В плену у прошлого: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Представлять главному врачу Воронцова коллегам не было надобности. Большинство работали с Виталием Андреевичем со дня основания клиники и до его отъезда. Передача дел и ввод в курс дела заняли больше недели. Воронцов был хорошим доктором, но плохим финансистом и посредственным администратором. Этому нужно было научиться. Первое, что он сделал, оставил «старую» секретаршу. Малахов был удивлен таким выбором, но в душе порадовался. Его соратница и верная помощница осталась при деле. Бойко Светлане Федоровне было пятьдесят лет, она работала четырнадцатый год в клинике. Была хорошим специалистом, исполнителем, а главное порядочным человеком. Со вторым было немного труднее. Он начал изучать финансовые документы самостоятельно, чаще всего консультируясь с Борисом Романовичем, чтобы не выглядеть в глазах коллег «двоечником». С того времени, как Воронцов принял должность и начал работать, он стал чувствовать себя в большой семье увереннее. Отношения с хозяевами дома и детьми стали родственными и теплыми. Окончив третью четверть, ребята полетели с Невскими в Израиль. Родион оказался понятливым, и после разговора с дедом предложил Денису:

– Дэн, составишь мне компанию в обследовании. У нас город хотя и большой, но я хочу это сделать втайне от всех, даже от матери. Я не знаю, кто мой биологический отец. Может он алкаш, наркоман или, того хуже, психопат. Да и наш отец, если бабка наградила чем, мог тебе передать по наследству невесть что. Он был не настолько пьян, когда душил мою мать. Не хочешь, я все равно пойду один. Страшно конечно, но я буду уверен: здоров я или болен. Чего надо опасаться или быть спокойным за свое поколение, – говорил он, уже сомневаясь в своей наследственности.

– А как мы объясним деду с бабушкой свое отсутствие и где возьмем деньги? – спросил Денис. – Я пойду с тобой, если ты сам придумаешь, как оправдаться.

– Деньги у меня есть, а что сказать я придумаю.

Путешественники вернулись первого апреля. Денис сам не удержался и рассказал о своих тестах и анализах матери, при этом, не упоминая Родиона. Через два месяца Родион успешно сдал ЕГЭ, отметил свой выпускной, куда пригласил мать, Марину и двух дедов. Мать отказалась, и он понял причину отказа, но не смог не пригласить Марину. Он подал документы в два вуза сразу на три факультета.

– Я окончательно не определился еще. Дождусь, зачисления и потом решу, если я, конечно, не совсем тупой среди абитуриентов.

– Ты, Родион, подумай об экономике. Кому мы с твоим дедом оставим свои дела? У нас в семье одни доктора, да малолетние дети. Когда они еще вырастут? Мне помощник толковый нужен. Ты с компьютером на короткой ноге и так, а на юриста дистанционно сам выучишься, там главное законы знать. Ты же не собираешься в силовые структуры или в адвокаты?

Марина пошла в очередной отпуск и, забрав троих детей, уехала на три недели в деревню. Им потребовался всего один день, чтобы навести порядок в доме бабушки. Это был деревянный дом из двух комнат и кухни, с небольшой верандой, построенный еще до рождения отца Марины Егора Дунаева, а значит, ему было не меньше шестидесяти лет. Огород усадьбы выходил на речку, до которой было метров пятьдесят. С одной стороны жили пожилые соседи, державшие корову и кур. Проблем у них с натуральными продуктами не было, и часть их они продавали Марине. С другой стороны расположился стадион местной школы, где еще училась Марина. Траву во дворе к приезду горожан скосили. Во дворе росла черемуха и сирень, а вдоль забора заросли малины. Они давно сами выживали без ухода, но, тем не менее, плодоносили. Пять лет они приезжали сюда втроем, а последние два года Ольга Сергеевна приезжала сюда с мужем на пару дней, а Марина с детьми на две-три недели. Борис Романович отремонтировал крыльцо, заменил забор и калитку с воротами, поставил новые окна. Вся бытовая техника и утварь здесь была старая, но надежная. Дом, согласно свидетельству о праве собственности, принадлежал двум братьям Дунаевым – отцу и дяде Марины. Дядя не собирался продавать дом, и Марина спокойно могла проводить здесь летом две-три недели. Ребята с удовольствием поменяли надувной бассейн дома на купание в деревенской речке. Родион нашел себе компанию сверстников, а у Дениса была свои « братаны» и он чувствовал себя, как дома. Даже Лиза нашла себе друзей. Одним словом, ребята и Лиза не скучали, аппетит на деревенских продуктах был у всех отменным. Марина варила, жарила, пекла, стряпала. После обеда все отдыхали, а вечером встречались на речке. В выходные дни их навещал Воронцов. Три недели пролетели незаметно, и они вернулись в город.

Первого августа в университет отправились всей семьей. По этому случаю, Марина взяла отгул, а Воронцов предупредил, что он на пару часов задержится. Они ждали Родиона, вошедшего в здание, недалеко от входа. « Чего я их дурачу, когда наверняка знаю, что я есть в приказе? Да потому, что мне нравится их забота, их участие в моей судьбе. Как ты будешь, Невский, жить отдельно от них? – спрашивал он себя вслух. – Ну и где здесь фамилия Невский?

– Ты, что ли Невский? Это ни твоего отца мать убила?

– Нет. Однофамильцы. Мои живы и здоровы. Вон целым табором приехали меня поддержать, – говорил он, направляясь к выходу. – Денис, Лиза, идите все сюда. Я студент!

– Еще один нищеброд из бюджетников, – надменно сказал тот, который задавал вопрос.

– У меня денег столько, что тебе, олень, и не снилось, – ответил Родион, подхватывая на руки Лизу и целуя в щеку Марину. Он принял поздравления от Дениса и Воронцова в виде мужского рукопожатия. – Позвоним дедам и идем праздновать. Теперь, Дэн, можно и на острова махнуть.

Воронцов поздравил Родиона и поехал на работу. Родион позвонил двум дедам и матери, и с чувством исполненного долга, присоединился к компании. Было кафе, мороженное, аттракционы и парк. Они ни куда не спешили и просто отдыхали. Напряжение последних дней сменилось радостью и некой беспечностью. Никто из них и не догадывался, что Ольга Сергеевна с мужем и Варварой готовят праздник дома, на который были приглашены мать Родиона и ее отец, т.е. второй дед. После похорон Ильи, Родион встречался изредка с матерью и дедом, но с остальными, они не виделись, хотя по телефону общались. Был праздничный ужин, поздравления, и был красивый салют в честь новоиспеченного студента. Марина не держала обиды на Милену, но и задушевных разговоров не вела, ограничиваясь беседой о Родионе. Уже через четыре дня, отец Милены, Виктор Степанович, улетал с Родионом и Денисом в Таиланд, где они проведут две недели. Страну выбрали, учитывая длительность перелета и наличие прямого рейса из родного города. Теперь ребята собирали вещи на отдых, ориентируясь на местный климат и число дней.

– Дэн, тебе не кажется, что с появлением в нашей семье Лизы и Виталия Андреевича, жизнь стала другой что ли? – спрашивал Родион, глядя на названного брата.

– Кажется. Я прожил в этом доме до их появления год, и все это время случалось что-то плохое. Может, это Лиза нас вместе всех объединила? Она такая прикольная. В доме все время, как будто ожидание праздника. У мамы настроение теперь всегда хорошее. Дед, и тот с Виталием Андреевичем подружился. Мне нравится, что он меня не воспитывает и, как будто, живет с нами давно. Я все реже вспоминаю отца, с которым так и не успел подружиться, – говорил Денис, с ноткой досады в голосе.

– Хороший он мужик. Жаль будет съезжать отсюда.

– Ты собираешься уехать? Куда? – спросил удивленно Денис. – Почему? Тебе здесь плохо?

– В свою квартиру, – ответил Родион. – Мне здесь очень хорошо, но ты не забыл, что мне скоро восемнадцать и дед уже не будет моим опекуном. Пора и честь знать.

– Я не понимаю, если тебе здесь хорошо, почему ты должен уезжать? Тебя кто-то обидел?

– Я просто вырос, Дэн. Теперь я сам за себя в ответе.

– Ну и отвечай, я не спорю. Уезжать то зачем? Тебя дедушка любит, а мы все к тебе привыкли. Как мы без тебя?

Этот разговор случайно слышала Марина, пришедшая помочь ребятам со сбором вещей. Ребята смущенно переглянулись.

– Мам, я пойду к себе, а ты потом зайди ко мне. Хорошо?

– Родион, что с настроением? Я вижу, что что-то происходит, но что? Ты всегда мне доверял. Что изменилось? Присядь и давай рассказывай, что случилось?

– Мне не хочется переезжать, а надо. Не сейчас, а в октябре, – говорил он, глядя мимо Марины.

–Кому надо, сынок? Причину мне можешь назвать? Хотя я догадываюсь, – говорила Марина, обняв парня за плечи. – Тогда послушай меня внимательно. Я помню о том, что тебе через два месяца исполнится восемнадцать. Ты хочешь начать новую жизнь самостоятельно? Если хочешь уехать сам – это одно, а если просто считаешь, что должен уехать – это другое. Это твой дом, Родька, Ты здесь вырос, и он всегда будет твоим. Ты можешь в квартире начать ремонт, уединяться там с девушками, но знай, что дома тебя всегда ждут. Мы одна семья, сын, и наш дом это наше гнездо. Ты можешь вырасти, жениться, родить детей, но возвращайся в свое гнездо всегда. Ты нужен нам, мы нужны тебе.

– Марина, Вы, правда, так думаете? Но ведь дедушка теперь за меня не несет ответственности? По существу, я для него чужой.

– Выходит, и я для тебя чужая? А как быть с Денисом, Лизой? Получается, среди членов нашей семьи кровных родственников как бы и нет. И что делать в этом случае? Дело ни в том, кто, когда кого родил, а кто тебя вырастил и искренне любит. Разве после того, как мы с тобой привезли Лизу, она осталась нам чужой? Тебя кто подтолкнул к сомнениям? Мама? Поговорим об этом вечером. А для начала, сложи одну рубашку, самостоятельный ты мой, а я посмотрю. Я знаю, Варвара тебе дает уроки по кулинарии. Может, и я на что сгожусь?

За ужином семейный совет вынес решение: Родион остается в доме столько, сколько захочет сам и его комната всегда будет за ним.