Когда до Юэля доходят эти слова, голова у него идет кругом. До сих пор он не позволял себе осознать, какие серьезные проблемы связаны с загадкой вокруг мамы. Жизнь. Смерть. Все, что между ними. Все, что после.
Юэль закуривает. Замечает, что руки трясутся.
Нина тихо плачет. Юэль хочет обнять ее, но не представляет, как она отреагирует. Между ними почти никогда не было физического контакта, даже тогда, когда они были лучшими друзьями, не считая ночей, когда они спали вместе. Темнота и притворный сон здорово это облегчали.
– И что мы будем делать теперь? – спрашивает Юэль и глубоко затягивается.
Нина допивает виски и встает. Пошатываясь, задвигает стул:
– Сейчас я поеду домой.
– Уверена? На дорогах темно, а на велике нет фары. Нина кивает. Юэль оставляет попытки переубедить ее. – Я провожу тебя до сарая, – предлагает он.
Они выходят в прихожую. Нина берет рожок для обуви, висящий на шляпной полке, и надевает кеды.
– Если это твой папа… – говорит она. – В таком случае мы, пожалуй, можем с ним поговорить.
Она открывает дверь, и кажется, что в дом снаружи вваливается темнота.
Юэль уже знает, что этой ночью не уснет.
– Думаешь, мы бы получили ответы? – спрашивает он.
Как будто Нина может это знать!
– Если это Нильс, то он ведь уже с нами разговаривает, – отвечает она. – Может, мы выясним, чего он хочет.
Нина
Голова болит так, что, спускаясь по лестнице, Нине приходится держаться за перила. Она останавливается на кухне и выпивает два стакана воды подряд. Желудок сжимается, угрожая выбросить все обратно. Нина ждет, пока это ощущение пройдет. Наполняет стакан еще раз и кладет туда аспирин и шипучую таблетку витаминов. – Маркус?
Она берет стакан и идет по дому, снова зовет мужа. Надевает босоножки и выходит в сад.
– Маркус?
Он полулежит в одних трусах на шезлонге на заднем дворе. Читает детектив. Когда Нина становится перед ним, он медленно опускает книгу.
– Ты же намазался солнцезащитным кремом? – спрашивает Нина. – Сейчас середина дня.
– Знаю. Я проснулся несколько часов назад.
Маркус снова поднимает книгу. Листает страницы. Плохой актер, который притворяется, что его захватил сюжет.
– Ночью я вернулась поздно, – говорит Нина.
– Я заметил.
Нина потягивает шипучий напиток. Вдруг ее поражает мысль, что осуждающий взгляд, которым, как ей казалось, Юэль будет смотреть на ее жизнь, возможно, на самом деле принадлежит ей самой.
Солнце припекает. Обжигает плечи, превращает волосы в горячую шапку на голове.
– Чем ты так недоволен?
Маркус закрывает книгу, оставляя внутри палец как закладку. Поднимает спинку шезлонга:
– Я звонил в «Сосны» около полуночи. Тебя там не было.