Шли быстро, но нагнать Ансельма не получалось. Зато и двойной след не терялся.
Ближе к полудню случилось несчастье. Они пробирались через низкое топкое место, где ураган повалил множество елей. Часть стволов лежали на виду, но другие утопали под толстым слоем мха. Идти здесь следовало осторожно, и все прощупывали почву палками. Первыми шли проводники, за ними Хельга, за Хельгой Рагнхильд, а за Рагнхильд Аксель. И вот Хельга услышала, как Рагнхильд сзади охнула, и мох влажно ухнул под упавшим телом. Обернулась с тревожным предчувствием — так и есть, Аксель тянет Рагнхильд вверх, а та болезненно кривится:
— Погоди! Погоди! Оставь! Дай присесть!
Аксель усадил ее на еловый ствол, преграждающий путь на уровне колена. Хельга позвала проводников. Рагнхильд одной рукой держалась за стопу, а другой показывала на вывороченный из земли еловый комель шагах в ста слева — черный, огромный, выше человеческого роста, он напоминал чудище из детских страшилок.
— Что это там?
— Где?
— Там. Вроде человек. Ох! Косматый.
Аксель снял с плеча охотничий лук, наложил стрелу и пошел к комлю. Один из проводников присел перед Рагнхильд, снял с нее сапог и обследовал ногу.
— П-похоже, ушиб, — говорила она, кусая губы. — П-просто ушиб.
Аксель вернулся и сообщил:
— За комлем никого. И следов нет.
Он тоже ощупал ногу Рагнхильд и покачал головой.
— Ушиб, — сказал он уверенно. — И жилы потянула. Как же тебя угораздило?
— Примстилось, значит. Но видела же ясно! Лохматый весь, и глаза белые!
Аксель нетерпеливо махнул рукой и повернулся к Хельге:
— Что делать, госпожа?
— Как ты, Рагнхильд? — спросила Хельга.
Рагнхильд сосредоточенно терла лодыжку.
— Сейчас… Сейчас…
Поставила ногу, чуть оперлась на нее и вскрикнула.
— Н-нет, не пойду. Не могу.
Хельга переглянулась с Акселем. Теперь она ясно видела, что дальше идти не получится. Но Аксель сказал проводникам:
— Одному из вас придется остаться с ней.
Хельга поразилась стремительности и хладнокровию, с какими он принял решение — за нее.
— Мы, получается, бросаем их в лесу? — спросила она растерянно.
— Мы дадим им шатер, поделим припасы.
— Да я не пропаду, госпожа, — сказала Рагнхильд. — Но лучше бы и тебе вернуться.
— А ты сможешь идти?
Рагнхильд шевельнула стопой.
— Доковыляю как-нибудь. Но тебе надо бы со мной — ради себя, госпожа.