— Джеймс, ты же прав, — шепчет она, ощущая прилив адреналина.
— Что? — наконец смотрит он ей в глаза.
Не в силах усидеть на месте, Дейзи оборачивается к нему всем телом, подогнув под себя ногу, и обхватывает его за предплечья. От внезапной тактильности у Джеймса перехватывает на мгновение дыхание, но он не показывает виду, лишь бросает быстрый взгляд на ее тонкие, но сильные руки.
— У тебя это в крови! — радостно сообщает она. — Ты почему ни разу за эти годы не поднимал этой темы?
Потому что тебе было не до меня. Будем честны, Дейз, тебе и до себя-то дела не было.
А вслух лишь…
— Не знаю.
Дейзи с огнем в глазах смотрит на Джеймса и снова сжимает его предплечья пальцами, после чего закрывает на мгновение лицо руками.
— Мерлин, какая же я идиотка, не подумала ни разу, — раздосадовано бубнит она в ладони и убирает их вниз. — Я тебя научу.
Джеймс от неожиданности забавно таращит глаза.
— Серьезно? — не верит он своим ушам.
— Да! — радостно восклицает она.
Никогда бы он не подумал, что Дейзи станет учить его летать на метле. Дейзи заразительно улыбается и вскакивает с места, направляясь в тот самый «Домик для метл». Она придумывает это название еще в семь лет, потому что не соглашается называть это место каким-то там сараем.
Джеймс подходит к ней, заинтересованно заглядывая внутрь. Дейзи взмахивает палочкой, и из кончика взмывает ввысь шар света, начиная плавно покачиваться в воздухе и освещая небольшое помещение. Джеймс завороженно задерживает дыхание.
Здесь хранятся все метлы Дейзи с того самого дня, как она принимает решение связать свою жизнь с квиддичем. На стене висит маленькая метла. Такая крошечная, что диву даешься: как на такой вообще можно уместиться.
Джеймс понимает, что это за метла. Она была первой. Тот самый подарок от его матери на четвертый день рождения крестницы. Джеймс чуть поджимает губы, рассматривая помещение дальше. Он заинтересован, сильно заинтересован.
Дейзи до сегодняшнего дня ни разу не приводит его сюда. Это ее обитель, ее маленький большой алтарь. Сюда даже Гермиона не заходит, что уж о других говорить. Вдоль стен стоят пять метл. Шестая остается на крыльце.
Джинни дарит крестнице метлы каждые два года, учитывая растущий организм. Она умудряется найти ей даже «Нимбус 2000», хотя их после войны вообще не производят. Дейзи что-то тараторит, пока Джеймс блуждает в своих мыслях.
— Вот, держи, — вырывает она его из размышлений.
Джеймс не верит собственным глазам.
— «Нимбус 2014», — таращится он. — Шутишь что ли?.. Она же…
Джеймс не находит слов. Эта метла была в свое время крайне для нее важна. На ней Дейзи делает мертвую петлю на решающем матче четвертого курса. Был декабрь, трескучий мороз, все игроки едва сидели на метлах, а она… Она летает в тот день так, что на зависть даже птицам.
Джеймс помнит тот момент. Он стоит на трибуне и во все глаза смотрит на нее. Моргнуть даже боится, упустить хоть что-то. Это был его первый курс в Хогвартсе, первая зима, первая попытка наладить с Дейзи контакт в стенах школы.
Он словно сейчас видит ее горящие зеленые глаза, белые отмороженные щеки и сведенные на переносице брови. Ее победа принесла две сотни очков Хаффлпаффу. Преемник Оливера Вуда в тот день впервые вслух говорит о том, что ему печально, раз такой игрок учится не на Гриффиндоре.
После этого легендарного матча Дейзи Снейп получает семь приглашений на Святочный Бал. И все парни получают отказ.
— Чего ты застыл? — улыбается она. — Это просто метла, — жмет она плечами, — как и все предыдущие.
Джеймс нерешительно протягивает вперед руки.
— Держи, — передает она метлу. — Она тебе по росту подходит и по комплекции. Если неудобно будет, дам тебе ту, на которой сейчас летаю.
— Но это же, — задыхается он словами, — это…
— Просто вещи, — заканчивает она за него, глядя ему в глаза.