СССР: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В кабинете Трепалова и впрямь сидел незнакомый мужчина лет тридцати, его голова была лысой и круглой, как бильярдный шар, под носом густые пшеничного цвета усы, глаза серые и какие-то въедливые.

Сам легендарный Максимыч выглядел свежим, будто не провёл уже вторые сутки на работе. Его щёки были гладко выбриты, за несколько шагов чувствовался запах одеколона. Вот что значит морская закалка!

— А, Георгий, заходи! — обрадованно сказал Трепалов. — Вот, давай тебя с товарищем Франтишеком Гайдой познакомлю.

— Франтишек, — спокойно и с достоинством сказал мужчина, подавая мне руку.

— Георгий.

Рука товарища Гайды почему-то оказалась холодной, хотя в кабинете Трепалова было натоплено так, что его владелец даже приоткрыл форточку, чтобы не потеть.

— Это ведь вы арестовали Стряпчего? — Гайда говорил по-русски практически без акцента.

— Я.

— Поздравляю! Серьёзная добыча. Мы его тоже разыскивали, правда, похоже, в нашем случае он не при делах. У него вроде как алиби на тот день.

— Поэтому вы его допрашивали?

Гайда кивнул.

— Думал выведать что-нибудь полезное, но… не судьба. Придётся копать в другом месте. Ничего, хотя бы нанёс визит вежливости товарищу Трепалову и поздравил с назначением.

Он спохватился.

— Да, вы на меня не в обиде за маленькое самоуправство? Вас вчера на работе не было, пришлось через вашу голову прыгать.

— Не в обиде. Нормальный рабочий вопрос, — спокойно ответил я.

У самого таких случаев было — хоть отбавляй.

Франтишек успокоенно произнёс:

— Прошу меня извинить, через полчаса летучка у начальства, надо спешить, чтобы не получить… как это по-русски — головотяпку?

— Головомойку, — с улыбкой поправил я.

— Головомойку, — ответно улыбнулся Гайдо и ушёл, плотно притворив за собой дверь.

— Хороший мужик, — сказал Трепалов, когда мы остались наедине.

— Чех или словак? — проявил осведомлённость я.

Иностранцами меня было не удивить. Латыши, австрийцы, чехи, китайцы… Настоящий Интернационал.

— Чех. В России с четырнадцатого года, сначала в плен попал во время империалистической, потом служил в легионе. С первых дней революции выбрал правильный путь, стал коммунистом. И повоевать успел, и по партийной линии, потом на наш фронт борьбы с преступностью перебросили. Под моим началом в МУУРе когда-то начинал простым агентом, теперь вот до субинспектора дослужился, — похвастался бывшим подчинённым Трепалов. — Вот, по старой памяти заглянул к старому начальнику. Посидели, вспомнили прежние дела… Думаю, может к нам в отдел его перевести?

Максимыч внимательно посмотрел на меня.

— Вам решать, товарищ Трепалов, — пожал плечами я. — Если считаете достойным кадром, я только за! И парни в отделе меня поддержат.

— Закину удочку насчёт перевода. Надеюсь, новый начальник МУУР не будет на меня в обиде, что я его сотрудников к себе переманиваю.

— Думаю, товарищ Николаев вам по гроб должен. Хотя бы за Комарова, — напомнил я.

Действительно, первого советского маньяка мы искали по просьбе сбившегося с ног МУУРа, его начальник Николаев лично просил нас о помощи.

— Ну, поимка Комарова — твоя заслуга! — заметил Трепалов.