Умама Везве: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алдар сказал, это пройдёт. Сказал, надо потреблять больше пищи и делать механические повторяющиеся движения, и тогда мышцы адаптируются. Солдат не очень поверил. Даже экзоскелет, который был сильнее и лучше, при повреждениях приходилось чинить. А уж чтобы никчёмная личинка самовосстанавливалась…

А вот Умама ничего не говорила. Под конец дня она садилась возле страдающего R-12 и разминала его конечности, всё так же издавая «песню». Становилось легче. Майя тоже пробовала один раз. На неё организм среагировал как-то странно. Солдат даже не успел ничего понять, как она сменила цвет кожных покровов и убежала.

Неудобство доставлял и сброс биологических отходов. В экзоскелете всё выводилось через трубки. Часть тут же забиралась и перерабатывалась для нового потребления, а остаток был сухой и твёрдый. Новая система была такой же бестолковой, как и повстанцы. Когда биологическая жидкость в первый раз попросилась наружу, солдат даже не понял, что произошло. С твёрдыми отходами поначалу было ещё хуже. И больнее.

Умама здорово ругалась, но в конце концов он кое-как усвоил процесс, несмотря на то, что её собственная выводящая система отличалась. У Майи была такая же, он видел. А вот Глеб, Алдар и Микайо были совсем такие же, как он. Окончательно в процесс его посвятил невозмутимый Микайо, а тонкости разъяснил Алдар с помощью коммуникатора. Почему-то он тоже счёл нужным для этого сменить цвет кожного покрова на более интенсивный.

Информация поступала каждый час, каждую минуту. Приходилось адаптироваться. Было очень трудно. Они все умели гораздо больше, чем он. На вопрос, когда закончится адаптация, Алдар ответить не смог. Но обратного пути не было.

Подошла Умама и принесла миску с перетёртой похлёбкой. Солдат нехотя поднялся и достал из внутреннего кармана прибор. На одном конце у него был трезубец, на другом – лопатка. Попервости чёрная женщина кормила его сама, но сейчас солдат уже очень ловко орудовал прибором.

Она что-то сказала, но из всей фразы он разобрал только свой новый позывной.

Симба уже умел выражать согласие, отрицание, знал стандартную фразу приветствия и прощания. Но позывные давались ему сложно.

– М… ум-м… – начал он. – Мэ…

Умама ухмыльнулась и похлопала ему по плечу. Опять что-то сказала, показывая на миску. Ясно, велела глотать кормосмесь и не отвлекаться.

Рядом присел Микайо.

– Совсем немного остарось, – сказал он женщине. – К утру закончим. Глеб поговорир с тобой?

– Говорить, – нахмурилась она. – Я понимать. Симба – ценный ресурс. Мои мальчик тоже был ценный ресурс. Я понимать.

***

Стуки были всё слышнее. Их откапывали. Они уже почти не сомневались, что свои. Потому что Машина предпочла бы закинуть бомбу. Разработки людей не представляли для неё ценности. Но всё равно держали руку на кнопке.

И когда герметичные ворота, украшенные трикселионом с шестерёнкой внутри, зашипели, просели и аккуратно разорвались на две ровные половинки, стало ясно, что всё-таки свои. И сразу стало легче дышать.

Глеб любопытно обошёл помещение, разглядывая приборы, лампочки, провода и экраны. Он смотрелся ужасно неуместно здесь: весь пыльный, в поношенной форме и растоптанных берцах, грубый и резкий.

Но именно его окружили серьёзные мужчины и женщины с тонкими пальцами и воспалёнными глазами. Им уже рассказали о Симбе. И они жаждали знать. Командир был отчуждён и немногословен. Но и этого хватило. Оставалось только привести в лабораторию нервного костлявого парня, который только-только начинал учиться говорить.

Симба пошёл доверчиво, а от лаборатории с её проводами, лампочками, кнопками и экранами пришёл в восторг. Наверное, было похоже на его родную базу.

А вот Умама, пришедшая с ним, так и пылала ненавистью и отвращением. На неё никто не обратил внимания. Победа требовала жертв. И чаще всего – среди своих. И все они были готовы на них идти.

– Уже? Уже прямо сейчас? – спрашивала Умама. – Подготовить? Настроить прибор?

– Да они ж всю жизнь готовы, – с досадой объяснил ей Глеб. – И это мы завалы ковыряли, а они тут прохлаждались, не устали…

– Молодой человек, – кашлянул седой профессор.

– Знаю я! – огрызнулся командир, но переживание за Умаму было сильнее.

– Что вы с ним делать? – спросила женщина и взяла удивившегося Симбу за руку.

– Сперва изучим процессор. Проверим сигнал. Раньше мы имели дело только с самим процессором, а тут – живой мозг, и он адаптируется! И как быстро! Может, получится через него выйти на Избранного.

– Почему не запустить вирус так?

– Нужно, чтобы Избранный находился в сердце Машины, – усталым голосом ответил профессор. – Если он вообще не погиб на задании. И кто-то должен активировать вирус. А для этого следует подобраться близко. И теперь, – он хищно потер ладони, – у нас есть тот, кто сможет. Симба, да? Иди-ка сюда, дружок.

***

Глеб не должен был чувствовать вину. Он был ни в чём не виноват. Это Умама не должна была привязываться. Это она, зная, чем всё может обернуться, снова пускала в сердце потенциального смертника. Так же, как Лёвку. Как Глебку, Алдарку, Микайку и Майку. Как всех и каждого. И смотрела, как они уходят, рискуя не вернуться. А Симба…