламное агентство на заместительницу. Но даже дома она утомлялась уже к середине дня.
Потом, позже, она с ужасом поняла: исчезли полноценные месячные, начались небольшие подкравливания. Исчез аппетит. Каждый день за компьютером она просматривала статьи: "климакс", "миома", "рак матки" – и находила симптомы у себя. Мужу, естественно, ничего не говорила. При нём она лучезарно улыбалась, а проводив, уходила в свою комнату и плакала, без причины, просто жалея себя.
Но в начале февраля и Саша стал замечать: что-то неладное творится с женой. Она подходила к нему, доверчиво прижималась, как ребёнок, словно ища защиты, молча стояла несколько минут, потом отходила. И так несколько раз за вечер. А сегодня ночью он, проснувшись, открыл глаза и обомлел: Дарико сидела и смотрела на него, спящего, нежным беспомощным взглядом и тихо плакала.
– Дэри! Ты чего?! Что с тобой, душа моя?
– Нам осталось недолго быть вместе, Саша… – тихо призналась она. – Кажется, я больна.
Наумов резко сел на кровати, включил ночник. Притянув жену к себе, усадив её на колени, мягко приказал:
– Рассказывай, я должен знать всё!
Она уткнулась в него и выплеснула то, что так долго держала в себе. Утром он отменил все дела, засунул Дарико в машину и повёз в больницу.
На следующий день ей позвонили из поликлиники:
– Турава Дарико Георгиевна?
– Да, это я.
– Пришли Ваши анализы, Вам нужно подъехать к нам. Сегодня сможете?