– По одному вопросу зараз, – пробормотал Денаочи.
– Ладно. Кто «он»?
Денаочи кивнул:
– Затайя?
Казалось, ведьма сосредоточилась сильнее, и теперь отчетливо стало видно, что ее бьет крупная дрожь. Глаза Наранпы расширились, когда кровь закапала с руки Затайи. Должно быть, она порезалась об осколок стекла.
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Денаочи покачал головой. Свет над головой задрожал, а по комнате заплясали тени. Наранпа зябко поежилась, обхватив себя руками.
– Что происходит? – спросила она шепотом.
Затайя застонала, издав низкий болезненный звук. С ее ладони, сжимавшей зеркало, продолжала бежать кровь. Стон перешел в вопль, жилы на шее натянулись.
– Останови ее, Очи, – нервно сказала Наранпа.
– Она должна закончить.
– Закончить что? Она причиняет себе боль!
– Нара, прекрати.
– Нет! Это безрассудство! – Она встала, собираясь подойти к женщине и вытряхнуть ее из овладевшего ею транса. Но прежде чем Наранпа успела дотянуться до нее, Затайя рухнула на пол. Наранпа протянула руку, чтобы помочь ей подняться, но ведьма вскинула окровавленную ладонь, останавливая ее.
– О Небеса, Очи! Сделай хотя бы ей перевязку! – возмутилась Наранпа.
– С ней все в порядке, – проворчал Денаочи.
Плечи Затайи вновь содрогнулись. Нет, это точно безумие. Они оба сумасшедшие!
Наконец Затайя открыла глаза, и все, что увидела в них Наранпа, – это разочарование.
– Ну что? – наклонившись вперед, спросил Денаочи.
Ведьма отрицательно покачала головой.
– Я не вижу средства, только результат, – с трудом выдохнула Затайя. – Он идет, и он несет бурю, но он путешествует среди теней, а я не могу видеть сквозь тени, – она посмотрела на Наранпу. – Но я увидела кое-что еще.
Наранпа беспокойно заерзала. Нельзя сказать, что она верила словам ведьмы, но и не совсем не верила им.
– Что? – В голосе Денаочи звучало нетерпение.
– Я предвидела смерть Жреца Солнца.
Брат и сестра обменялись взглядами.
– И есть способ избежать этого? – спросил Денаочи.
Ведьма заставила себя встать, неустойчиво пошатнувшись, шагнула к столу, и Наранпа хотела ей помочь, но Затайя лишь отмахнулась. Достав из сумки на поясе несколько предметов и бросив их на стол, она принялась рыться в них окровавленными пальцами, пока, наконец, не нашла то, что искала. Первым она выбрала висящий на шнурке кулон из обсидиана, изображавший бизона, в котором Наранпа узнала свою фигурку с игрового стола.
– Откуда он у тебя? – спросила она.
Затая не обратила никакого внимания на ее вопрос, лишь подняла со стола длинный шип. Нет, скорее, это был хребет ската – белый, как кость, и в два раза длиннее ее руки, – колдуны юга использовали такие же для своих кровавых ритуалов.
– Я не позволю пустить мне кровь, – решительно сказала она.
– Позволишь, если хочешь жить, – отрезала Затайя.