- Я слышал, королева выдаст его за принца гусей, который слишком юн, чтобы
разбираться, - сказал крупный, не переживая, что его услышат. – Она поставит принцессу
Гвен на место.
Это уже было странно. Да?
Может, нет. Все могло быть возможно теперь, когда мама приняла свое решение.
Лили прижала свободную руку к животу, пыталась замедлиться, а толпа давила сзади.
Голик посмотрел от нее на стражей.
- Простите, - он постучал по плечам мужчин.
Они повернулись с любопытством и опаской.
- О чем вы говорили, господа?
Они заметили хорошую одежду Голика и его меч и отпрянули на пару шагов. Толпа
обходила их.
Она не ожидала, что Голик заговорит с ними. Она видела желание Эбена сделать это
по глазам много раз, но работой Эбена была ее безопасность, а не защита чести.
Глаза крупного расширились от страха, его брови пропали под волосами. Он ткнул
друга локтем с силой и потащил на колени, что было болезненным выражением
подчинения из всех, что она видела. Он пролепетал столько извинений, что не все Лили
смогла разобрать.
- Встаньте, - Голик словно желал им доброго дня.
Они встали так же быстро, как опустились.
А потом снова опустились.
Первый солдат упал от правого хука, а второй от левого. Некоторые люди замирали
посмотреть, но никто не собирался помогать им встать.
Лили опустила голову, чтобы никто ее не знал, чтобы скрыть улыбку, что грозила
перейти в смех. Она чуть не разорвала кожу, сжимая губы зубами. В теории она была
против жестокости, но недавно ей так хотелось что-нибудь ударить, что при виде, как это
делает Голик, она обрадовалась, словно сделала это сама. Особенно после слов солдата.
Меланта ее бы похвалила.
Голик тряхнул руками, но не комментировал свои действия, напоминая ей снова
Эбена. Он смотрел вперед, протянул ей руку, не обращая внимания на любопытные