– Не выдумывай. Борис Романович дал мне понять, что я живу в доме ни как бывшая жена его сына, а как дочь его жены. Будет неуютно – съедешь. В доме есть комната для гостей. Разговора между вами, в любом случае, не избежать, а Лиза тебя заждалась.
– Ты забыла, что у меня в городе не только квартира, но и тетя, которую в скором времени навестят мои родители. Загорелись прилететь в Сибирь. Говорят, что соскучились. Но я думаю, что причина в другом. Сгорают, скорее всего, от любопытства: как и где, устроился их сын? Что за семья у невестки? Что ты им там наговорила?
– Ничего лишнего. Рассказала без прикрас обо всем и всех. А еще, поговаривают, что у вас со Стрельниковой общий ребенок, которому около шести лет. Тебя там тоже ждут? Она, в мой отъезд, интересовалась твоим здоровьем.
– Марина, ты в праве мне не верить, но Лариса Стрельникова никогда не вызывала у меня не только желания, но и интереса. Дело в том, что она, мягко говоря, никогда не была разборчива в связях, а я этого никогда не принимал, хотя себе позволял многое. Слух, думаю, она же и распустила, не рассчитывая на мое возвращение. У тебя нет повода мне не доверять. Я думаю, как меня встретят?
– Ты надолго? Не думай о том, как тебя встретят, а подумай, что ты будешь делать дальше.
– Больничный лист у меня до двадцать пятого января, потом, при необходимости, я могу оформить отпуск. За это время мне нужно найти работу.
– Собираешься вернуться сюда? Ты обо всем и всех хорошо подумал? А как же Москва?
– А ты против моего возвращения? А эти слова в лифте? А твой прилет в клинику? Все это было из сострадания?
– Все было, Воронцов, от чистого сердца. Немного зная тебя, я могу предположить, заметь, только предположить, что пока ты не встанешь крепко на ноги, ты не поведешь меня под венец. А я не хочу долго ждать.
– Тебе не придется ждать. Я откровенно поговорю с твоей семьей и думаю, мы найдем компромисс. А в каком городе мы будем жить, теперь зависит не только от меня.
Была бурная встреча отца с дочерью, гулявшей во дворе с дедом Пашей и наряжавшей елку, растущую за домом. Были показательные выступления съезда с ледяной горки и экскурсия по саду и двору, которая плавно перешла на показ комнат в доме с короткими комментариями, знакомство с игрушками и книжками, доставшимися ей в наследство от Дениса. Только через полчаса Лиза позволила отцу познакомиться с хозяйкой дома и членами семьи, которые наблюдали эту картину. «Не трогайте ее. Стрекоза скоро угомонится», – говорила Ольга Сергеевна внукам.
Воронцов познакомился с хозяйкой и Денисом. Пожал руку Родиону, с которым был уже знаком.
– А я Вас помню, – сказал Денис, ответив на рукопожатие. – Вы приезжали к нам в деревню. Ваша машина мне казалась такой большой, блестящей и красивой. Мы с Вами еще на речку ходили.
– Хорошая у тебя память. Шесть лет прошло. Как учеба? Как с хоккеем?
– В школе без троек, а хоккей можете оценить уже третьего числа. У нас городской чемпионат будет проходить. Придете?
– Раз приглашаете, приду обязательно. Я не особый знаток, но поболеть люблю.
Воронцов, держа Лизу на коленях, проговорил с ребятами минут сорок, отказавшись от кофе и чая.
– Лиза, покажи папе, как и где ты устроилась, – попросила Марина дочь, и теперь следовала за ними в спальню. – Здесь было раньше, что-то вроде кабинета, но при строительстве, я думаю, предполагалась детская комната. Это очень удобно, пока ребенок маленький. Ну как?
– Как в замке принцессы. Тебе, дочка нравиться?
– Мне очень нлавится. На кловати я сплю, а на диванчике мы с мамой и бабушкой читаем сказки. Ты видишь, папочка, сколько у меня новых иглушек. Мне их подалили Лодя и Деня. А еще у меня есть наш планшет, там много игл и мультиков. Я сейчас плиду.
– Марина, Лиза нашла со всеми общий язык?
– Нашла. Она дружит даже с Варварой и ее мужем, но тебя ждала с нетерпением. Скажи откровенно: тебе спокойнее будет жить в этой комнате или в гостевой?
– Я с удовольствием бы поселился рядом с тобой, но давай подождем решение твоей семьи. Я такой счастливый, Маринка, девочка моя. Неужели и на моей улице наступит долгожданный праздник? А какой я гордый. Мужики, рассказывая о твоей работе, называли тебя «второй Воронцов». Меня прямо распирало от гордости, – говорил он, обнимая Марину.
– Смотри не лопни, – шутила она. – Мне мужики тоже многое поведали, правда, с большим опозданием. Не надо на меня так смотреть. Я теперь точно знаю, за чей счет училась и кому обязана теплым местом. Спасибо тебе. Ты придумал хороший план, но не продумал его до конца. Шесть лет – это тебе наказание за твою оплошность в расчетах.
Глава 11
Вернувшийся с работы Невский, познакомившись с Виталием Андреевичем, пригласил его в кабинет. Он не знал, что скажет гостю конкретно, не зная о его планах, но поговорить им было необходимо.
– Виталий Андреевич, как выше здоровье? Я хочу, чтобы Вы были со мной предельно откровенны.
– До полного восстановления мне нужен месяц, два. Сейчас у меня больничный лист, потом отпуск. За это время я должен найти себе работу. Хочу вернуться в профессию, но не знаю, смогу ли. В отношении Марины у меня самые серьезные планы. Только она ждать не хочет, а я не могу свалить свою неустроенность ей на плечи. У меня есть хорошая квартира в городе, но я не знаю, когда ее могут освободить. Она шесть лет эксплуатируется моей тетей. Я не могу нарушать идиллию в вашей семье, а как мне по-другому поступить не знаю.
– Марина хотела съехать из этого дома, но я уговорил ее остаться. Уедет она, забрав Дениса, а следом съедет Родион. Съедет не к матери и деду, а к ним. Оленька не оставит мальчишек, значит, будет разрываться между мной и ими. И что это будет за жизнь? Теперь Лиза. Она привязана к тебе, но она и Марину полюбила. Как с этим быть? Ты думаешь, мы не сможем ужиться одной большой семьей в этом доме? Гордость и гордыня, разные понятия.
– Вы говорите искренне? Вы не против того, что я буду жить с вами под одной крышей? Это, как-то неправильно, мягко говоря.