– А, – Пирифой тихо рассмеялся. Он откусил еще и произнес, жуя: – Что он натворил?
– Да глупость, – пробормотала она. – Не думаю, что он видит проблему в том, что сделал.
Пирифой грустно улыбнулся. У нее появилось ощущение, что он понимал ее лучше, чем сам готов был признать.
– Мужчины часто не видят, – прокомментировал он.
– Я не понимаю.
Он пожал плечами:
– Мужчины просто не думают.
– Это дурацкое оправдание.
– На самом деле это не оправдание. Это просто реальность. Все, что ты можешь сделать, – продолжать бороться за то, чего хочешь. Если ты ему нужна, со временем он поймет тебя.
Персефона поджала губы, чувствуя себя странно. Она уже знала, что переборщила с эмоциями, но ничего не могла с этим поделать. Ей хотелось, чтобы Аид почувствовал, что его предали – именно так себя чувствовала она, когда узнала о Левке. Чтобы он почувствовал раздражение, которое усиливалось в ней с каждым часом, пока он не давал о себе знать. Ей хотелось отказать ему в повиновении, только чтобы увидеть его реакцию.
– Я веду себя неразумно?
Он пожал плечами.
– Возможно, но эмоции – это эмоции, – ответил он. – Когда-то и я был глупым юнцом. Жаль, что я не осознал всего этого раньше.
Персефона почувствовала, что понимает печаль, окружавшую этого мужчину. Она задалась вопросом, что увидел бы Аид, если бы взглянул на его душу?
– И какую же глупость ты совершил?
Он сделал глубокий вдох.
– Ты удивишься, я думаю, с учетом твоей истории.
Брови Персефоны сошлись на переносице, но прежде чем она успела спросить, что он имеет в виду, Пирифой объяснил сам:
– Я много играл на деньги – не так, как твой парень. Я делал ставки на Панэллинские игры. И был в этом хорош – мне часто везло. Пока в один момент не перестало. Я считал, что стараюсь ради моей девушки, и верил в это настолько, что не обращал внимания на то, что было действительно важно, – ее желание, чтобы я прекратил. Для нее не имели значения ни деньги, ни статус. Она просто хотела быть со мной.
Пирифой умолк и тихо рассмеялся:
– Боги, сейчас я бы отдал все на свете за женщину, которая бы просто хотела быть со мной.
– Что с ней случилось?
– Она вышла замуж и ждет ребенка. Она счастлива. Так странно наблюдать, как кто-то, кого ты любишь, живет дальше, и эта жизнь могла бы быть твоей.
Персефона надеялась, что ей не придется узнать, каково это.
– Мне жаль. – Она на мгновение коснулась его руки своей.
Он пожал плечами.
– Я думал, что защищаю ее, – он сделал паузу. – Может, Аид тоже думал, что защищает тебя.
Она в этом не сомневалась.
– Мне бы хотелось, чтобы он прекратил это делать. Мне не нужна его защита.
– Всем нужна защита, – ответил он. – Жизнь – тяжелая штука.