— Конечно-конечно, Багги-Бу, как скажешь. Раз не истерика, то что за приступ?
Она выпуталась из его рук и принялась собирать фрукты, рассыпавшиеся по крыше. Кот сидел, смотрел, но не помогал: судя по горящим зелёным глазам, он предпочитал оставаться зрителем и просто наблюдать за тем, как напарница ползает, пытаясь найти разбросанную снедь.
А ведь Маринетт была в таком ярком, обтягивающем костюме…
Подобрав очередное яблоко, Ледибаг густо покраснела и обернулась. Нуар наблюдал за ней с нечитаемым выражением на лице, из-за чего девушка смутилась ещё больше и быстро встала.
— Может, поможешь?
Нуар хмыкнул, и увеличил шест. Кончиком волшебного оружия пригнал одно из затерявшихся яблок прямо под ноги напарнице и провокационно поднял брови.
Ледибаг закатила глаза, но яблоко всё-таки подняла. Щёки у неё просто горели, а губы были сжаты в одну очень тонкую, пышущую недовольством линию.
— Так что за приступ, миледи?
— Голова болела.
— А на какой мысли?
— Что мы с тобой можем быть знакомы в обычной жизни.
Нуар не выглядел удивлённым: казалось, эта же мысль уже давным-давно поселилась в его ушастой голове, и никакого дискомфорта не причиняла. Он спокойно встретил заполошный взгляд Ледибаг и медленно кивнул.
— Да, я тоже так думаю.
От его слов голову Ледибаг совсем отпустило. Пропали даже незаметные отголоски боли, которые девушка не замечала. Мир расцвёл, ночь стала глубокой, свежей и очень романтичной. Даже жаркие стоны снизу перестали казаться сексуальными и пошлыми, превращаясь в нечто вроде музыкального сопровождения для парижской темноты.
Йо-йо Ледибаг подцепило последнее яблоко, что укатилось к краю крыши.
— Кстати, Ледибаг, а ты зачем еду-то принесла?
Всё ещё смущённая, Маринетт посмотрела на пакет с фруктами в своих руках.
— Если честно, я просто не доела. Перевоплотилась голодной, ну и собрала фрукты с собой, чтобы съесть их потом. Но сейчас голода совсем нет… ох, Кот, я же совсем забыла!
Она подбежала к Нуару и коротко его обняла. Кот, хоть и не был готов к проявлению нежности от напарницы, принял его как всегда с воодушевлением: сцепил когтистые руки за её спиной, прижал девушку к себе. Отпустил он её сразу же, как Ледибаг стала отстраняться.
Он всегда отпускал.
— Твои прикосновения — это определённо то, ради чего я живу, — промурлыкал Нуар. — Ты забыла меня обнять, миледи?
— Нет. Я забыла отдать тебе подарок.
Кот распахнул глаза. В зелёных блюдцах золотыми искрами отражались огни ночного города, похожие на звёзды. Тонкие зрачки расширились, но почти сразу же схлопнулись до узких полосок.
Губы у Нуара свело так, что Кот едва мог говорить.
— Подарок, миледи?..
— Да.
Она достала из пакета конверт, в который убрала плетёнку. Талисман был небольшим, выполненным в чёрно-красной гамме, с резными деревянными бусинами. Он получился немного меньше, чем тот, что Маринетт дарила когда-то Адриану, но выполнен оказался более изящно. Всё же, Дюпэн-Чэн изрядно выросла в мастерстве рукоделия за прошедшее время.
Нуар принял конверт и осторожно достал из него Талисман. Кот смотрел на подарок так, будто тот способен в одно мгновение уничтожить половину мира. Или же весь мир. Его мир.
— Я подумала, что я никогда ничего тебе не дарила, — тихо сказала Ледибаг. — И долго думала, что могу для тебя сделать. Еда и какие-то бытовые мелочи не в счёт. Одежду нельзя, хотя я, в принципе, неплохо шью. Украшения тоже, это же демаскирует… так что я сделала тебе эту плетёнку. Это…
— Талисман удачи, — отмер Нуар. — Я знаю. Только вот теперь можно и одежду, и украшения — мы же решили раскрыться. Вдруг выйдет…