.
***
А площадь была той же самой, Большой. На ней всего несколько ударов сердца назад закончился очередной номер, который привёл в ступор всех зрителей. Довольно долго люди, плотной толпой окружавшие каменную мостовую вокруг невысокой сцены, стояли неподвижно и беззвучно, как будто были не в силах стряхнуть с себя очарование танца.
Мэриен выпрямилась на площадке для выступлений, медленным взглядом обводя замершую в тишине толпу. То же самое делал за её спиной Алек, по-прежнему сидящей на краю каменного помоста и так же внимательно осматривающий свою половину площади. Таким образом разведчики разделили сферы наблюдения, отслеживая реакцию зрителей.
А среди их были разные люди: молодые и старые, мужчины и женщины, вездесущие мальчишки, сейчас робко выглядывавшие в промежутках между взрослыми. И все они с благоговением замерли, пронзённые такими редкими, непривычно сильными эмоциями. Разными, но в чём-то одинаковыми...
Взгляд женщины был не просто внимательным, а каким-то вдумчиво-пронизывающим. Эмоциональный всплеск танца позволил ей воспринимать чувства зрителей как свои собственные. И, в какой-то степени, управлять ими. Пусть не внушать какие-либо конкретные приказы, но уж обезопасить свою миссию, настроив жителей на благожелательное отношение к себе и супругу, Мэриен могла вполне. Пусть и на короткое время - меньше местных суток. Но зато это воздействие носило вирусный характер, передаваясь от человека к человеку при общении. Так что, спустя пару-тройку местных часов от сравнительно небольшого количества зрителей (не более десятой части жителей и гостей города) это настроение распространится на значительную часть аборигенов, и местным властям просто не удастся сподвигнуть их на преследование подозрительных пришлых.
Правда сила воздействия при этом значительно падала по мере увеличения передаточных звеньев от источника. Но всё равно, пусть это и не было полноценным зомбированием, а просто лёгким изменением настроения зрителей, Мэриен удалось на время отодвинуть угрозу преследования. Ведь неизвестно ещё, в каком состоянии будут спасаемые и как далеко от Кришна удастся уйти сразу.
Сейчас же все присутствующие даже не могут помыслить причинить вред той, кто вызвала в их душах такие редкие и потрясающие чувства.
Осмотрев свою половину площади, Алек с удовлетворением отметил (мысленно, конечно):
"Хорошая работа. Они все - твои. Почти", - поправился он, не имея в виду полностью бездумное подчинение такой массы народа.
"Не все, - задумчиво ответила Мэиен, глядя на помост, где сидел Глава, - что-то там меня напрягает. Пошли, пожалуй"
"Куда именно?" - Алек подавил мысленную улыбку при возникшей ассоциации.
"К ним" - Мэриен сделала короткий поклон на две стороны площади, разбивая тем самым оцепенение зрителей, и тут, как будто повинуясь желанию женщины, Глава Кришна сделал небрежный жест ладонью, подзывая к себе артистов.
Алек встал со своего места и направился вслед за женой, легко соскочившей со сцены. Только если Мэриен направилась прямо к балкону Главы, то Алек встал несколько в стороне, не прекращая осмотр площади, замаскированный, впрочем, под возню с гитарными струнами.
- Ты порадовала нас, гостья Кришна,- раздался звучный, хорошо поставленный голос опытного оратора, который привык выступать перед огромными толпами, толкая речи во время разных городских мероприятий.
- Благодарю тебя, Глава, - короткий и лёгкий поклон гостьи был достаточно глубок, чтобы обозначить уважение к собеседнику, но не настолько, чтобы показаться самоуничижительным. А обращение на "ты" было естественным в мире, где языковые изыски не доросли до единоличного обращения на "Вы".
Мэриен быстро сцепила руки за спиной, потому что привыкла при беседе иногда жестикулировать, а местные правила "безмолвной речи" усвоить было неоткуда и некогда, так что лучше убрать вредные привычки подальше, чтобы не спалиться снова. Их и так подозревают в чуждости с первого же взгляда, нечего добавлять загадок местным любопытствующим. А то, что Глава относится к таким образчикам человеческой породы, сомнений не было: уж очень острым взглядом он посматривал на танцовщицу и её спутника.
Вот только речь Главы оказалась совершенно неожиданной для Мэриен, которая готовилась к чему угодно, только не к такому повороту событий.
- Твоё блестящее выступление, безусловно, заслуживает самой высокой награды. Что будет, если я скажу: ты должна стать моей?
"О, как мальчика зацепило!" - усмехнулся мысленно Алек. Хотя "мальчику" этому было не меньше пяти десятков лет по общегалактическому счислению, для землянина он был ... молодым. И добавил:
"Ты уж помягче с таким пылким поклонником, милая", - зная, как легко может рассердиться его жена на появление непрошенного ухажёра. Прямо-таки, взбеситься!
Мэриен проговорила безукоризненно спокойно и .... коротко:
- Кому?
Глава не сразу понял суть вопроса, потому ответил в меру своего разумения:
- Я объявлю по всему Кришну. Поверь, для уличной плясуньи это - достойная награда.
- Ты не понял, Глава, - на этот раз женщина одарила собеседника таким выражением, что тот непроизвольно передёрнул плечами от внезапно возникшего озноба. Настолько холодной была улыбка на лице этой странной, не настолько молодой, чтобы нравиться, но привлекательной из-за совершенной непохожести ни на кого женщины.
- Мне интересно, кому я должна? - выделив последние слова голосом, осведомилась женщина.
- Прежде всего, себе ... и своему спутнику, - мазнув глазами в сторону Алека, ответил Глава, - это даст тебе...вам... преимущество на время пребывания в Кришне. Поверь, - он понизил голос так, что кроме Мэриен и его соседей по ложе, эти слова никто не слышал, - быть рядом с Главой вольного города - не только честь, но и большая выгода.
К счастью, разговор происходил не настолько открыто, чтобы его услышали стоявшие в отдаление горожане. К тому же на сцену-помост выскочили следующие претенденты, а мальчишки добавляли шума, собирая плату за прошедшее выступление, чтобы отдать её сборщику казны. А так как юное поколение было в этом заинтересовано достаточно сильно, получая определённую долю от собранных средств, они, что называется, вкладывали душу, уговаривая скуповатых зрителей раскошелиться. В общем, гвалт стоял довольно умеренный, чтобы даже расположившиеся неподалёку свидетели не расслышали деталей беседы. Так что, гордость и достоинство Главы не пострадали, когда Мэриен с лёгким ехидством ответила:
- Тогда мы сочтём это просто шуткой, - подчеркнув свою общность со спутником, Мэриен несколько смягчила отказ, давая Главе возможность сохранить лицо, - ты же сам понимаешь, что это, - она провела круг перед лицом, - всего лишь маска. А делать своей женщину, далёкую от красоты и молодости...Право же, горожане могут не понять такой выбор.