Около упавшей Витькиной калитки они столкнулись с Петром.
– Ну вы даете, – изумился фермер. – Ночь на дворе, а вы все кругами по деревне ходите. Говорю же, по реке искать надо! Сергеич, ты сам подумай – как иначе-то? Машин чужих не было… – Он начал загибать пальцы для лучшей доходчивости аргументов.
– И я ему говорю, давай по деревням поедем, что вдоль реки! – перебил фермера Холмс с неожиданным энтузиазмом и с размаху встал Волкову на ногу. Тот сжал зубы и страдальчески скривился. – Народ опросим, кто-то что-то наверняка видел… Так он же упертый, как баран! Говорит, последний раз попытается – завтра отряд приедет со спецоборудованием, чтобы подземные укрытия искать. Есть такой в ФСБ, оказывается.
– Искали же! С собаками тоже… Не нашли ничего! – опешил Петр и оглядел их одного за другим растерянными глазами. – Лучше по реке… Хотите, завтра подвезу вас на машине?
– Не слушает, никого не слушает. – Холмс скорбно покачал головой. – Отец, оно понятно. Такое горе. Идем, Сергеич, идем, дружище. Завтра новый день, глядишь, найдет спецотряд твою Анюту.
Холмс приобнял Волкова за плечи и повел, как раненого бойца. Молчаливый Ватсон замыкал шествие.
Едва они отошли подальше за кусты сирени, Волков свирепо скинул с плеча утешающую руку и развернулся к Холмсу:
– Это что сейчас было? Какой спецотряд ФСБ, Шерлок? Что за чушь?
На лице Ватсона был написан тот же вопрос, но в гораздо более жесткой формулировке.
– Терпение. Солнце почти село, – Холмс прищурился на бледную полоску неба над верхушками деревьев, – нам надо успеть подготовится.
– К чему? – не выдержал Ватсон.
– К встрече с призраком, разумеется.
Опять накрапывал дождь, мерно шурша по плотной листве и скрадывая другие звуки. Ветер покачивал ветки кустов и деревьев. В шевелении теней разглядеть что-либо было сложно. Ватсон всматривался до боли в глазах, и ему мерещился то крадущийся зверь, то проступающий из тьмы человек.
Похолодало, и Ватсон по достоинству оценил русскую теплую куртку, которую в деревне называли «ватник». Без ватника он бы долго в засаде не выдержал. Второй бедой были комары. Они, радостно звеня от предвкушения, слетелись со всей округи. И, поскольку бить комаров запрещалось из-за конспирации, а терпеть их укусы не было никакой возможности, Ватсону оставалось только бешено крутить головой. Комаров это не то чтобы отпугивало, а скорее развлекало.
– Тихо, Джон, – раздалось у самого его уха. – Ты сопишь и елозишь, как енот. Осталось недолго.
Ватсон раздраженно оглянулся на смутное темное пятно.
– Откуда ты знаешь? Мы сидим в кустах уже два часа! Договорился с призраком?
– Именно, – начал было Холмс, и тут же Ватсон почувствовал сжавшую его плечо сильную руку: – Вот он!
Призрак внезапно вынырнул из глубокой тени возле дома Витяя и скользнул через поляну к кустам шиповника в конце участка. В безлунной темноте его фигура походила на высокого черного монаха в остроконечном капюшоне. Ватсон почувствовал, как подобрался для броска Волков.
Призрак приблизился к кустам, слился с ними на миг и… пропал.
– Сейчас! – рявкнул Холмс и выскочил на поляну. Волков оказался быстрее, достиг кустов первым и заметался – призрака нигде не было. Холмс вскинул руку:
– Тихо! – Все замерли и тут же увидели чуть заметную полоску света, струящегося из-под земли. Ватсон упал на колени и больно стукнулся о дощатую крышку, прикрытую слоем дерна. Пошарил вслепую руками, ухватился за чуть выступающее из травы железное кольцо и рванул за него. Люк распахнулся, словно вход в преисподнюю, желтый свет хлынул столбом в ночь. В этот столб стремительно прыгнул Волков. Холмс и Ватсон ссыпались по ступенькам крутой лесенки-трапа.
Монах в капюшоне склонился над широкой деревянной лавкой у дальней стены землянки и закрывал собой то, что сжимал руками. От напряжения его плечи бугрились под блестящей тканью, как сломанные крылья.
Волков яростно схватил черное плечо, но пальцы со скрипом соскользнули с прорезиненного плаща. Его удар пришелся в пустоту – призрак плавно поднырнул под руку майора и мощным толчком в грудь отбросил Холмса к стене. Ватсон успел сделать всего пару шагов от лесенки, и друзья загораживали ему обзор. Призрак возник прямо перед ним, и Джон на мгновение ослеп от удара в лицо. Ему показалось, что голова взорвалась, и боль брызнула во все стороны горячими каплями.
Монах, подхватив полы длинного плаща, преодолел трап и канул в ночь. Следом метнулся Холмс. Волков бросился к груде тряпья на лавке, из которой безвольно свешивалась вниз маленькая нога в желтом носке.
– Жива? – хрипло крикнул Ватсон. – Я присмотрю!
Майор сделал пару медленных шагов, стукнувшись плечом о бревенчатую стену. Потом сорвался с места, в два прыжка пересек землянку и взлетел по лесенке.
Ватсон, придерживаясь рукой за стену, добрался до лавки. Девочка прерывисто дышала. На бледной коже шеи уже проступали бурые гематомы – следы от душивших ее пальцев. Между неплотно сжатых ресниц поблескивали белки закатившихся глаз. Девочка была без сознания, но жива. Джон перевел дыхание.
Расстояние между Холмсом и похитителем быстро сокращалось – бежать тому мешали тяжелые резиновые сапоги. Уйти он не мог. Шерлок поднажал еще, примериваясь к прыжку.
– Холмс!