– Олли, он просто сокровище, не обижайся, нам очень повезло, – дружелюбно шепнула Натали.
– Да прямо-таки? Он что, керинейская лань, чтобы нам с ним везло? – съязвила Олли.
– Ого, – удивилась Натали, – ты начинаешь постигать искусство сарказма? – и они с Джеем переглянулись, слегка улыбнувшись друг другу. – Расскажи Джею, что с тобой было.
– Ладно, – выдохнула Оливия и пересказала все Джею.
Его лицо менялось в неестественном для уродцев диапазоне, то хмурилось, то просветлевало, отражало то сочувствие, то тревогу. И Оливию вдруг озарило:
– Ты тоже не принимаешь лекарства.
Джей кивнул:
– Не совсем так. Я нашел дозу и схему приема, которая позволила бы почти полностью снять эффект. Но при этом все анализы подтверждают, что я их исправно принимаю…
– Так вот почему ты такой странный, – вдруг усмехнулась Олли.
– Нет, – Джей покачал головой, – среди нас троих самая странная – это ты. Твой организм и сознание бунтуют против лекарств. Ты умудряешься попадать в состояния, в которые мы с Натали пришли после нескольких недель отказа.
– И что же это значит? – удивилась Оливия, чувствуя, что ей близки слова Джея.
– Я пока не знаю…
– А есть еще другие? – спросила Олли.
Джей пожал плечами.
– Я пока нашел только вас.
– Олли, – перебила Натали Джея, – все не так просто. У лекарств куча различных эффектов и побочек, которые угнетают нашу нервную систему, да и вообще жизнедеятельность. И кроме них есть еще целая система, которой все это для чего-то нужно. С ходу и не разобраться, какая ниточка к чему тянется, кому можно доверять, а кому нет. Мне кажется, мы здорово рискуем, разговаривая сейчас здесь…
– Кстати, Натали, попридержи свой язык на уроках. Ты заметила, как учителя реагируют на твой интеллект? – сказал Джей.
– Да, – подтвердила Олли, – даже я заметила, что они не очень-то довольны.
Джей кивнул:
– Думаю, они тоже во всей этой системе.
– Это все как многоголовая гидра, – ошарашенно выдохнула Оливия. В ее голове вдруг снова прояснилось, начали проступать взаимосвязи, появляться предположения…
– Но что является главной головой? – спросил Джей.
Натали отрицательно покачала головой:
– Думаю, нам надо найти ответ на вопрос: «зачем им это все?», тогда и увидим главную голову.
Все согласно кивнули.
– А насчет интеллекта, – продолжила Натали, – ты даже не представляешь, как все эти тупицы меня бесят…
Следующим утром Оливия сидела на кушетке и ждала своего врача. В эту городскую клинику мама привозила ее на обследования с установленной периодичностью. Здесь все всегда было одинаково и за все годы ее обследований кардинально не изменилось. Оливия привычно вела взглядом по белым плинтусам потолка, потом по тонкой трещинке в побелке, мимо какого-то сероватого пятна на стене, вдоль ветхих окон с решетками…
Наконец-то в кабинет вкатился округлый милый дядечка в белом халате и тут же направился к девушке.
– Как настроение, деточка? Как спится? Кошмарики не мучают? – просюсюкал доктор Зоберг, параллельно заглядывая Оливии в глаза и уши, после чего жестом попросил широко открыть рот и вытянуть язык. Закончив внешний осмотр, доктор отстал от нее и принялся что-то записывать в медицинскую карту.
Ответа от нее он, естественно, не ждал, и Оливия, как обычно, промолчала, разве что вдруг ощутив отвращение к этому милейшему человеку.