Изыскатели: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Нет, обоснование присутствия безопасника из Эсмеи было вполне законным: поиски поклонников Ушедших Богов привели льера Игуса в Кришн. Вот он и обратился за помощью к городским властям, потому как абсолютно правильно решил, что в одиночку и без содействия местных властей такое серьёзное дело выполнить будет немыслимо. Только Глава Совета и сам хорошо знал, что его Начальник Стражи совсем теряет голову при одном только упоминании об адептах Ушедших, поэтому добиться от него помощи таким образом было не слишком сложно.

. А вот сам он ни на песчинку не верил, что Игусу - второму главе безопасности столицы рэйства Коорта - захотелось лично погоняться за подобными преступниками. Настолько, что в город он прибыл накануне, в одиночку, за ещё и верхом, что для людей их круга считается верхом неприличия. Это как же необходимо было ему попасть в Кришн именно сейчас, что изнеженный (по мнению Главы, конечно), тайных дел мастер примчался сюда?..

Разговорить Игуса Главе не удалось: тот искусно уклонялся от конкретных деталей. Но вот промелькнувшая в виде слухов информация о желании анрэя усилить свою власть Главу насторожила. Впрочем, он не стал показывать вида, хотя понимал, что укрепление власти анрэя предполагало также и его возможное желание расширить подвластные территории.. А это уже делало опасность для свободного Кришна вполне реальной. И проблемной к тому же. Так что, этот момент нужно хорошенько продумать, озадачить вопросами собственных тайников - пусть собирают данные.

Хотя каким образом анрэй сможет присоединить к себе Кришн, Глава не представлял. Разбойников натравит? Попытается перекрыть доступ купцам по суше? Ну не станет же он, в самом деле, собирать дружину для начала войны. Не велись на Мире войны, хотя в старых хрониках упоминалось, что при Богах воинственные соседи частенько нападали друг на друга, захватывали и разрушали города и получали от войн огромные богатства. Но большинство знатоков старинных преданий считали это сказкой, вымыслом. Потому что назвать жителей Мира воинственными людьми давно уже было нельзя. Так что, скорее всего, это просто выдумки. Число людей, способных сражаться, грабить или убивать было слишком незначительным, чтобы можно было набрать реальную силу - армию. Личности с повышенной агрессивностью шли либо в Стражники - охранники, либо в разбойники. Заставить простого человека убивать было просто нереально. Так что, с этой стороны Глава был спокоен.

Но... Всегда есть какое-то "но". Откуда-то же взялись эти слухи. И нельзя отмахнуться от них, как от назойливого звона в ушах. Надо всё проверить.

***

Игус, сидевший чуть позади Главы, рассматривал площадь внешне рассеяно, уделяя самим выступлениям мало внимания. Его больше интересовали зрители и их реакции.

Сегодня с раннего утра он успел представиться местному начальнику Стражи Ха-эсу и в коротком разговоре убедить его, что в поиске возможных адептов Ушедших заинтересованы обе стороны: и Кришн, и рэйство Коорта. Седой оказался абсолютно прав: стоило только направить внимание Ха-эса на эту проблему, как критическое восприятие и умение анализировать покинули ГлавСтража, оставив лишь желание непременно найти вероятных преступников и добиться истины. Впрочем, ничего вредоносного для города гость не предлагал и никаких каверз против его жителей и властей не замышлял. Только против чужаков. Так что подобная доверчивость Ха-эса была вполне допустима.

Потом он поручил Седому сделать всё возможное для розыска прибывшего накануне зрелищника Мая. К сожалению, выступать на Большой площади зрелищ эта команда не собиралась. Впрочем, главная неожиданность заключалась в том, что тех подозрительных чужаков, ради которых Игус сорвался с места и прибыл в Кришн, с труппой Мая не было. И теперь мальчишки - посыльные Седого - разыскивали их по всем площадкам, где могли выступать артисты.. Хотя у Игуса были подозрения, что пришлые нарисуются-таки здесь, рядом с Главой, но твёрдой уверенности не было.

Ещё важный гость посетил тюрьму в сопровождении Ха-эса, но беседовать с задержанными непонятными чужаками даже не пытался. После жёсткого допроса они были в не слишком хорошем состоянии, чтобы продолжать общение. Впрочем, пока никакие методы не заставили узников не только отвечать, но и вообще говорить. Они молчали упорно, как будто лишились языков, а этот метод, насколько знал Игус, был единственным способом выдержать пытки и ни в чём не признаваться. Хотя кое-какие важные сведения расследователи всё же получили. Тела задержанных были покрыты какой-то непонятной защитой, которую опытные палачи не смогли разрезать или повредить никакими инструментами и приспособлениями. И это уже показывало Игусу, что он на верном пути и приехал в Кришн лично не зря. Никто кроме него не мог бы сейчас определить, что этот обтягивающий тело материал, из которого изготовлено нижнее одеяние гостей - не просто ткань, а нечто более интересное и важное для анрэя. Эта одежда только подтверждала, что подозрения Игуса верны. Теперь оставалось захватить только остальных чужаков, уговорить Главу отдать этих пленников ему, отправить их в Эсмею и ... Уж он-то найдёт способ разговорить упрямцев. И сможет получить информацию, важную для анрэя. Не зря же тот охотился за подобными гостями с неба.

Анрэю - своему истинному Владыке - Игус готов был служить везде и всегда. И легенда-прикрытие - роль главы безопасности рэйства Коорта - вполне позволяло ему доказать свою полезность анрэю. А двойная или тройная игра - какая мелочь, право же! Зато, если он сумеет добиться задуманного с помощью игры с пришельцами, он тем самым поможет анрэю в его благородной цели: объединить под своей рукой все обитаемые земли на северном побережье Великого моря.

Анрэй на самом деле хотел объединить свободные рэйства и стать из номинального главы - первого среди равных, реальным владыкой огромной территории. И потому намёки на подобный замысел были необходимы Игусу: во-первых, прикрывали истинную цель - заполучить пришельцев, об истинном происхождении которых знало только очень ограниченное число помощников анрэя. Во-вторых - посеять сомнения, припугнуть, смутить тех, кто будет против такого объединения, кто сможет сопротивляться целям Владыки. В-третьих, посеять семена сомнений и, кто знает, может, найти союзников для будущих действий. А есть ещё в-четвёртых, в-пятых и т.д.

В-общем, интрига была та ещё. И играть в эти игры Игусу не надоедало никогда: притворяться не тем, кто он есть на самом деле, управлять и манипулировать не только подчинёнными и простыми людьми, но даже власть имущими. Служить притворно одному хозяину, а на самом деле - совсем другому. Он умел всё это делать просто виртуозно. И сейчас наступил момент показать всё, на что способен, чтобы получить самое главное - удовольствие от достижения цели.

То, что много лет назад он не смог найти всех вероятных выживших гостей с неба, и даже не смог найти полной и достоверной информации о том, остался ли кто-либо жив после того случая, сейчас будет исправлено другой победой. Он сумеет поймать и удержать этих новых пришельцев. И заставит-таки их служить анрэю. Там и так, где и как это будет нужно!

Глава 28.

Кришн. Площадь зрелищ.

Музыка, зазвучавшая на площади, была непривычной для местных жителей. Танцы, которыми весь день радовали глаза зрителей разные красотки, как местные, так и приезжие, были плавными и мягкими. Или зажигательно-сексуальными. Или просто эстетически красивыми.

Этот танец был иным. Незнакомым. Невероятным. Проникающим до самой глубины человеческой сути.

Ритмичная и одновременно мелодичная песня струнного инструмента сопровождалась звеняще-весёлыми звуками бубна. Но даже такая чуждая мелодия не могла отвлечь от главного. От исполнительницы этой мистерии.

Когда на площадку выступлений поднялась женщина в легкомысленно-ярком наряде танцовщицы, это не удивило зрителей. За целый день их сменилось здесь несколько десятков: ярких, красивых, уверенных в себе.

Эта женщина была иной. Он чем-то неуловимо отличалась от той вереницы, что развлекали публику вот уже столько времени. Сразу было видно, что, несмотря на яркий сценический макияж, (а Мэриен, ругаясь от души, целый час убила на нанесение "боевой раскраски" перед выходом на улицы города) танцовщица не так молода, как те, что выступали до неё. Кроме того, её походка, жесты и взгляд совсем не напоминали вызывающие и какие-то неуловимо вульгарные движения молодых конкуренток. Предыдущие красавицы, со всей самоуверенностью юности, смотрели на окружающих как на жертв своей привлекательности и таланта. Эта актриса была естественна в своей простоте, невзирая на яркие одежды и театральный грим. Она спокойно направилась к центру площадки, легко, с уважением поклонилась в сторону Главы и его спутников и кивнула своему музыканту.

В руках мужчины был странный инструмент, непривычный даже такому городу-космополиту, как Кришн. Тот присел на край площадки, взял инструмент поудобнее и ...

Несколько мгновений тишины, пока зрители переглядывались, удивляясь такой наглости: выступать решилась немолодая уже женщина - сменились перебором струн. Тихие сначала, но постепенно набирающие силу удары по бубну, вступили в действие, и, наконец, музыка заиграла в полную силу, а стоявшая в центре почти неподвижная фигура сорвалась в движение.

Повторить этот танец не смогла и не решилась бы ни одна из артисток-конкурсанток, уже выступивших здесь сегодня.

Это был танец огня, когда руки двигались отдельно от тела, как лепестки пламени над костром, от которого в небо отлетали искры-чувства. Это был танец вихря, уносившего ввысь листву с деревьев, закручивая их в тугих спиралях воздуха. Это был танец радуги в каплях воды над водопадом, неприступной и неповторимой в своих переливах. Это были молнии, сверкавшие в потемневших от бури небесах, нагоняющие одновременно восторг и ужас. Это было какое-то древнее чувство, поднимающееся из самой глубины... даже не души, а личности, памяти человека и его предков.

Это было то, что невозможно описать, даже нельзя понять полностью. Можно только впитывать в себя эту музыку, эти движения, эту страсть к жизни и всепобеждающую красоту, которую только способна даровать природа.

Мэриен вложила в танец всю себя. Она редко открывалась настолько полно перед кем-то, кроме Алека. Но сейчас эта музыка - древняя земная мелодия - будила в ней память предков матери, которые жили не одну тысячу лет на Земле. Она танцевала так, как танцуют в последний раз, зная, что никогда больше, ни перед кем она танцевать так не сможет.

Мэриен знала, что её танец вызовет новые вопросы, раскроет ненужные местным тайны. Но слишком сложной оказалась задача по спасению пропавшей экспедиции. Слишком опасной могла оказаться попытка по их освобождению. Но раз спасатели нашли (почти нашли) своих - они должны их вытащить. Во что бы то ни стало. И Алек просил сделать всё, чтобы дать ребятам шанс.

А потому Мэриен танцевала со всей своей страстью. Отдавала окружающим себя. Меняя их отношение. Внушая благоговейный трепет, пусть ненадолго. Пресекая злобные планы, которые могут возникнуть. Действуя мягко, но непреклонно. И зная, что никогда больше не сможет ТАК использовать свои возможности.

Если здесь разорванное и "глухое" информполе, которое не позволяет воздействовать на людей непосредственно ментальными техниками иначе, как через тактильный контакт, то кто сказал, что нельзя найти опосредованные пути? Если закрыта дверь, можно, конечно, сломать стену. Но лучше всё-таки влезть в окно.