И решительно заявила:
— Виктор Феликсович, дело в том, что… мы не проходили такие темы в школе. И на вступительных экзаменах ничего подобного не было. Мы не сможем это решить.
Феликс ехидно усмехнулся.
— Вы говорите только за себя, студентка Пимочкина?
Он поднял со стола полученные от меня листы, потряс ими, демонстрируя нашему комсоргу.
— С вами не все согласятся.
В просвете между его усами и бородой появилась кривая ухмылка.
— Мы ничего похожего не решали! — заявил Аверин, не вставая с места. — Эээ… я такие задачи вижу вообще впервые в жизни. Не было такого в школе! Точно вам говорю!
Старосту и комсорга поддержал нестройный хор мужских и женских голосов. Студенты зароптали. Зашуршали листами. Скрестили взгляды на лице преподавателя. Попеленский нахмурился. Заглянул в мою письменную работу. Повёл бровью. Резко обернулся; поправил оправу очков — уставился на доску. Замер. В аудитории воцарилась тишина. Первокурсники выжидающе смотрели теперь уже на спину преподавателя. Мне показалось: некоторые студенты перестали дышать.
Я не двигался с места: ждал, чем разрешится ситуация — из любопытства.
Попеленский сунул в рот палец, прикусил ноготь. Выглядел он растерянным, смущённым. Вновь опустил взгляд на исписанные мной страницы — приподнял брови (удивился?).
— Да, действительно, — произнёс Феликс.
Бросил взгляд поверх голов студентов.
— Эти задачи я приготовил для второго курса.
Он шагнул к своему столу, заглянул в лист, с которого Аверин переписывал на доску задания.
— Точно — для второго, — сказал Виктор Феликсович.
Постучал пальцем по карману, в котором пряталась пачка папирос.
— Как же так получилось…
Бросил мою самостоятельную работу на стол, потянулся к портфелю. Извлёк из него лист, похожий на тот, с которого Слава переписывал на доску задачи. Хмыкнул, показал лист студентам.
— Вот ваши задания, — сказал он. — Староста!
Жестом поманил Славку к себе.
Аверин резво выбрался из-за парты, поспешил к преподавателю.
— Сотри всё с доски, — сказал ему Феликс. — Напиши вот это.
Слава рванул к доске выполнять распоряжение Попеленского.
Виктор Феликсович посмотрел на студентов.
— Не думайте, что вам не придётся работать, — сказал он. — Задача у вас та же: десять заданий до конца второго урока. А вот времени осталось не так много. Вы сами в этом виноваты: почти полчаса смотрели на доску и не могли догадаться, что произошла ошибка. Так что действуйте. На вашем месте я бы не вертел головой, а начинал решать задачи.
Он поправил очки и всё же достал папиросу.
— Виктор Феликсович, так я могу идти?
Феликс посмотрел на меня с удивлением — будто только сейчас впервые заметил.
— Студент…