Третья часть… самая сложная и трудновыполнимая. Маринетт хотела, чтобы хоть небольшая сумма появилась у Томаса и Сабин. Это казалось девушке очередным этапом взросления: принести домой деньги. Поскольку напрямую Маринетт не могла просто взять и отдать их, то она поступила более хитро.
Во-первых, она купила отцу качественную зимнюю шапку, а матери — шаль и перчатки. Во-вторых, она приобрела набор кухонной посуды и всяких разных сковородок-кастрюлек-горшочков, о которых Сабин давно мечтала. Ну и в-третьих она пораспихивала мелкие купюры по карманам несезонной родительской одежды. Конечно, вопросы насчёт первых подарков были, но вроде бы Маринетт удалось отговориться выигранным модельерским конкурсом и большими скидками на посуду по знакомству.
Мать с отцом, кстати, начали находить мелкокупюрные подарочки, и всё никак не могли взять в толк, откуда у них в одежде столько денег. Сабин, наверное, поверила бы в одну-две завалявшиеся купюры или пригоршню мелочи, но не в то, что устроила Маринетт. Сама девушка невинно предположила, что в доме завелась волшебная фея.
Что смешно, Сабин этой «фее» поставила печенье с молоком. И Тикки ночью, пока Маринетт спала, съела угощение с чистой совестью.
— Вам пайетки отдельно или смешать?
— Смешать.
Маринетт очень хотела сделать платье, целиком расшитое разноцветными пайетками. Да вот только раньше как-то не было времени и денег. Особенно денег.
Теперь же в кошельке у неё поселились новые хрустящие евро, и желанное пайеточное платье оказалось на огромный шаг ближе. Окрылённая счастьем, Маринетт уже сшила чистое белое платье-основу, и теперь ей оставалось всего два шага: купить пайетки и нашить их. С последним этапом, конечно, будет сложновато, потому что времени на шитьё у Ледибаг становилось всё меньше и меньше.
Спасибо за это стоило говорить акумам, Коту Нуару и Адриану Агресту. И если против двух последних Ледибаг ничего не имела, то акумы, честно говоря, немного утомили.
После воскресного интервью у Шамак прошло чуть больше недели. Пайетки Маринетт отправилась покупать в очередной счастливый вторник, который порадовал Адриана варежками с оленями и новеньким мятным шарфом. И за прошедшие дни произошло семь, — семь! — нападений акум.
Они не были сильными, как гробовщик, или особенно опасными, как электрик. Но они были, их было много, и их появление утомляло. Казалось, что, стоило Нуару и Ледибаг разобраться с одним одержимым, как появлялся новый. Серьёзно, акуманизация проходила практически ежедневно! Ну это уже было ни в какие ворота!
Только вот ни у Маринетт, ни у Кота, если честно, почему-то не хватало смелости просто взять и позвонить по коммуникаторам Бражнику, чтобы разобраться со всей этой акумной канителью и ролью мотылька в ней. Маринетт несколько раз видела, как Нуар сидел на крыше и смотрел на экранчик сложенного жезла, сосредоточенно хмурясь.
Она не подходила к Коту в эти моменты. Во-первых, обычно она застукивала его, будучи без трансформации. Во-вторых, она и сама иногда нуждалась в уединении. Особенно когда дело касалось Бражника.
После интервью она, наконец, поговорила с Котом про мотылька. Рассказала про все свои подозрения, про неудавшийся звонок, про странное поведение акум и множество других вещей. Кот внимательно слушал её, не перебивая и даже не приставая со своей тактильностью.
— Тебе стоило рассказать мне всё это раньше, — покачал головой Нуар, когда Ледибаг закончила изливать душу. — Тогда тебе хотя бы было бы легче, ЛБ.
Ледибаг неловко улыбнулась и осторожно коснулась ладони Нуара.
— Ты на меня не обижаешься?
— Как я могу? — он поцеловал её пальчики. — Однако меня беспокоит, что ты столько времени носила это всё в себе.
— Я боялась, что ты подумаешь… мы же столько времени считали, что сражаемся против Бражника, а тут я со своими предложениями. Это выглядело просто глупо!
— Моя подруга разделяет твоё мнение насчёт Бражника, а она очень умная девушка. Так что я бы точно не подумал, что ты глупая, Багги-Бу. Ты ранишь меня в самое сердечко своим недоверием, жучок!
— Да ну тебя, — она легонько стукнула кулаком по плечу напарника. — Шут!
Кот театрально поклонился.
— Только твой шут, миледи, все каламмуры исключительно для тебя! Но, если быть более мурьёзным, то я бы хотел, чтобы ты рассказывала мне о своих душевных терзаниях, ладушки? У тебя есть ещё что-то, что тревожит тебя, жучок?
Ледибаг устало потёрла глаза и уныло вздохнула.
— Ну, вообще-то, да. Я, кажется, хочу завести себе гарем из зеленоглазых блондинов.
Если бы Кот в тот момент что-нибудь пил бы, то непременно выплюнул бы всё изо рта. К счастью, Нуар всего лишь запутался в собственном хвосте и рухнул на крышу.
— Ты что?! — завопил он, пугая кошачьим воплем голубей с соседних крыш. — Ты нашла ещё кого-то помимо меня и Агреста?!
Ледибаг, отшатнувшаяся из-за вопля, быстро заморгала и удивлённо посмотрела на напарника.
— В смысле?
Нуар вскочил на ноги, подпрыгнул к Ледибаг и схватил её за руки, прижимая ладошки к своей груди.