За ними прозвучали шаги и голоса. Лили напряглась, схватила Эбена за руку и
потащила за тяжелый гобелен впереди.
Рансон тоже еще не пришел в сад.
Это было глупо. Они через пару минут все равно будут вместе.
Лили едва видела Эбена, они укутались в ткань. Лили сцепила руки под
подбородком, Эбен обвил ее руками, чтобы она прижималась к ним, а не к стене. Ее
биение сердце заглушали шаги в коридоре.
Грудь Эбена ровно вздымалась и опадала. Лили задержала дыхание. Болтовня
Рансона миновала их убежище и утихла вдали.
Они должны были выйти из-за гобелена. Вместо этого она повернула голову и
прижалась ухом к тунике Эбена. Его сердце билось в такт с ее, руки крепче сжали ее
плечи. Впервые после нижесада Лили ощущала себя в безопасности. Она могла сказать
ему сейчас. Он ответит, и все будет хорошо. Но этот миг был иллюзией. Как только она
выйдет в коридор, он станет ее стражем, послушным словам короля. Она не могла
доверить жизни сестер случаю.
Она чуть надавила на его грудь, и он отпустил. Эбен отодвинул гобелен, они
заморгали, как совы от солнца. Она не могла спрашивать о Ярроу, но он мог говорить,
пока никого не было рядом.
Но они снова уловили шаги, тихие, но знакомые: Меланта. И кто-то еще.
Меланта завернула за угол, а следом Орин, он все еще держал Правду под рукой. Он
был ошеломлен и очарован одновременно.
Не удивительно. Меланта облачилась в бледно-желтое платье с прозрачными
рукавами и пышной юбкой, напоминала Лили изящный цветок в веснушках. Под
диадемой косы ниспадали на ее спину, переплетенные с золотыми лентами. Тонкая
золотая лента была и на талии.
Меланта схватила Правду и передала Эбену, ее рукав упал с плеча. Она поправила
рукав на место.
- Вот. Теперь Орин нас сопроводит.
Орин протянул к ним руки.
- Мы испортим тебе чаепитие. Надеюсь, ты не против.