И Лидочка поехала домой, стараясь не прижимать к себе большой пакете с отпечатками.
— Это правда? — спросила Даша, позвонив Лидочке тем же вечером. Голос у нее был осуждающим, как голос Савонаролы или прокурора Вышинского.
— Вы о чем? — осторожно ответила вопросом на вопрос Лидочка.
Она не ожидала такой оперативности Толика. Оказывается, он не зря подался в Шерлоки Холмсы.
— А я о том, — заявил голос Вышинского, — что только что от нас ушел ваш друг капитан Голицын. Или это поручик Голицын?
— Анатолий Васильевич? Но я всего три часа назад была у него.
— И поделились с ним множеством интересных наблюдений, — сказала Даша.
— Неужели он приехал искать толстяка?
— Он заявился с вашим дрянным рисунком! — сердилась Даша. — И нет того, чтобы спросить у меня, так он показал его бабкам у подъезда. Вы же знаете, они готовы упрятать в тюрьму половину России.
— И бабки его узнали?
— Кого узнали?
— Молодого человека, который мне дважды позировал!
— Их показания ничего не значат. Но как назло мама пришла домой раньше меня. И этот Анатолий Васильевич показал картинку сначала ей…
— И она его тоже узнала?
— Разумеется! Ее же не предупредили!
— Значит, моя картинка не такая уж и плохая, — сказала Лидочка, — бабуси узнали, мама узнала.
— Мама в таком состоянии, что вы не имеете права ее беспокоить!
— Значит, теперь только вы не знаете этого молодого человека?
— Почему вы так решили?
— Да мы с вами только вчера на него из окна смотрели. И вы тогда его не узнали.
— С тех пор много что изменилось.
— Тогда расскажите мне, Даша, что он за явление такое! А то получается, что все уже в курсе дела, только мне никто ничего не рассказывает.
— Я не для этого вам позвонила!
— А для чего?
— Чтобы высказать вам свое презрение. Я не выношу доносчиков!
— На кого же я донесла?
Даша, конспиратор не лучшей школы, тут же попалась:
— На кого? На Руслана!
— Вот и познакомились.
— Я вам ничего не говорила.