Напев Чанакьи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гандхаррадж прервал его на полуслове. - Очень любезно с вашей стороны оказать мне эту любезность, Индрадат, но правда в том, что вы победитель, а я побежденный, - сказал седобородый, жестом приглашая своего покорителя сесть. Индрадатт не стал садиться на предложенный ему стул. Вместо этого, в знак уважения к престарелому монарху, он сел, скрестив ноги, на пол рядом с его ногами.

‘Почему вы так почтительны ко мне?- спросил Гандхаррадж, - я твой пленник и был побежден одним роковым ударом.’

- Гандхаррадж, королевство Кайкей всегда высоко ценило тебя. Наш король, Паурус, всегда говорил о тебе с любовью и уважением. Он знает, что вы мудры, справедливы и честны. Решение напасть на ваше королевство было очень трудным, но у нас не было выбора. Ваш сын, Амбхи, посылал переодетых ополченцев и наемников в Кайкей, чтобы вызвать беспорядки в пограничных районах. Мы изо всех сил старались не обращать внимания на мелкие стычки, но неспровоцированная агрессия не ослабевала, - объяснил Индрадут усталому и почтенному государю.

- Я понимаю ваше затруднительное положение, Индрадат. Я готов сделать все, что в моих силах, чтобы обуздать Амбхи, но он безрассуден. Попроси Пауруса простить его за меня, - умолял Гандхаррадж.

Индрадатт поколебался, прежде чем заговорить. - О мудрый король, пожалуйста, не смущай меня. Я ваш покорный слуга, и мой собственный хозяин, Паурус, ясно дал понять, что его трудности связаны не с вами, а с Амбхи. Он также обеспокоен тем, что ваш сын тайно ведет переговоры о заключении договора с Александром. Если Гандхар позволит Александру пройти в Бхарат, то все наши королевства окажутся под угрозой, - сказал он.

‘Это невозможно! Даже Амбхи знает, что он не имеет права заключать соглашение с кем бы то ни было без моей печати одобрения, - заявил Гандхаррадж скорее с надеждой, чем с убеждением.

- Как мне убедить тебя в действиях Амбхи, Махарадж?- удивился Индрадат. Не дожидаясь ответа на риторический вопрос, он крикнул: "Абхайя! Пожалуйста, заходите.’

Через несколько мгновений в комнату вошел оперативник разведки, который допоздна совещался с Майникой в ее бассейне удовольствий. Он сложил руки в знак приветствия обоим мужчинам, но продолжал молчать, ожидая дальнейших указаний от Индрадата.

- Абхайя, твои люди следили за наследным принцем Амбхи?- спросил Индрадат, почти как в суде.

‘Да, мой господин, - ответил Абхайя.

- А принц оставался под вашим наблюдением все пятнадцать мухурт дня и все пятнадцать мухурт ночи?’

- Да, милорд. Он никогда не покидал нашего поля зрения.’

- Неужели принц оставался в Такшиле каждый день последней шуклапакши?’

- Нет, милорд. Он отправился на охоту и на второй день шуклапакши переправился в Камбоджу.’

‘Когда принц переправился в Камбоджу, он разбил там лагерь?’

- Да, милорд. Он оставался в своем лагере в Камбодже три дня и три ночи.’

‘Какие-нибудь особые гости заходили к принцу?’

‘Только один, милорд. Селевк заглянул к нему и провел с ним несколько часов.’

- Селевк, доверенный полководец Александра?’

- Да, милорд. Македонские знаки отличия на лошадях, казалось, говорили об этом.’

‘А ваш агент слышал, о чем шла речь?’

‘Нет. Но секретарь Селевка все же вышел из шатра, чтобы распорядиться насчет горячего воска и перстня с печаткой полководца.’

‘Так что, похоже, это была явно не дружеская охота, если только сейчас не модно клеймить свои охотничьи трофеи восковыми печатями’ - язвительно заметил Индрадатт, заметив озабоченное выражение лица Гандхарраджа. - Спасибо, Абхайя, можешь идти, - сказал Индрадатт.

- Увы! Что сделал мой глупый сын? Как мне исправить этот ущерб, Индрадатт?- спросил Гандхаррадж, когда Абхайя ушел.

Индрадатт не нашелся, что сказать. Он знал, что Чанакья был прав. Паурус не добился абсолютно ничего, напав на Гандхара, разве что толкнул Амбхи в объятия Александра.

Фигура была одета в свободную черную пижаму и черный хлопчатобумажный жилет. Черная маска была повязана вокруг нижней половины его лица, оставляя открытыми только голову и глаза. Вокруг его талии была обмотана длинная джутовая веревка. Его лицо и руки были покрыты сажей, так что любая обнаженная плоть сливалась с темной ночью. С одной стороны на поясе висел небольшой кинжал, а с другой-хорошо отполированная бамбуковая трубка, похожая на флейту. Он был бос, и его ноги не издавали ни звука, когда он осторожно ступал по прохладным и хорошо потертым каменным плитам вдоль дворцового коридора. Через несколько минут он остановился у окна, размотал веревку, крепко привязал ее к ближайшему столбу и выбросил оставшуюся веревку наружу. Он крепко ухватился за веревку и начал спускаться на подоконник этажом ниже. Добравшись до него, он нырнул внутрь, приземлился в бесконечном коридоре, удержал равновесие и посмотрел вдаль на богато украшенную дверь, ведущую в королевскую спальню.

Два стражника стояли снаружи, держа копья, которые пересекали друг друга поперек дверного проема. Вдоль всего коридора тянулся ряд колонн, которые вели к двери комнаты и охранникам снаружи. Черная фигура легко подскочила к своей цели, используя массивные колонны, чтобы спрятаться от глаз охранников. Он тщательно отмерил последние шаги, чтобы убедиться, что находится на расстоянии выстрела, и опустился на колени за одной из колонн. Он отстегнул от пояса похожую на флейту трубку и глубоко вздохнул.

Поднеся трубку к губам, он направил флейту на более бдительного из двух часовых и сильно дунул в трубку. Чрезвычайно маленький дротик, покрытый соком клубней аконита и змеиным ядом, мчался по темной аллее, пока не пробил микроскопическую дырочку в шее часового. Это было не более чем комариное жало, но произвело разрушительный эффект. Прежде чем он успел рухнуть на пол и предупредить своего спутника, еще одна маленькая, размером с горошину, шпора вылетела из отверстия и попала второму стражнику между глаз. Оба мужчины рухнули в считанные секунды, звук их копий, упавших на пол, зловеще отразился в мрачном коридоре.

Он вскочил, подбежал к двум мертвым телохранителям и опустился на колени, чтобы проверить их сонные артерии. Убедившись, что они действительно мертвы, он отстегнул Кинжал и осторожно открыл дверь. В комнате воцарилась тишина, если не считать аритмичного храпа, доносившегося из-за силуэта, лежащего на гигантской кровати в восточном конце комнаты. В комнате было темно, единственным источником света служила одинокая масляная лампа у входной двери.

Убийца двинулся к храпящему человеку, пока не добрался до кровати. Он посмотрел на лицо отца, поднял нож и одним смертельным ударом вонзил его в грудь Гандхарраджа. Артериальная кровь брызнула дугами, когда левый желудочек старого короля сжался, оставляя кровать пропитанной кровью винного цвета. Глаза государя на долю секунды открылись, когда на сетчатке его глаз запечатлелся образ убитого наследника. Его испуганное лицо вскоре сменилось выражением облегчения, когда он понял, что его унизительная жизнь наконец закончилась.