— Да, тыковка?
— Папа… спой песню! — сказала Тина. — Пожалуйста, спой для меня ещё раз.
Том не хотел. Бог знал, что он больше никогда не хотел слышать эту чёртову песню.
Но он всё равно это сделал… хотя бы для неё.
ПОД ВЕТВЯМИ
В это Рождество дети хотели живую ёлку, а не искусственную с чердака. Для этой просьбы была веская причина. Их отец, который девять месяцев отсутствовал, служа своей стране, приедет домой на каникулы.
В тот субботний день Ким Баллард отправилась на её поиски, и её дочь Джордан и сын Дэнни настояли на том, чтобы поехать с ней. Ей хотелось верить, что это потому, что они хотели устроить небольшую рождественскую прогулку со своей мамой, но на самом деле она знала, что они хотели убедиться, что она выберет правильную ёлку. Для папы она должна быть абсолютно идеальной. Все знали, что он это заслужил после столь долгого отсутствия.
Они взяли у Ника большой Dodge Ram, потому что хотели как минимум семиместную машину. Первым местом, которое они посетили, был участок с деревьями на Каштановой авеню в Пайксвилле. Ким обнаружила, что выбора там мало. Большинство из них были ниже шести футов, и многие уже потеряли бóльшую часть своей зелени. Кроме того, владелец участка, капризный старый пердун по имени Элмер Гант, хотел от девяноста до ста двадцати долларов за дерево, которое должно было умереть ещё до Рождества. Ким не собиралась тратить деньги на то, что было бы стыдно взять домой.
— Иногда люди продают деревья прямо на шоссе, — предположила Джордан. Четырнадцатилетняя девочка была точной копией своей мамы: высокая, белокурая и худющая, как ива. — Может быть, мы сможем купить хорошую там дешевле, чем в городе?
Ким согласилась. Они покинули пределы города и направились на юг по сотому шоссе, к реке Камберленд. Они заметили человека с прицепом для лошадей, который продавал несколько деревьев и омелу, которую он подстрелил с вершины дерева из дробовика… это более безопасный способ собрать высокорослую растительность, чем карабкаться вверх и рисковать сломанной шеей. Но деревья были слишком сухими, а омела изрешечена картечью, поэтому они продолжили путь.
Когда они достигли моста через реку Камберленд, где высокие утёсы возвышались над бурлящей внизу водой, они заметили старый пикап, припаркованный с другой стороны, и около дюжины деревьев рядом с ним.
— Я думаю, нам повезло, — сказала им Ким.
На полпути через мост Джордан посмотрела на мать.
— Э-э-э, мама… мы уже почти приблизились, не так ли?
Ким знала, что она имела в виду.
— Не волнуйся. Мы не перейдём черту, ну или как-то так. Я просто собираюсь посмотреть, что этот человек может продать, и мы отправимся домой.
Дэнни оторвался от телефона и игры в Mortal Kombat.
— Что? Ты говоришь об округе Страх?
— Конечно же, о нём, тупица! — рявкнула на него Джордан.
Её десятилетний брат рассмеялся.
— Ты действительно веришь во всю эту чепуху? О том, что это самое зловещее место в штате Теннесси?
Его сестра пожала плечами.
— Эй, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.
Они добрались до другой стороны моста и свернули на обочину шоссе, припарковавшись за грузовиком — старым Ford, вероятно, середины семидесятых годов. Кузов автомобиля был заражён ржавчиной, а его шины были забрызганы глиняной грязью, красной, как кровь.
Все трое вылезли из Dodge и подошли посмотреть, что у него есть.
— Привет, — сказала Ким с улыбкой.
Мужчина — невысокий, темноволосый, небритый, одетый в линялый комбинезон, фланелевую рубашку и шапку-ушанку — кивнул им, прислонившись к стене кузова грузовика.
— Привет.
Ким шла вдоль ряда деревьев, рассматривая каждое из них. Все они были сочными, зелёными и только что срезанными, их ветки были сложены и стянуты толстой бечёвкой.
— Хорошие, — сказала она.