Я с сомнением взял в руки легкую материю.
– Поторопись. Туман уже подходит к нашему краю, самое время отправляться в погоню.
35. Внутри Перекрёстка
Долго прощаться не стали. Я просто встал, проверил пристёгнутый к груди пистолет-пулемет и подвешенный к бедру гоблинский тесак. Таких Эхор отобрал для всего отряда несколько штук, перерыв целую гору добытых по дороге трофеев. Якобы, эти ножи, усиленные-заговорённые, пробивали любую броню. Один из них так легко рассёк доспехи на плече Вадима.
Автомат мой лежал в пещере. Вернуться за ним, не вызвав подозрений и расспросов, я бы не смог. Рюкзак тоже пришлось оставить, поэтому патронов у меня будет самый минимум. Раньше я планировал улизнуть с кое-какими припасами, но если в запасе всего восемь часов – обойдусь. Налегке путь короче.
– Ну пока, колдунья. Осторожней тут.
Не дожидаясь ответа, я пополз вниз по скале.
Настроение было опять ни к черту, да ещё сбитые ноги через десять минут ходьбы заныли с новой силой. Я вспомнил про лекарство, сделал привал под одной из колонн и тщательно обработал ступни. Жирные руки вытер об волосы, надеясь, что лечебный эффект хоть капельку подействует и на больную голову.
Хотелось сделать что-нибудь наперекор Хайде. Эта её рассудительность и логичность, и деление людей на важных и неважных – просто бесили. Я упорно гнал от себя рассуждения о причинах, почему так раздражен. Эта логика, что один человек не достоин даже попытки спасения, если под угрозу ставится жизнь другого… Что спасать одного или даже группу сородичей не стоит, если на кону победа в войне… Это всё так правильно, так логично, но не по-человечески!
А больше всего я гнал мысли о том, что могу ошибаться, и что вывод о намеренно подброшенной сумке может быть ошибочным. Маринка ведь разумный человек? Конечно. Не всегда рассудительный и логический, но всё же. Могла она догадаться оставить след? Могла. Вот я бы на ее месте так и сделал! Наверное…
Если я прав, то впереди будут ждать ещё знаки. Как минимум, мне нужно указание, в какой портал пойти. Это если сумка была той самой хлебной крошкой по дороге к пряничному домику. А если нет? Ведь нанести на ткань кровь, чтобы указать мне время – до этого Маринка бы точно не догадалась! Или она попросту ранена, или… Что?
С такими мыслями я без остановок топал к порталам. Сначала проходил между колоннами смело, не втягивая голову в плечи и не пригибаясь. Однако с каждым шагом тревога пробиралась всё глубже за шкирку. Я замотался в плащ Хайды. Одна только мысль, что гигантские птицы уже заметили одинокий незнакомый силуэт и заходят в пике – вызывала мурашки на коже. Если одна такая вот прямо сейчас на меня упадёт, я даже хлопанья крыльев не услышу!
Вскоре я заметил первый блок-пост. Увидеть его в тумане было нереально, а вот услышать – запросто. Гоблины, как всегда, если надолго оставались без присмотра, чувствовали себя здесь в безопасности, конспирации не соблюдали. Ворчали, грызлись и гремели оружием так, что было слышно за сто шагов.
Вскоре я понял, что, что встреча с орками – не самая большая опасность, с которой предстоит столкнуться. Куда страшнее потерять дорогу. Поначалу я решил двигаться не по тропе, а вдоль неё, чтобы избежать встречи с патрулями. И чуть было не поплатился, сразу же сбившись с пути. Незаметно для себя стал забирать в сторону, сделал в тумане крюк, и только гомон нескольких гоблинов, послышавшийся вдалеке, совершенно в стороне от предполагаемой мной тропы, позволил вовремя сориентироваться. Если бы не это, я мог дойти до края плато и улететь себе преспокойненько в пропасть.
Дальше шёл строго по обочине, не выпуская край дороги из вида. Моя тропа уже несколько раз сливалась с другими такими же, становясь всё шире и утоптаннее, по бокам появился резной бордюрный камень и время от времени встречались невысокие каменные столбики, тоже с надписями. Я сразу же прозвал их верстовыми, хотя явно расстояние между ними было не одинаковым.
На блок-пост пришлось потратить минут двадцать, поскольку по обе стороны дороги от него уходили каменные баррикады. Далеко ли они тянутся, есть ли у них конец, и какие силы стоят наверху в охранении – эти вопросы для меня были неразрешимыми. Я не стал искать на них ответы, а просто залёг у обочины и дождался, когда гоблин отойдет на пару метров и повернется спиной. Коротким бесшумным броском (хотя мне-то казалось, что я грохочу, словно тысяча ржавых вёдер) перебежал на ту сторону баррикады и сразу же нырнул направо, в пыль.
Гоблин что-то почуял и, ворча, начал оглядываться. Тут из тумана вышли двое других, и я возблагодарил интуицию за то, что она не позволила мне бежать дальше по дороге. Ящеры недолго поперерыкивались и, успокоенные, встали обратно на свои посты. Я же, стараясь даже не дышать лишний раз, приподнялся и медленно, враскаряку-вполуприсяде пополз оттуда подальше.
Конечно же, за два часа, которые сам себе отвёл, до центра Перекрёстка я не добрался. С учетом необходимости соблюдать полную тишину и внимательно смотреть под ноги, поминутно прятаться за валуны или колонны, встречавшиеся всё реже, а однажды и вовсе пробираться ползком, когда тролль внезапно выплыл черной горой из мглы и остановился совсем рядом… Короче, третий час пути был почти на исходе, когда впереди показались темные громады порталов.
Пройти оставалось всего метров сто пятьдесят – двести. Но это скромное расстояние тяжело давалось: двигаться приходилось крайне медленно и осторожно. Заграждения и укрепления я, пользуясь возможностями маскировочного плаща, преодолел достаточно легко, но чем ближе к камням – тем многолюднее становилось вокруг. В смысле, многоящернее.
Повсюду сновали гоблины. Но не только они. Вдалеке слышался рёв тролля, а в разрыве тумана я разглядел однажды пару рогатых орков. Гоблины выстроились перед ними в каре, словно это славные генералы прибыли к своим сородичам с проверкой. Впрочем, кто его знает, может так и было? Факт оставался таким: впереди, сзади, с боков и еще далеко там, за порталами, разносился гомон и завывания зеленокожих.
Плохо. Тут практически не протолкнуться. Возможно, если рвануть бегом, то можно будет прошмыгнуть? А что потом? Незамеченным не пройти, погоня гарантирована, а что ещё ждет на той стороне портала? Учитывая, что я пока не выбрал даже, в какой из четырёх нужно прыгать.
Справа от меня послышались взрыкивания и топот. Гораздо ближе, чем хотелось бы. Очертания фигур были плохо различимы, но я насчитал сразу несколько разномастных ящеров. Движутся целенаправленно ко мне или мимо, по своим делам? Пойди пойми.
Ни попасться, ни устраивать бой прямо здесь в мои планы не входило. Один на один, возможно, еще рискнул бы – с тесаком в руках. Но только не при таком раскладе, ибо я не Д'Артаньян и даже не мушкетёр.
Со стрельбой, конечно, можно продержаться некоторое время. Современное, совершенное и убойное детище отечественной оборонки, произведенное специально для спецподразделений. Но всего три доступных обоймы давали минимум шансов в открытой стычке.
Я резко изменил курс, начал забирать левее. Голоса стали громче, ближе. Я перешел на легкую рысь. Камни высились в тумане, впечатляюще закрывая уже полнеба (если бы я видел небо). Оставалось совсем чуть-чуть, каких-то два-три десятка десятка шагов, но тут между потрескивающих порталов появилась еще одна орочья фигура.
Зелёный басовито загудел и замахал лапами. Бог его знает, меня заметил или просто так. Уточнять не было желания. Я, не останавливаясь, гадал: пойти в наглый прорыв или сделать вид, что случайно проходил мимо, а потом спрятаться за поворотом?
Но тут из-за края портального камня появилось кое-что похуже. Морда крупного матерого свиноволка. Он нюхал воздух и сердито, нервно фыркал. Как и предупреждала Хайда, от этих животных цветовая маскировка не спасает.
Я побежал кругом, снова отдаляясь от порталов. Оставляя их по правую руку, но всё же не поворачиваясь спиной. Каюсь, тешил себя надеждой, что потеряют меня из виду в тумане. В лучшем случае, выйдут прочесывать весь Перекрёсток – тогда я смогу сделать крюк, вернуться и, даст бог, подобраться незамеченным.
Как только я это подумал, над головой раздался вопль. Так не бывает, это уж слишком, на одного меня не могут свалиться все неприятности разом! Я это всё подумал потом, а в тот момент от испуга споткнулся, полетел кубарем.
Клич атакующей птицы был рассчитан на то, что я остановлюсь в замешательстве. Или побегу. Не на неуклюжее падение. Она просто охотилась, без седока, поэтому действовала по своему птичьему усмотрению. А тут, вот досада, только клацнула когтями по камням. Одной лапой вообще мимо добычи, ну хоть второй что-то намотала на коготь.