Список немыслимых страхов: читать начало книги онлайн

Я лихорадочно мотаю головой и хочу уже протянуть к ней руки и дотронуться до нее, но в последнюю секунду спохватываюсь и засовываю ладони под мышки, скрестив руки на груди.

– Вовсе нет! Пожалуйста, продолжайте.

Мэри смеряет меня взглядом и откидывается на спинку стула.

– Блэкрик просто деспот в том, что касается чистоты, распорядка и правил. Он хочет всё держать под контролем. Считает себя борцом с эпидемиями, прямо как тот злодей, что упрятал меня сюда, – Джордж Сопер. И знаешь, как твой отчим получает результаты для управления здравоохранения? Ставит опыты.

Осознав ее слова, я вытаращиваю глаза.

– Но… но эти медсестры, если они были здоровы, зачем ему…

– Это я здорова! – выкрикивает Мэри. – Он ставит опыты на мне! Представляешь, мне хотят вырезать желчный пузырь. Они всё пытаются добиться моего согласия на операцию. Мне прописывали уже столько лекарств, что я со счета сбилась. Хуже всего был уротропин – я чуть не умерла. – Мэри показывает на свой левый глаз. – Ты знала, что полгода я так сильно горевала, что у меня развился нервный тик? А этот глаз совсем обездвижел! Но это врачи не лечили. Я исцелилась только по милости Божьей.

От потрясения я не могу вымолвить ни слова и только хлопаю глазами, затем смотрю на Царапку. Он не сводит пристального взгляда с Мэри, его длинный хвост распушился от основания до кончика. Сделав несколько глубоких вдохов, Мэри немного успокаивается.

– К тому же с чего ты взяла, что пропавшие медсестры были здоровы? Здешний персонал тоже заражается. У них нет иммунитета. А когда его же собственные медсестры заражаются теми болезнями, с которыми он должен бороться… Что ж, это плохо отразилось бы на нашем дорогом докторе, ты так не считаешь? Это еще одна причина, почему женщина может стать жертвой.

У меня бешено колотится сердце. Все мои мысли – о маме, но каким-то образом мне удается выдавить:

– Так вы думаете, он… убил их?

Мэри пожимает плечами.

– Смотря что подразумевать под убийством. В любом случае, если бы кто-нибудь умер во время опытов доктора Блэкрика, ему бы пришлось избавляться от улик. И это объяснило бы, почему пропали медсестры.

Несмотря на охвативший меня ужас, я вдруг понимаю, что во мне затеплилась надежда.

– Значит, есть доказательства его вины! Доказательства, которые я смогу показать маме. Но где искать?

Мэри постукивает пальцем по подбородку.

– На острове, разумеется. Перевозить тела в другое место слишком рискованно.

– Здесь есть кладбище? – спрашиваю я.

– Да, крошечное. Но оно временное, и к тому же было бы довольно опрометчиво закапывать там тела, правда ведь?

Я киваю и, сглотнув комок в горле, набираюсь храбрости спросить:

– А что, если он сбросил их в океан?

Мэри пару секунд обдумывает мою версию.

– Но тогда бы с приливом скелеты вынесло на берег.

Я неуверенно пожимаю плечами и едва не ляпаю, что это ее обвиняют в чужих смертях, а не меня, но чувство самосохранения срабатывает, и я вовремя прикусываю язык.

– Ты знаешь о катастрофе «Слокама»? – спрашивает Мэри. – Ты совсем маленькая была, когда это случилось, да и меня сюда еще не отправили, но говорят, что останки утопших до сих пор выносит приливом на берег Норт-Бразера.

В голове у меня мелькают картинки – всполохи пламени, черный дым, – и я пытаюсь отогнать непрошеное трагическое воспоминание.

– Да, я знаю про «Слокам». Но если не в океане, то где? Что бы мой отчим сделал с телами?

Мы замолкаем. Размышляем. Царапка вытягивает передние лапы, выпуская грязно-желтые когти. Неожиданно Мэри выпрямляет спину. В ту же секунду я вспоминаю огромные ящики с лабораторным оборудованием, привязанные к паромной палубе рядом с нашим багажом.

– Лаборатория! – одновременно восклицаем мы.

– Зачем прекращать опыты после смерти подопытных? – говорит Мэри. Глаза у нее зловеще блестят.