Пока Геннадия не было, Эдуард осмотрел дверь и сказал:
— Вряд ли за ним пришли снаружи. Дело внутреннее.
— Но могли пройти через входную дверь.
— Им должны были открыть.
— Было кому открыть.
— Мы крутые, — сказал Эдуард Дмитриевич, — но мы не дураки. Вы читали книжку о курице, которая несет золотые яйца?
— Вы ее зарезали, потому что она уже снесла яйцо.
— Как мне все надоело! — с чувством произнес бандит.
Ворвался Геннадий. С порога он закричал:
— Мотаем отсюда. Ирка наверняка вызвала полицию.
Эдуард Дмитриевич направился к выходу. Он остановился возле Аллы и сказал ей:
— Будь совершенно спокойна. Никто тебя ни в чем не подозревает.
— А если полиция…
— Лидия Кирилловна поможет тебе разговаривать. Она хорошо английский язык знает. И она будет молчать. Как и все остальные. Правда? — Последняя фраза относилась к Кошкам, которые в ужасе наблюдали за происходящим через неширокую щель из своей комнаты.
— Мы молчим, честное слово, мы ничего не знаем, — с чувством ответила Валентина. — А может, вы нас на аэродром отпустите?
— Закройтесь и сидите, — сказал Эдуард. — Вы спали и ничего не знаете, ничего не слышали. Так лучше и вам, и всем остальным.
— Да, да, конечно, мы понимаем, ну как не понять, — ответила Валентина, и дверь в комнату Кошек закрылась.
— Надеюсь на ваше благоразумие, — сказал Эдуард Дмитриевич от двери. — И обещаю, что наша московская гостья будет освобождена сегодня вечером.
Он вышел следом за Геннадием.
Опасения Геннадия оправдались. Практически следом за ним, буквально через три-четыре минуты, перед домом остановилась желтая с голубым полицейская машина. Из нее вышли два полисмена в форме.
Лидочка побежала открывать.
— Что у вас произошло? — с порога спросил один полисмен.
— Проходите.
— Нам позвонила девочка и сказала, что пропал ее отец.
Полицейский был молод и постоянно по-английски улыбался, словно собирался сообщить замечательную новость.
— Да, исчез хозяин дома, — подтвердила Лидочка. — И мы не знаем, что с ним случилось.
Значит, Иришка все же позвонила в полицию и спряталась у Ричардсонов.
— Кто здесь живет? — спросил полицейский.
— Это родственники хозяина дома, а наверху его первая жена. Она не говорит по-английски. А я просто знакомая.
— Так что же случилось? — настаивал полисмен. — Вы, кажется, русские?