Человек в животном. Почему животные так часто походят на нас в своем мышлении, чувствах и поведении: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

При этом ученые ожидали — если подчиненная шимпанзе действительно знает, что известно доминантной, то она будет подходить к барьеру с фруктами в первую очередь тогда, когда доминантная шимпанзе либо вообще не видела, куда клали фрукт, либо если он был незаметно для нее передвинут на другое место. А в тех случаях, когда доминантная шимпанзе будет знать, где разложены фрукты, подчиненная будет вести себя более сдержанно.

Когда дверцы открывались, и обе самки получали доступ к пустому вольеру с фруктами, подчиненная шимпанзе действительно вела себя так, как ожидали ученые. В тех ситуациях, когда ее конкурентка была проинформирована неверно или неполно, она добывала из вольера значительно больше фруктов, чем в тех случаях, когда доминантная знала, где разложены фрукты. Самки шимпанзе низкого ранга явно знали, что именно видели их доминантные родственницы, и действовали исходя из этого знания.

Сегодня многие исследователи поведения считают, что «человекообразные обезьяны» или «хищники» действительно имеют представление о том, как воспринимают окружающий мир их сородичи, какие у них цели и знания. Они способны проникнуть в мир другого индивида и увидеть окружающий мир их глазами. Более того, последние исследования, проведенные на шимпанзе, орангутанах и бонобо, показывают, что они обладают еще более высокой, в высшей степени замечательной способностью, которая прежде приписывалась исключительно людям — знать, что другой обладает неверными убеждениями и поведет себя в соответствии с ними.

Что конкретно имеется в виду? Представьте себе группу детей, которые смотрят кукольное представление про Каспера[7]. Дети видят, как разбойник ворует конфету, прячет ее под красным ведерком и исчезает. Теперь на сцене появляется Каспер, заглядывает под ведро, достает конфету, кладет ее под другое ведерко, синего цвета, и уходит. Снова появляется разбойник, чтобы забрать конфету. Если спросить детей в возрасте от шести до девяти лет, где разбойник будет ее искать, почти все ответят: под красным ведром. Они знают, что конфеты там уже нет, но знают и то, что разбойник убежден в обратном и будет вести себя соответственно. А вот дети в возрасте от трех до четырех лет почти всегда ответят, что разбойник заглянет под синее ведро, ведь именно там лежит конфета, потому что в этом возрасте дети пока не понимают, что кто-то другой имеет неверные сведения и будет вести себя согласно им.

Как же перенести подобное исследование на животных? Междисциплинарная команда ученых из США, Великобритании, Японии и Германии использовала для этого пристрастие обезьян к просмотру видео. Они показали шимпанзе, бонобо и орангутанам фильмы, в которых человек, одетый в костюм Кинг-Конга, ворует у человека, одетого в обычную одежду, камень и прячет его в один из двух ящиков. При этом «Кинг-Конг» виден человеку, и тот наблюдает за его действиями. Затем «Кинг-Конг» угрожает человеку, и тот в ответ выбегает из комнаты. Теперь «Кинг-Конг» достает камень, прячет его в другой ящик, немного выжидает, снова достает камень и, взяв его, выходит из комнаты. Тут возвращается человек, чтобы взять камень. Пока обезьяны смотрят видео, прибор, отслеживающий движение глаз, записывает, куда именно смотрят животные. Результат эксперимента был однозначным: хотя обезьяны видели, что камня больше нет ни в одном из двух ящиков, смотрели они в основном на тот ящик, в котором человек ожидал его обнаружить. Шимпанзе, бонобо и орангутаны очевидно предугадали, что человек поведет себя в соответствии со своим неверным убеждением.

Еще одно замечательное открытие: когнитивные способности птиц

На вопрос о том, какие животные самые умные, большинство людей сегодня отвечают: «Человекообразные обезьяны или шимпанзе». Называют также дельфинов, слонов или хищников. Профессиональные биологи еще несколько лет назад отвечали бы примерно так же. Потому что существовала догма: когнитивные способности животных разных видов в грубом приближении пропорциональны размерам их мозга и степени складчатости коры больших полушарий. И как раз названные животные характеризуются наиболее крупным относительно размеров их тела мозгом и высокой степенью складчатости коры больших полушарий.

Тем более поразительны результаты последних работ на птицах, мозг которых, по общепринятому мнению, «примитивнее» мозга млекопитающих и не имеет коры больших полушарий. Однако исследования на птицах, прежде всего воронах и попугаях, показали, что их когнитивные способности не ниже, чем у человекообразных обезьян. Самой знаменитой фигурой в этом отношении уже много лет назад стал африканский серый попугай Алекс, который, по рассказам своей хозяйки, психолога Айрин Пепперберг, понимал около 500 слов.

Что касается использования орудий, то врановые птицы не уступают здесь даже шимпанзе. Непревзойденное мастерство в изготовлении и остроумном применении орудий демонстрирует, к примеру, новокаледонский ворон, обитающий в юго-западной части Тихого океана. В природе эти птицы мастерят из мелких веточек рабочие орудия наподобие крючков, причем процесс их изготовления состоит из трех этапов. Затем вороны берут их в клюв и ловко используют как зонды, чтобы вылавливать из древесных дупел личинки насекомых. При содержании в неволе они спонтанно мастерят из прямого обрывка проволоки крючок, чтобы добраться до любимого лакомства. Грачи также находят умные решения, если им нужно добраться до еды. Так, чтобы добыть мучных червей, плавающих по поверхности воды в узком стакане, они собирают разбросанные вокруг камешки и бросают их в стакан — ровно столько, сколько нужно, чтобы уровень воды поднялся и можно было достать червяка. Врановые птицы также могут узнавать себя в зеркале. Это доказано для сорок, также относящихся к семейству врановых. Они однозначно узнавали себя в зеркале. Кроме того, врановые птицы отчасти знают, что именно известно другому. Так, во́роны и калифорнийские кустарниковые сойки различают, кто именно из сородичей наблюдает за ними, когда они прячут запасы, а кто — нет. Это важно, потому что некоторые сородичи с удовольствием подворовывают чужие запасы.

У врановых птиц, так же как у некоторых обезьян и собак, есть своего рода «чувство справедливости» — явление, совершенно немыслимое без высоко развитых когнитивных способностей. Этот феномен впервые был открыт на капуцинах в классическом эксперименте Франса де Вала и Сары Броснан. Для этого зверей сначала обучили тому, что имеющуюся у них фишку можно обменять у экспериментатора на ломтик огурца, что животные с восторгом и выполняли. Однако если далее в эксперименте они наблюдали, что в обмен на такую же фишку их сородич получает вместо огурца гораздо более привлекательное поощрение — виноград, они реагировали на это с возмущением и больше не хотели участвовать в обмене. Еще с большим раздражением они реагировали, если видели, что какой-то сородич получает виноград просто так, в подарок, не отдавая за него фишку. Несколькими годами позже команда австрийских ученых во главе с Томасом Бугньяром провела те же эксперименты на во́ронах и серых воро́нах. Они пришли к идентичным выводам: врановые птицы были жестоко уязвлены, если видели, что их сородичам несправедливо отдавали предпочтение.

Перед биологами встал вопрос, каким образом врановые птицы и попугаи проявляют когнитивные способности, сравнимые со способностями обезьян, не обладая при этом корой полушарий головного мозга. Ответ таков — это следствие параллельной эволюции различных групп животных. Насколько мы знаем, линии развития птиц и млекопитающих разошлись около 300 млн лет назад. С того времени обе группы эволюционировали параллельно, на основе общей предковой формы. У обеих развился объемный конечный мозг, составляющий преобладающую часть всего мозга. Правда, у млекопитающих и птиц он организован совершенно по-разному. Но поскольку обе формы организации способны к высшим когнитивным достижениям, мозг птиц рассматривается сегодня не как «более примитивный», а как «другой». Открытие выдающихся когнитивных способностей птиц привело в биологических науках к переоценке мозга у птиц.

Высшие проявления когнитивных способностей животных привлекают к себе большое внимание как в научном мире, так и среди широкой публики. Однако при этом нередко уходит на задний план фундаментальный факт из биологии поведения: высшие когнитивные достижения, как и другие признаки, формируются под влиянием естественного отбора и помогают животным приспосабливаться к условиям окружающего мира. Однако виды животных с высшими когнитивными показателями не лучше приспособлены к среде, чем виды с минимальными проявлениями этих признаков. Насколько вид приспособлен к условиям, проявляется не в его когнитивных умениях, а в первую очередь в его способности к выживанию и размножению. Хотя дождевой червь и не проявляет таких когнитивных талантов, как ворон или шимпанзе, он ничуть не хуже приспособлен к своей среде.

Выводы

Все животные учатся на собственном опыте и за счет этого приспосабливаются к окружающему миру. При этом речь идет как о совсем простых формах обучения, таких как привыкание к незначимым стимулам, так и об ассоциативном обучении, таком как выработка классического либо оперантного условного рефлекса. Некоторые животные обладают также более высокими когнитивными способностями. Они могут планировать и действовать преднамеренно, узнают себя в зеркале, знают, что известно другому, и даже замечают, если другие имеют неверное знание. Хотя подобные высшие когнитивные способности доказаны пока лишь у немногих видов животных, и ими располагает далеко не каждый индивид данного вида, однако имеющиеся результаты исследований убедительно доказывают, что животные в принципе способны к таким когнитивным достижениям, которые еще не так давно приписывались лишь человеку. В настоящее время идут дискуссии по поводу того, доказывают ли эти результаты наличие своего «я» у животных, сопоставимое с тем, каким обладаем мы.

Вероятно, самым большим сюрпризом последних 20 лет было открытие выдающихся когнитивных способностей отдельных видов птиц. Среди них выделяются попугаи и врановые птицы, вероятно, не уступающие по разумности человекообразным обезьянам. Этот факт подчеркивает, что эволюция когнитивных способностей осуществлялась не по прямой линии, ведущей к человеку. Более вероятно, что «умное поведение» развивалось у самых различных групп животных независимо друг от друга.

Глава 6. Личность у животных

Развитие поведения и открытие индивидуальности

Социальное окружение в детстве

Если бы в 1950-е годы биолога спросили, что произойдет с детенышем обезьяны, если он будет расти один, без контакта с матерью, биолог, скорее всего, ответил бы так: «Если у животного будет достаточно еды и питья, если его клетка будет содержаться в чистоте и освобождаться от возбудителей болезней, если правильно поддерживать температурный режим, то оно будет развиваться совершенно нормально». Широко распространенным было убеждение, что задача матери у животных состоит прежде всего в том, чтобы обеспечивать детеныша пищей, в особенности молоком, согревать его и защищать от врагов. Мысль о том, что мать играет существенную роль в развитии поведения своих детей, была скорее непривычной.

Затем, во второй половине 1950-х годов, появились исследования американских психологов во главе с Гарри Харлоу. Именно они показали, насколько решающее значение имеют социальные контакты для нормального развития. В эксперименте, совершенно недопустимом с сегодняшней точки зрения, детеныши макаки-резуса с рождения воспитывались искусственно, вне контактов с матерью или другими сородичами. Животные благополучно росли и были физически здоровы, однако их психическое состояние и поведение оказались полностью нарушенными. Некоторые из них сидели на земле без всякой инициативы и тупо пялились в пустоту. Другие проявляли экстремальную степень стереотипии, часами раскачиваясь из стороны в сторону однотипным повторяющимся движением. На новое они реагировали испугом. Мячик, который в обычных ситуациях служит приглашением к живой игре, вызывал у них панику и ужас. Когда эти детеныши-обезьянки встретились со своими сверстниками, выросшими в нормальных условиях, они продемонстрировали значительные отклонения в социальном поведении — были гиперагрессивны и не могли интегрироваться в существующие социальные группы. Становясь матерью, самка, выросшая вне социальных контактов, вообще не годилась для этой роли и третировала собственных детей. Сегодня нас это не удивляет. Выяснилось: чем дольше у детеныша с момента рождения отсутствует социальный контакт с матерью или другими сородичами, тем ярче выражены отклонения и тем безнадежнее будут попытки проводить с ним терапию.

Эти исследования четко показали: детеныш обезьяны не может развиться в социально и эмоционально компетентного индивида на основе одних только инстинктов. Для этого ему на ранних этапах жизни требуются интенсивные контакты с соплеменниками. Мать — не только источник пищи, она социализирует своих сыновей и дочерей, дает им безопасность и социальную поддержку. Насколько эффективно она способна, к примеру, смягчать у своих детей гормональные всплески при стрессовых ситуациях, мы уже видели во второй главе.

Кроме того, исследования Харлоу принесли еще один важный вывод, правда, вскоре забытый. Если дети вырастают без матери, однако среди своих ровесников, то у них, как и в нормальных случаях, не будет отклонений в поведении. Частые и интенсивные игры со сверстниками оказывают на них яркое позитивное влияние, вполне сопоставимое с материнским. То есть если быть более точным, решающим для правильного развития потомства является не контакт матери и ребенка, а в общем социальный контакт с сородичами, с которыми детеныш состоит в близких отношениях.

Исследования последних десятилетий подтверждают: чтобы вырасти в эмоционально и социально компетентного индивида, детеныш млекопитающего должен быть социализирован. Только при успешном выполнении этого условия он в своей будущей жизни сможет соответствующим образом общаться с сородичами и налаживать с ними отношения. Этот факт относится не только к обезьянам. Как ведут себя, например, собаки по отношению к другим собакам и человеку, существенно зависит от того социального опыта, который они приобретают между третьей и четырнадцатой неделями жизни. Наконец, на всех млекопитающих распространяется правило: они развиваются в социально компетентных взрослых только в условиях ненарушенного социального окружения.

В последние годы исследования на обезьянах, копытных и грызунах выявили еще одну закономерность, — вполне нормальные различия в социальных контактах могут на долгое время повлиять на темперамент и поведение детей. Особенно важны для формирования характера частота и длительность материнской заботы о потомстве. Так, крысята, познавшие лишь малую долю материнской заботы, во взрослом возрасте хотя и не имели отклонений в поведении, но были боязливее и более подвержены стрессу в сравнении с крысятами, о которых мать заботилась более интенсивно. Также и мышата были смелее, если их матери активно и много заботились о них, и осторожнее, если их воспитывали с меньшей заботой.

Не всегда именно мать в ответе за успешную социализацию. У многих видов, как у макак-резусов, существенную лепту в успешное развитие поведения вносят контакты со сверстниками — товарищами по играм. У отдельных видов, например, у обезьян прыгунов, самым близким существом для детей становится отец, а у слонов потомство социализирует целая группа родственниц-слоних.

Итак, бесчисленные исследования подтверждают, насколько важно для развития поведения у млекопитающих социальное окружение на ранних этапах жизни. При отсутствии социальных партнеров в поведении появляются нарушения и тяжелые отклонения. Небольшие, в пределах нормы, различия в социальных контактах сказываются на поведении отдельных индивидов. Поэтому раннее детство с момента рождения по праву считается решающим этапом развития, в котором на будущее закладываются эмоции и поведение млекопитающего. Однако это не единственный отрезок жизни, в котором окружающая среда воздействует на поведение.

Влияние пренатального периода

Однажды утром моя давняя сотрудница Сильвия Кайзер открыла свой ноутбук, просмотрела сделанные днем раньше видеосъемки морских свинок и не поверила своим глазам. Четыре самки в просторном, обогащенном вольере вели себя совершенно однозначно как самцы. Они обращались друг с другом грубее и намного активнее, чем полагалось самкам этого вида, более того, вовсю танцевали румбу — выразительный ритуал ухаживания, который в норме исполняют только самцы. Если в большой колонии морских свинок вы захотите определить, кто из них — самец, а кто — самка, достаточно пронаблюдать, кто будет танцевать румбу. Это делают все самцы, но ни в коем случае не самки.

Второе видео, которое тем утром анализировала Сильвия Кайзер, показало еще одну группу четырех морских свинок женского пола, живших в том же помещении в идентичном вольере. Однако эти свинки вели себя как типичные самки — никакой румбы не танцевали, были менее активны и в стычки между собой не вступали. Откуда взялись такие четкие различия в поведении у самок одного возраста, живущих в одних и тех же условиях?

Удивительно, но самок обеих групп отличал друг от друга один-единственный признак: социальное окружение, в котором жили их матери в течение беременности и в период грудного вскармливания. Дочери матерей, живших в нестабильном социальном окружении, проявляли в своем поведении маскулинные черты, а живших в стабильном социальном окружении — вели себя как типичные самки.

Что было общего между стабильными и нестабильными условиями и что их различало? В обеих ситуациях один самец жил вместе с пятью самками в просторном вольере. Во всех группах все самки были быстро покрыты самцом, через два месяца каждая из них произвела на свет от одного до четырех детенышей и около трех недель выкармливала их молоком. Но в стабильных социальных условиях каждая самка контактировала исключительно с тем самцом, с которым она спаривалась, и с другими самками его группы. А в нестабильных условиях самок время от времени пересаживали из одной группы в другую, так что каждая из них имела неоднократный опыт смены социального окружения и контакта с незнакомыми сородичами.

[7] Каспер или Кашперль — комический персонаж немецкого национального фольклора и театра марионеток.