— В Лувр, миледи?
Ледибаг ничего не ответила. Естественно в Лувр, что за глупые вопросы?
Через полквартала они перешли на верхние пути: внизу нервно стучали копытами лошади и курили всадники в старинных мундирах. Маринетт даже не пыталась узнать, с какой картины эти молодцы выпрыгнули.
— О, это Учелло, — узнал всадников Кот. — Прикольно.
Героев нагнали родители Адриана, стоило Ледибаг и Коту Нуару немного замедлиться.
— Как я заметил, — сказал Габриэль, — на вас не нападают, если вы не приближаетесь.
— К тому же, видимо, их способности ограничены тем, что в них вложено художником, — добавила Эмили. — Это неплохо.
— Почему?
— В Лувре множество портретов и практически нет сказочных мотивов.
Ледибаг всё ещё не понимала, поэтому потребовала пояснения.
— Если придётся сражаться, то вашими противниками будут обычные вооружённые люди, а не сказочные существа, обладающие магией. Это неплохо.
— А ещё в Лувре куча картин с религиозными мотивами, — напомнил Нуар. — Это та же магия, вообще-то, так что я бы не обольщался.
— Большая часть картин — портреты, Адриан.
Ледибаг прикусила губу. Слабое утешение. Она бы предпочла не сражаться вовсе.
Стеклянная пирамида Лувра показалась неподалёку. Герои остановились на крыше, и Ледибаг пронзило сильнейшее ощущение дежавю: совсем недавно, каких-то пару месяцев назад они с Котом стояли точно так же и ждали, пока Роджер оцепит территорию, ведь около пирамиды парила странная акума. Могла ли Ледибаг тогда предположить, что эта странная, ненормальная одержимая окажется матерью Адриана и будет помогать Чудесным спасти мир?
Как глупо была использована тогда Луна! Вот бы вернуть эту карту, сейчас бы она очень пригодилась, чтобы пройти собственно к музею. Площадь перед ним была многолюдной, однако в зрении Ледибаг все люди оказались цветными. Не горожане, а выбравшиеся из-за картинных рам персонажи.
— Не думал, что в Лувре столько картин, — прибалдел от увиденного Кот. — Как-то… многовато.
— Не забывай, что есть ещё хранилища не выставленных полотен, — сказал Габриэль. — Наверняка большинство из тех, кто впереди, оттуда. Полотна в Лувре обычно закрыты стеклом, из-под которого так просто не выйдешь. Хорошо ещё, что статуи не ожили.
Маринетт кашлянула.
— Есть вопрос поважнее удобства акум и статуй. Как нам пройти к музею, где засел демон, если площадь перед ним буквально усеяна… мобами?
Кот хмыкнул и согласно кивнул на выбранный термин. Больше всего происходящее действительно напоминало ему квест в компьютерной игре. Действительно, мобы.
— Миледи, у меня такая идея, — протянул он. — Выпустим собственную игру? С кучей акум и всем прочим? Мы обогатимся, точно тебе говорю. Привлечём к работе Макса, Алью и Нино, Хлою для продвижения…
— Тебе мало прибыли от мерча? — подняла брови Ледибаг.
— Прибыли не бывает много, — ответил за Адриана его отец, — но об этом вы подумаете потом. Сначала я предлагаю разобраться с текущей проблемой.
Не дожидаясь реакции, он спрыгнул с крыши и подбежал к ближайшей «картинке» — женщине с ребёнком в средневековых одеждах. Маринетт даже моргнуть не успела, как Габриэль вытащил из трости клинок, — лут девяностого уровня, — и разрезал парочку пополам.
Кровь хлынула во все стороны, как в «Убить Билла». Габриэль отскочил назад, а после и вовсе забрался обратно на крышу. Лицо у него было сероватым — не такого он, видимо, ожидал.
— Была вероятность, что они распадутся пятном краски. Тогда можно было бы попытаться расчистить вам путь.
— Эй-эй, смотрите!
Против воли Маринетт отшатнулась от края крыши. На лице у неё появилось шокированно-брезгливое выражение, а руки поднялись в защитном жесте. Сцена, разворачивающаяся внизу после убийства картинки, оказалась далека от пасторальной: все персонажи полотен, что были поблизости, набросились на мёртвую товарку, едва услышав запах её крови.
— О, Господи, — прошептала Маринетт, глядя на звериное пиршество внизу, — это же просто…