Музей истории искусства Вена: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Прославленному венецианскому художнику Джованни Беллини было больше восьмидесяти лет, когда он написал картину «Молодая женщина за туалетом». К этому времени уже сложился стиль его великих учеников — Джорджоне и Тициана. Возможно, их работы вдохновили пожилого живописца обратиться к столь редкой для его творчества теме: изображению обнаженного женского тела.

Формально простой светский мотив не имеет мифологической основы, однако сдержанно-величавую красавицу, поправляющую перед зеркалом прическу, вполне можно принять за античную богиню. Совершенство форм и гармония духа молодой женщины, поэтически возвышенная атмосфера произведения позволяют предположить, что здесь представлен очень популярный в искусстве Высокого Возрождения аллегорический сюжет — Венера перед зеркалом.

Иносказание было призвано напомнить о призрачности и хрупкости земной красоты перед лицом быстротечного времени. Если дважды изображенное зеркало — символ иллюзии и обмана, то природа, простирающаяся за окном, — образ вечности, в которой незримо пребывает Бог. Верный венецианским традициям, Беллини использует цвет как средство для передачи гармонии человеческой фигуры и пейзажа и создания ощущения единения внутреннего и внешнего миров. Тончайшей, едва уловимой линией художник рисует белоснежное тело женщины. Плавные переходы светотени деликатно и точно моделируют объем. Колористическая гамма строится на соотнесении звучных синих, желто-зеленых и нежно-розовых тонов. Живописец находит очень удачные цветовые сочетания: карие глаза девушки и золото ее пышных волос, густая синева головного платка и голубизна небес, розоватая ткань и малиновые узоры ковра. Работа наполнена тишиной и покоем. Нежная героиня молчалива и задумчива, тих чудесный пейзаж за окном, застыл даже светоносный воздух — весь мир, упоенный красотой, замер и пребывает в глубоком созерцании.

Джорджоне, итальянский живописец, один из основоположников искусства Высокого Возрождения, родился в Кастефранко, в Венето, близ Венеции. С этим городом связано его творческое становление и развитие. К 1506–1507 художник уже выработал собственную зрелую манеру, в основе которой лежало тонкое чувство взаимодействия цвета и света. В это же время происходит и окончательное формирование нового, по сравнению с XV веком, типа портрета, отражающего, по словам историка искусства Н. А. Белоусовой, внутреннюю, сосредоточенную и одухотворенную жизнь модели.

Особенно это относится к изображению так называемой Лауры, которое в настоящее время считается просто женским портретом. Нельзя сказать определенно, кем была женщина, изображенная Джорджоне. Реальная она личность или аллегорический образ. Некоторые исследователи полагают, что автор написал возлюбленную Петрарки Лауру (ибо звучание ее имени сходно с лавром, представленным на картине). Возможно также, что это венецианская поэтесса или сама муза поэзии. Впитавший дух современной ему Венеции, читающей, музицирующей, мыслящей, Джорджоне славился не только как замечательный живописец, но и как искусный певец, музыкант и знаток литературы. Изображенный позади героини благородный лавр — это священное древо Аполлона, покровителя муз.

Облик модели лишен ярко выраженной индивидуальности и приближен к идеалу, воплощающему такие общие черты человеческой натуры, как доброта, нежность, сдержанность, мечтательность. Появляющаяся из темноты, как прекрасное видение, Лаура облачена в ярко-красную, отороченную коричневым мехом мантию. На гладко зачесанных темных волосах — прозрачный белый шарф, конец которого, обвивая шею, падает на обнаженную грудь. Округлое лицо с черными, устремленными вдаль глазами показано, как и торс, в трехчетвертном повороте, создающем ощущение пространственной глубины. Мягкость светотеневой лепки, позволяющая передать само «дыхание» человеческого тела, рассеянный свет, наделяющий цвета удивительной силой и звучностью, — все как нельзя лучше соответствует духу модели, ясной цельности ее души, безыскусственной красоте и женственности.

Об этой прославленной картине Джорджоне впервые было написано в «Заметках» венецианского любителя искусства Маркантонио Микиэля, который вспоминает, что в 1520 в доме Таддео Контарини он видел картину маслом, изображающую «трех философов в пейзаже, два стоят, один сидит, созерцая солнечные лучи». Сюжет этой загадочной и многозначной работы до сих пор вызывает споры исследователей. В настоящее время насчитывается около 30 его интерпретаций, основные сводятся к тому, что это персонификации трех возрастов человека (юности, зрелости, старости), трех эпох в истории мира (золотого, серебряного и железного веков) или диспут трех философов, воплощающих разные этапы развития науки — библейский, мусульманский и новоевропейский, уходящий корнями в греко-римскую древность. В последнее время большинство ученых склонны полагать, что изначально Джорджоне изображал ожидающих Вифлеемскую звезду волхвов, однако гуманистическое понимание этого евангельского мотива вполне может подразумевать и всю совокупность вышеназванных смысловых аспектов.

На полотне — величественный старец с длинной седой бородой в строгой монашеской рясе, зрелый мужчина в чалме, его руки заложены за пояс ярко-красного кафтана, и юноша с непокрытой, коротко стриженной кудрявой головой, сидящий прямо на земле, в одежде, напоминающей классический гиматий и тунику. При разнообразии костюмов и облика все они обуты в античные сандалии, что свидетельствует о принадлежности к единому миру тайного знания. Пребывая в состоянии глубокого сосредоточения, ученые мужи расположились на уступчатой каменной площадке среди скал, откуда открывается красивый вид на долину. Заходящее солнце окрашивает в розовато-золотистые тона небо и землю, лица и одежду людей, стволы и кроны мощных деревьев. Природа дышит умиротворением и покоем. Мудрецы замерли в раздумье и ожидании. Скоро потемнеет небо и оправдаются их расчеты — загорится необычайно яркая звезда, предвещающая приход в мир Мессии.

Данная работа, написанная венецианским художником Лоренцо Лотто в ранний период творчества, свидетельствует о его выдающемся мастерстве портретиста. На небольшой по размеру и лаконичной по аксессуарам картине изображен рыжеволосый юноша в черной одежде. Его простой, аскетичный облик поражает удивительной для итальянской живописи остротой индивидуальной характеристики, заставляющей вспомнить приемы художников Северного Возрождения и, в частности, Альбрехта Дюрера, который во время создания данного портрета находился в Венеции. Лотто точно воспроизводит все индивидуальные особенности модели: широкие скулы, чуть нависшие веки, длинный с горбинкой нос, гладкую поверхность кожи и мягкость волос. Так же тщательно передана и фактура ткани белого узорчатого занавеса, который, служа фоном работы, еще сильнее подчеркивает характерность лица молодого человека и выгодно оттеняет малейшие цветовые нюансы. Однако в отличие от немецких и нидерландских портретов герой не замкнут в себе, а, напротив, активно обращен к зрителю. Жестким и пристальным взглядом юноша смотрит в упор, а его приоткрытые уста, кажется, вот-вот заговорят. Великолепно схвачены не только внешние черты, но и внутреннее состояние молодого человека. Он выглядит несколько сдержанным и высокомерным, но ему не откажешь ни в силе воли, ни в напористости. Следуя североевропейской традиции и желая усилить значимость образа, Лотто вводит в картину символический атрибут — горящий светильник, знак краткости земного бытия и свидетельство того, что портрет выполнен при жизни человека, а не посмертно.

Талантливый живописец Венецианской республики Лоренцо Лотто выработал особый и неповторимый художественный язык, гармонично соединяющий традиции итальянского и североевропейского искусства. Творческая индивидуальность мастера сложилась в кругу Альвизе Виварини под влиянием произведений Альбрехта Дюрера, Антонелло да Мессины и Джованни Беллини. Предпочитая использовать холодные локальные тона, согласованные с помощью яркого света, и четкий контурный рисунок, Лотто во многом принципиально расходится с другими венецианцами, заполняющими пространство своих картин теплой золотистой дымкой световоздушной среды, в которой теряется ясность очертаний.

Замечательное произведение зрелого стиля Лоренцо Лотто «Мадонна с младенцем, святой Екатериной и святым Иаковом» является поздней вариацией иконографического типа «Святое собеседование». Обратившись к излюбленной мастерами кватроченто теме, художник придал ей новые смысловые и эмоциональные оттенки. Располагая фигуры Девы Марии и святых на лоне природы, Лотто избежал репрезентативной иерархичности, присущей композициям его предшественников, и создал поэтическую атмосферу единения людей, небесных сил и природы. Деревья, травы и облака включаются в общий ритм кругового движения, которое задается трепещущими складками необыкновенно красивого голубого платья Мадонны, продолжается в полете златокудрого ангела, стихая в колыхании кроны раскидистого древа и клубящемся тумане облаков. Строгое одухотворенное лицо Богородицы задумчиво и печально. То же настроение светлой грусти присуще всем персонажам картины. Духовная близость героев выражена не только эмоциональной атмосферой сцены, но и обращенными друг к другу позами и жестами, убедительно и реалистично переданными Лоренцо Лотто.

«Цыганская Мадонна», названная так из-за необычного облика смуглой и темноволосой Марии, — одна из самых ранних известных в настоящее время работ великого венецианского живописца Тициана Вечеллио. Иконография и образный строй этой картины сохраняют связь с произведениями Джованни Беллини и Джорджоне, у которых обучался художник. Ее дальний план очень похож на пейзажный фон знаменитой «Спящей Венеры», существует даже предположение, что подмалевок к «Цыганской Мадонне» был выполнен Джорджоне. Композиционно работа напоминает творчество Беллини, часто изображавшего Деву Марию на фоне балдахина из дорогой ткани, по сторонам от которого открывается поэтический природный ландшафт. Созерцательность и задумчивость героини сближает ее с образами, представленными в полотнах обоих наставников Тициана. Однако в этом раннем произведении уже отчетливо видна творческая индивидуальность большого мастера.

Совершенно новы и уникальны интенсивность и сила колорита, а также неожиданные и смелые сопоставления красочных пятен. Поражает искусство, с которым молодой живописец передает малейшие нюансы освещения: складки и неровности на ткани заставляют цвета переливаться, а лучи света вспыхивать и сиять, отбрасывая блики и создавая множество дополнительных оттенков. Тициан находит очень эффектные сочетания тонов — винно-красного и золотистого, бледно-бирюзового и светло-оливкового, которые, вступая в перекличку, отсвечивают соседними цветами. Замечательна и живописная манера художника: он накладывает краски легкими, разнонаправленными мазками, создающими иллюзию движения световоздушной среды. Следуя иконографии Беллини, Тициан несколько меняет композицию картины. Он перемещает фигуры матери и дитя вправо от центра, что позволяет подчеркнуть духовное единство Марии и Христа, возвысить и противопоставить их образы земному миру, символом которого становится простирающийся слева пейзаж.

Тициан за свою долгую и плодотворную творческую жизнь написал множество портретов современников. В их индивидуальном облике он стремился разглядеть те личностные качества, которые особо ценили гуманисты: человеческое достоинство и силу воли, благородство и глубокий ум, образованность и художественную одаренность. Более всего прославленному мастеру удавались портреты хорошо знакомых и близких по духу людей. Таких, к примеру, как ученый, писатель, ювелир, архитектор, знаток и собиратель произведений искусства Якопо де Страда.

Этот человек был поистине неординарен, разносторонне образованный, талантливый, он блестяще проявил себя в самых разных сферах деятельности. Якопо де Страда написал обширные труды по нумизматике, составил словарь на одиннадцати языках, ему принадлежит ряд изобретений в области механики. Страстный коллекционер и непревзойденный придворный, он умело играл роль посредника по приобретению художественных ценностей для правителей Габсбургской династии. В этом качестве Якопо де Страда и познакомился с Тицианом, когда тот был уже пожилым человеком и сложившимся мастером.

Данный портрет, одна из поздних работ художника, отличается напряженным колоритом, подвижностью фактуры, свободой композиционного решения и естественностью позы модели. Последнее качество несколько пострадало от того, что картина была обрезана с левой стороны. Живописец показывает широту интересов и искреннюю увлеченность героя искусством. Он изображает, как, держа в руках античную статуэтку, портретируемый обращается к невидимому собеседнику. Поблизости на невысоком столике лежат медали и монеты, а также письмо, на котором написан адрес самого Тициана.

Одаренный венецианский живописец Якопо Робусти, прозванный Тинторетто, в начале своего творческого пути проходил обучение в мастерской великого Тициана. Затем на протяжении всей жизни талантливый художник стремился соединить в своих произведениях блеск и силу красок учителя с совершенством рисунка Микеланджело. В результате этих усилий Тинторетто создал собственный стиль, остро драматичный, с широкой манерой письма, сложными композиционными приемами и живописной игрой света и тени.

Один из шедевров мастера — «Сусанна и старцы» — написан на библейский сюжет и рассказывает о том, как одержимые сладострастием старики — старейшины еврейской общины Вавилона — подглядывают за купанием прекрасной соплеменницы. Пытаясь добиться от нее удовлетворения своих похотливых желаний, они вознамерились ложно обвинить красавицу в прелюбодеянии и в случае отказа пригрозить смертной казнью за вымышленную вину.

Тинторетто изображает момент, когда Сусанна выходит из купальни. Ее левая нога еще погружена в прозрачную воду, а лилейно-белое тело, окутанное легкими голубоватыми тенями, словно излучает сияние. Кажется, что сам воздух вокруг молодой женщины дышит свежестью и прохладой, а овеянный серебристой дымкой сад освещен ее красотой. Героиня, пленительная и нежная, выделяется на темном фоне картины, как луна на ночном небосводе. Увидев свое отражение в зеркале, прелестная женщина замерла в сложной позе и пристально вглядывается в жемчужную гладь стекла. Виртуозно, тонкой кистью пишет художник пышные формы тела, сложную прическу и дорогие украшения. Обозначающий контур и строение фигуры рисунок в своей точности абсолютно безупречен. Однако мир красоты и света, в котором пребывает Сусанна, хрупок и непрочен: за изгородью из роз скрываются вожделеющие старцы, чьи намерения несут в себе смертельную опасность. Драматическая коллизия нарастает: красный плащ старейшины вспыхивает ярким цветом, контрастируя с темной, почти черной зеленью боскета. В глубине очаровательного сада таится угроза, а радость и покой царят лишь возле прекрасной купальщицы.

Работа Паоло Веронезе «Воскрешение юноши из Наина» написана на евангельский сюжет и изображает одно из чудес Христа. Художник показывает радостный и волнующий момент, когда умерший только что ожил, а потрясенная молодая женщина упала на колени перед Спасителем. Стремясь подчеркнуть необычность и торжественность происходящего события, Веронезе переносит действие картины на парадную лестницу величественного, украшенного дорической колоннадой здания. Такое решение позволяет четко выстроить иерархию образов, наверху которой оказывается Христос. Его лицо, озаренное сиянием, отличается тонкой красотой и благородством. Классическая архитектура, подчеркивая пластическую мощь фигур, создает настроение возвышенной, светлой радости, но в то же время сообщает развернутой на зрителя многофигурной композиции несколько условный, театральный характер. Празднично приподнятую атмосферу свершившегося чуда создает сияющая, изумительная по красоте колористическая гамма произведения, в которой преобладают светлые, звучные цвета, объединенные светоносным золотистым тоном.