В возникшей паузе Лидочка физически ощущала неудобство, которое испытывал за стенкой Осетров. Он пришел сюда в полном смятении — одновременно желая действовать, сопротивляться, жаловаться, понимая в то же время, что его славное прошлое здесь ему лишь мешает.
Первым не выдержал молчания Осетров.
— Так зачем же вы меня вызывали? — спросил он с остатками гонора в голосе.
— Вы приглашены сюда, — вежливо ответил лейтенант, — в качестве свидетеля по делу о смерти Елены Сергеевны Флотской. Я вас уже ознакомил с вашими правами и обязанностями.
— Товарищ следователь, меня сейчас не интересуют права и обязанности. Надеюсь, меня ни в чем не подозревают?
Опять пауза.
Не хотела бы Лидочка оказаться на месте Осетрова.
— Ну? — раздался голос Осетрова.
— Вы о чем? — спросил Шустов.
— Так вы будете меня допрашивать или нет?
— Гражданин свидетель, — Шустов несколько сменил тему, — расскажите мне, пожалуйста, когда и при каких обстоятельствах вы в последний раз видели гражданку Флотскую.
— Алену?
— Если вы ее так называли, то Алену.
— За два дня до ее смерти.
— Как вы узнали о дне ее смерти?
— На следующий день после смерти в институт примчалась ее подружка Соня Пищик, чтобы сообщить о самоубийстве Алены, причем она сделала это так, чтобы все обратили внимание на меня — словно именно я довел ее до самоубийства.
— А это так и было?
— Не повторяйте глупостей, молодой человек, — ответил Осетров. — Наши отношения с Аленой не давали никаких оснований полагать что-нибудь подобное!
Ну вот, подозреваемый приходит в себя — он уже спокойно врет. Словно Шустов ничего не знает.
— Есть другие мнения, — сказал лейтенант. — Продолжайте.
Спокойствие милиционера раздражающе действовало на Осетрова. Если он и был готов сопротивляться, то теперь ему, должно быть, показалось, что все это бесполезно.
— В последний раз я видел Алену Флотскую… в отделе. В явочный день, в среду.
— Да я не о среде спрашиваю, — озлился тут Шустов, — я говорю о дне смерти Флотской. Меня не интересуют ваши отношения дома или на работе — меня сейчас интересует только смерть Флотской. Неужели вам на нее наплевать?
— Ну как вы смеете так утверждать!
— Это вы меня наталкиваете на такую мысль.
Соколовская быстро прошла по коридору, толкнула дверь, вошла. Внутри сразу наступила тишина. Потом голос Шустова произнес:
— Инна Борисовна, я тебя очень прошу, побудь где-нибудь… в коридоре. У нас разговор.
— Еще чего не хватало! — возмутилась Инна и тут же вышла в коридор.
Она уселась на соседний с Лидочкой стул и тоже стала слушать возобновившуюся беседу Шустова с Осетровым.
— У меня есть показания свидетелей, — сказал Шустов, — что вы посетили Елену Флотскую в день ее смерти в восемнадцать часов вечера. Вы подтверждаете или отрицаете этот факт?