Анатомия предательства, или Четыре жизни Константинова: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Соловьёв, КГБэшного последним, по моей команде. Понял? – сказал капитан.

– Так точно, товарищ капитан.

Константинов услышал, как загремели решётки в купе и заключённых по одному выводили конвоиры. За окном слышался гул голосов и лай собак. Его не выводили. Постепенно гул голосов смолк. Слышны были звуки заводимых моторов. Через некоторое время к его решётки подошёл Соловьёв и ещё один конвоир. Соловьёв отомкнул её и взял Константинова под руку. Повёл через пустой вагон к выходу. Второй конвоир шёл следом. Константинов тихо, так, чтобы слышал только Соловьёв, сказал: «Валера, не забудь про обещание». «Не забуду, я в Бога верую», – так же тихо ответил ему тот. На площади уже никого не было. Пять или шесть машин с железными будками выстроились на дороге, выходящей с площади. У вагона стоял капитан, рядом с ним полковник и Червонец. Константинов спустился по ступенькам из вагона. На земле его подхватили под руки двое других конвоиров и заставили сесть на корточки.

– Константинов! – громко выкрикнул капитан.

– Громко фамилия, имя, отчество, статья и срок! – прокричал полковник.

– Константинов Юрий Иванович, шестьдесят четвёртая, высшая мера, – также громко ответил Константинов.

Капитан подал полковнику портфель и бумагу, тот в ней расписался и вернул капитану.

– Товарищ полковник, куда его? – спросил старший лейтенант, подойдя к полковнику.

– Ждите, сейчас приедет ещё одна машина, я вызвал.

– Есть, – козырнул старший лейтенант и отошёл в сторону.

– Ну что, Витёк, – громко сказал Червонец, – кончилась твоя власть? Теперь здесь власть Тимофеевича, прощай покуда, будь здоров.

– И тебе не хворать, – ответил капитан и пошёл к вагону, затем остановился и добавил: – Червонец, тебе не надоело на халяву кататься?

Не дожидаясь ответа, капитан поднялся в вагон, следом за ним два конвоира и захлопнули дверь. Константинов сидел на корточках посреди большой площади, около него стояли два конвоира с автоматами. Полковник и Червонец направились в сторону, где стоял Уазик, но в машину садиться не стали, а отошли в сторону и о чём-то говорили. Колонна машин стояла, заглушив моторы. Собак загнали в грузовик и они, выглядывая через борта, негромко полаивали. Возле одной из машин солдаты собрались в кружок и курили. Ноги Константинова от неудобного сидения на корточках затекли и ему очень хотелось выпрямить их. Он попытался приподняться, но его толкнул конвоир автоматом в бок: «Сидеть, на корточки». На окрик обернулся полковник.

– Старлей, пусть сядет, отведи к камням, – громко сказал полковник.

– За мной, – сказал старший лейтенант и пошёл к куче камней, которые были навалены на краю площадки.

Старший лейтенант был уже не молод, голова седая, высокий, крепкий, с усами. Подойдя к камням, он кивнул головой, мол, садись. Константинов выбрал камень покрупнее и сел. Рядом сел один из конвоиров, другой остался стоять. Старший лейтенант тоже выбрал камень и сел. Теперь было слышно, о чём разговаривали полковник с Червонцем.

– Тимофеевич, долго будем ждать, пора уже на хату? – спросил Червонец.

– Скоро машина приедет.

– Так может, оформишь этого при попытке к бегству, да поедем? – сказал Червонец и засмеялся. У Константинова пот потёк по спине и задрожали ноги.

– Ты, Олег, совсем на воле нюх потерял, вагон ещё не отогнали, а там Витёк за нами наблюдает.

– Да, это точно. Да и мне с ним побазарить нужно.

– Что значит, побазарить? Он будет в спец блоке сидеть. Никто с ним разговаривать не будет.

– Это точно, Тимофеевич, никто, кроме меня.

– А что за дело?

– Да сдаётся мне, что он не все деньги сдал следователю. Ещё есть схрон.

– С чего ты это взял?

– Сорока на хвосте принесла.

Они замолчали, закурили. Константинов, успокоившись, стал разглядывать полковника и Червонца. Полковник был уже в возрасте, большой, упитанный. Голова начисто выбрита. Выглядел очень солидно. Червонец же, напротив, был невысок, суховат и жилист. Чувствовалась в нём сила. И не только физическая, была ещё сила воли. Это было понятно сразу, его слово – закон.

– А что, братва меня уже ждёт? – спросил Червонец.

– Ждут, ждут. Поляну накрывают.