Она буквально подпрыгнула, рванулась вперед и каким-то непонятным образом коснулась радиатора автомобиля, который должен был вот-вот ударить Фрея.
Это было сделано так ловко, что нападающая машина, не снижая скорости, изменила направление движения и через секунду врезалась в угол дома. К счастью, женщина, проходившая там, миновала смертельную точку за мгновение до удара.
Фрей испугался.
С некоторым опозданием, но испугался настолько, что ноги отказались его держать, и он сел на мостовую. Словно тряпичная игрушка.
Когда Андрей подбежал к нему и подхватил под мышки, вождь пролетариата вяло сопротивлялся и повторял:
— Не надо, пожалуйста, не надо, я не выношу насилия. Я в жизни мухи не обидел.
— Врешь, — неожиданно для себя выкрикнул Андрей. — И в той жизни, и в этой ты всегда обижал слабых.
Ильич наконец поднялся на ноги и понял, что Андрей ему помогает.
Он прижался к его груди — шапка упала, и лысый желтый затылок поблескивал под снегом перед глазами Андрея.
Занявшись с Фреем, Андрей не видел, что происходило неподалеку. А там водитель и пассажир машины, спасшей Фрея, бросились к нападавшей машине, которая стояла, задрав капот. Они отворили дверцу и вытащили потерявшего сознание водителя. В мгновение ока они дотащили его до своего автомобиля, кинули на заднее сиденье и, не обращая внимания на Фрея, рванули с места и скрылись в пурге.
Но оказалось, что Фрей не совсем забыт. Потому что из снежной мглы вышел невысокий человек в длинном, почти до земли плаще, подошел к Андрею и спросил по-русски:
— Не пострадал?
— Я? — спросил Фрей. — Я пострадал! Я ранен, я убит!
— Ну и слава богу, что не пострадал, — сказал человек в плаще.
— Сможете идти? — спросил Андрей.
— Не знаю, — сказал Фрей.
— Я советую немедленно уходить, — сказал человек в плаще. — Скроетесь в ближайшей улице. Вы ничего не видели и не слышали.
— Ничего себе — не видели! — возмутился Фрей. — Я чуть не погиб.
Андрей потянул Фрея к узкому проулку, который убегал вверх.
Человек в плаще пропал.
Слышно было, как кричит напуганная машиной женщина.
Потом завизжала полицейская сирена. Но к тому времени Андрей вывел Фрея на другую улицу. Миновало…
На набережной возле «Рубена Симонова» было спокойно. Трап починили. Но он показался Андрею таким ненадежным, хоть не подходи. Фрей, который тяжело дышал и для которого полкилометра от места покушения до корабля показалось бесконечным восхождением на Эверест, еще больше испугался трапа и вообще отказался подниматься на него.
— Что ж, — сказал Андрей. — Подождите здесь, пока ваши друзья вернутся. Они вам подыщут гостиницу.
Он устал — ведь несколько кварталов тащил на себе вождя пролетариата.
— Только вы первый, — сказал Фрей.
— Чтобы я успел подняться, а трап сломался на вас?
— Не смейте так говорить! — возмутился Фрей. — И не смейте сравнивать свое ничтожество с моим значением для страны и пролетариата.
— Я для себя представляю большую ценность, чем вы, — огрызнулся Андрей.
— Так и лезьте! — ответил Фрей. — Я подожду.