— И в милицию позвонить…
— Телефона у меня нет, а в пять утра кто побежит в милицию?
Лидочка согласилась с Олей, что бегать ей было не с руки.
— А утром вы на участок к Спольникову не заходили? Из любопытства?
— Я Валентину Дмитриевичу Верескову сказала, мы вместе с ним ходили. Но ничего не увидели — всюду трава, если кто-то и был, то ушел.
— А капитану вы скажете?
— Толику? Обязательно скажу. Только он ругаться будет, что я не подняла тревогу. А вернее всего, мальчишки забрались чем-нибудь поживиться.
— В пять утра мальчишки по домам не лазят.
— Я скажу Толику, обязательно скажу.
Только Лидочка положила трубку, как в дверь позвонили. А вдруг это злобный Руслан?
Лидочка босиком подбежала к двери, спросила: кто там? Оказалось, что принесли журналы.
Так начался еще один после убийства день.
Глава 5
Лидочка вышла на улицу, оглядываясь, как затравленный сицилийский свидетель, посмевший поднять голос против мафии. Она даже метнулась было обратно в подъезд, увидев мирно гуляющего с собакой толстого кинорежиссера из соседнего подъезда. Потом, уже ближе к Большой Грузинской, ей показалось, что Руслан стоит за стволом дерева. Лидочка остановилась и стала смотреть на ствол. Вскоре от ствола отделился мужчина алкашного вида, который справлял за деревом малую нужду.
Нет, так нельзя! Ты попадаешь в какой-то несуществующий мир, извлеченный сознанием из телевизионного ящика, и начинаешь жить по его идиотским правилам. Сейчас я закричу на всю улицу: нас не убивают! И тут же перебежками, с воображаемым автоматом в руке брошусь к ближайшей подворотне.
Да плевала я на эти опасности и угрозы! Я иду в Дом кино, у меня там свидание с Алексеевским, я должна передать ему фотографии для сборника памяти Ильи Авербаха, я сейчас загляну в подвальчик, чтобы купить конфеток для внучки Калерии Ивановны из Союза, я обыкновенный человек, окруженный подобными мне маленькими человечками…
Лидочка миновала 88-е отделение милиции с доской, на которую были пришпилены фотографии разыскиваемых преступников. Преступники внимательно проводили Лидочку зловещими взорами.
День готовился стать снова жарким и влажным — сколько это может продолжаться? Люди уже перестают говорить о политике, науке и личных делах — все говорят о том, что такого климата раньше не было.
Когда Лидочка, купив конфет, поднималась из подвального магазина, она увидела на той стороне знакомую фигуру. Знакомая фигура метнулась за угол.
К счастью, это был не Руслан, а его сообщница Даша Корф. Неужели она наводит Руслана на несчастную Лидочку? Нет, немыслимо, хотя бы потому, что Руслану это не нужно.
Лидочка уверенно поспешила к углу дома, чтобы поймать Дашу.
Даша почему-то не догадалась, что ее будут ловить, и осталась стоять у качелей между Домом кино и итальянским супермаркетом. Она была в изумрудном, чересчур коротком платье, и глаза ее, углубив свою зелень отсветом ткани, блистали как тигриные.
— Даша, что вы здесь делаете? — спросила Лидочка голосом тети, встретившей во дворе малышку из соседнего подъезда.
— Ой, здравствуйте, — сказала Даша.
— Вы не ожидали меня увидеть?
— Нет.
— Ложь не украшает, — сказала Лидочка.
— Честное слово…
— Давайте посидим на лавочке, — предложила Лидочка. — Поговорим. Если вы, конечно, не очень спешите.
Даша оглянулась, словно искала пути к бегству, но не нашла и покорно опустилась на скамейку.