Вышли, я спрашиваю:
– Не поняла, если ты не верующий, зачем мы зашли?
– Почему не верующий? Я верующий.
– Но ты даже не крестился!
– Когда я крещусь, то чувствую, что лицемерю. И злые чувства у меня. Смотрю, а сам думаю: мишура, позолота, фальшь, Богу надо скромнее служить.
– Согласна на все сто, но не нам решать.
– Это правда. И все внешнее – ерунда, не надо обращать внимания. Но я обращаю. Из-за этого мне и стыдно. А ты, значит, православная?
– Конечно. Православие, самодержавие, народность – наше все.
– Смеешься? А я вот всерьез считаю, что власть от Бога. Наказание нам. И протестовать против наказания бессмысленно.
– Господи, да эта власть скоро сдуется или сама себя съест, я вообще об этом не думаю!
– А я думаю. У меня много злых мыслей. Поэтому я не могу воцерковиться. Там же – исповедь, причастие. Если я скажу батюшке, что думаю, он меня к причастию не допустит. И к дьяволу пошлет.
– А что за мысли? Если вкратце?
– Что Бог един для всех, а разделение на религии люди придумали.
– Теория известная. И?
– Но люди все-таки объединяются в группы. Возможно, они ошибаются в своих религиях. Но не боятся заблудиться. Не боятся быть глупыми, довериться Богу. А я, получается, умней всех. Это гордыня.
– Ладно. Гордыня ужинать не мешает?
– Я же не аскет какой-то. И не надо смотреть на меня как на ненормального. Я очень нормальный. Даже слишком.
– Что слишком – это точно.
Заехали в одно местечко с танцполом. Поужинали, я позвала его потанцевать. И в близком контакте чувствую, что мальчик-то мой – не мальчик, а еще какой мужчина. Мужчинище! Очень, знаете, ощутительно. Он отодвигается, а я нарочно – к нему. Он говорит:
– Дразнишь?
– Конечно.
– Это моя беда. Не могу удержаться. Неконтролируемая реакция.
Твою-то мать, девушки, вы это слышали? Другие виагру пьют горстями, чтобы появились признаки жизни, а для него, видите ли, беда!
Ладно, поехали домой. Я приняла душ и приняла меры, чтобы заснуть спокойно, ну, вы понимаете, сама себя приласкала, сироту. И легла. Вижу третий сон Веры Павловны и что-то слышу. Просыпаюсь, он сидит рядом и смотрит.
– Ты чего?
– Любуюсь. Ты прекрасна.
– Знаю. Спать не пора?
– Не могу. У меня не только злые мысли, у меня еще и грязные мысли. Насчет тебя.
– Постой, не так быстро, дай запишу. Мне никто таких комплиментов не отваливал. Грязные мысли насчет меня – обворожительно! А конкретней?
– Я бы тебя хотел поиметь и удушить. Ты во мне что-то животное вызываешь.