Синий Колодец: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не насовсем, а — посмотреть.

— Ладно, ладно, — буркнул Антоша и шире раскрыл ворота сарая.

— Погладить можно? — боясь продешевить, спросил Жорж.

— Гладь, если не трусишь.

Антоша собрался заглянуть в книгу, уже взялся за обложку, но Жорж дернул его за рукав.

— Погладь ты первый.

Антоша погладил теплую шею лошади, она не возражала, добродушно мотнула хвостом.

Тогда и Жорж вытянул перед собой руку с растопыренными пальцами, зажмурился и скорее царапнул, чем погладил коня. Конь вздрогнул, сердито фыркнул и так махнул тяжелым черным хвостом, что задел Жоржа по носу. Жорж вобрал, как черепаха, голову в плечи, выскочил из сарая и, не оглядываясь, побежал домой пить сладкий чай или какао с белыми булочками.

Красная книга с золотым обрезом лежала на столе. Антоша любовался книгой и завтракал. Он ел настоящий ржаной хлеб, рассыпчатую картошку, репчатый лук, помидоры и огурцы с солью. Антоша пил настоящий чай с настоящим сахаром.

В это время Матильда Францевна принесла корзину фруктов: внизу лежали яблоки, повыше — груши, а на самом верху — сливы.

— Вашему супругу. — Подумав, добавила: — И вам с сыном. — Скосила глаза на дверь и еще тише спросила: — Спят-с?

— Спасибо. — И хотя мать не слишком приветливо произнесла «спасибо», глаза матери смеялись.

— Спасибо, Матильда Францевна, не спят-с.

Почти на пятках Матильда Францевна попятилась за порог и, медленно отступая, бесшумно закрыла дверь.

Едва затихли крадущиеся шаги хозяйки, Антошина мама широко распахнула дверь.

Вежливо заглянули собаки, заглянули и взвизгнули от зависти: Антоша ел. А когда мальчик повернул к ним голову, псы застенчиво опустили глаза, завиляли хвостами: «Это не мы взвизгнули от зависти, это муха взвизгнула». Шалун и зубами щелкнул, будто съел муху, чтобы зря не шумела.

Антоша кинул приятелям четыре кусочка хлеба. Мать не прогнала собак и ничего не сказала: она была рада и хотела, чтобы и вокруг все радовалось.

Свет лежал на полу густыми пятнами, легонько вздрагивал, из садов прилетали запахи яблок, трав, цветов, жужжание пчел.

Собаки скромно постукивали хвостами об пол, просили: выдать, ежели имеется возможность, еще по кусочку ржаного хлеба.

В дровяном сарае переступала с подковы на подкову рыжая лошадь. Она досыта наелась травы и не знала, что делать дальше. Хорошо бы попить, разумеется.

А по правую руку Антоши на добела выскобленном столе лежала книга, на ее обложке человек в остроконечной шапке с золотым попугаем на плече всматривался в корабль, уплывавший на всех парусах.

Отец поднял Антошу как мог выше.

— Мой сын!

Красноармейцы, товарищи отца, глядели на Антошу, кто с задумчивой грустью, кто с веселой улыбкой.

— Весь в тебя, Василий.

— Огонь!

И впрямь, Антоша в праздничной кумачовой косоворотке с хохолком на макушке походил на огонь.

С высоты поднятых отцовских рук Антоша видел Красную улицу. По улице два знакомых человека: Федька Носарь и Ванька Цыган неслись верхом на метелочных палках, и каждый всадник сжимал в правой руке острую деревянную саблю. Вдогонку кавалеристам скакала на одной ноге Тамара.

Антоша наверняка увидел бы еще что-нибудь, однако отец опустил сына на землю.

Из сарая выглянула лошадь и заржала: а я не нужна? И била подкованным копытом землю, словно подтверждая свою готовность скакать куда потребуется. Вместе с тем лошадь намекала, что не прочь испить воды. Мать принесла свежей прозрачной воды и, не ставя ведро, радостно спросила: