Примасу очень нездоровилось. «А не надо было обжираться деликатесными морскими гадами», – мстительно подумала я. Поскольку я не могла придумать другого выхода, то к выбору блюд для ужина проявила огромное внимание. Сами по себе все блюда и продукты были безвредными. Но их сочетание, особенно из ближайших блюд к месту Примаса, таили сюрпризы. Например, икра морского ежа в сочетании с мелко порезанной зеленью настурции очень сильно препятствовала появлению на люди в ближайшие сутки после чревоугодия. Особенно, политая особым кислым экзотическим соусом из слив. Так что Примасу было сегодня не до свадеб. Он из своих покоев не мог отлучиться больше, чем на десять минут.
Бракосочетание шло своим чередом. Жрец прочел наставление супругам, отец Люсиан обмотал наши руки красной атласной лентой, я облегченно выдохнула, ожидая вопроса о согласии сторон.
– Если у кого-то имеются возражения против этого союза, выскажитесь сейчас!
Ромео облизнул пересохшие губы. Я легонько пожала его прохладные пальцы и ощутила ответное пожатие. Еще несколько минут и все будет кончено. Жрец, бегло оглядев собравшихся поверх голов, уже собирался задать следующий вопрос, как в тишине часовни позвучало:
– Есть препятствие для брака!
Ромео беспомощно приоткрыл рот, а я медленно обернулась, ища глазами смертника.
Толпа поспешно отхлынула, а к нам подошел Тобиас Деровер. Он протянул жрецу свернутый пергамент со свисающей красной печатью.
– Заявляю, что брак не может быть заключен, поскольку Ее величество состоит в браке. Она моя жена.
Как минимум, половине присутствующих это было известно и без его заявлений. Никто не ахал и не падал в обморок. Уже хорошо. Я снова пожала пальцы Ромео и улыбнулась ему.
– Из документа следует, что пять лет назад был заключен брак между принцессой Варронской и лэрдом Тобиасом Деровером, – Жрец оторвался от свитка и посмотрел мне в глаза.
– Ваша святость, документ недействительный. В храмовой книге Главного храма запись отсутствует, брак был аннулирован моим отцом, – спокойно пояснила я, размышляя, кто же надоумил Деровера высунуться с этим свидетельством о браке именно сейчас? Не вчера или, например, год назад? Еще бы супружеские долги решил взыскать за пять лет! С процентами!
– Вы не будете возражать, если мы пошлем людей проверить?
– Разумеется, – кивнула я, гневно испепеляя Деровера.
Он ответил мне затравленным тоскливым взглядом и отошел чуть подальше, к радостно усмехающемуся герцогу Варрону. Памела послала мне воздушный поцелуй. Только этой дуры мне тут не хватало. Граф Штерблум улыбнулся и выступил вперед.
– Могу подвердить слова лэрда Деровера. Более того, у него есть сын от ее величества. Таким образом, брак не был фиктивным и документ подлинный.
Памела громко ахнула, Деровер побледнел, герцог Варрон выругался, а остальные гости, набившиеся в часовню, замерли, не дыша, внимая каждому слову графа.
– Вы с ума сошли! – я гневно посмотрела на ухмыляющееся лицо.
– Вероника, умоляю, скажите, это правда? – сипло спросил Деровер, дергая рывками шелковый платок на шее.
Я облила его ледяным презрением.
– Разумеется, нет. Граф шутит.
Ромео стоял напротив меня, бледный и дрожащий, бросая искоса тревожные взгляды на короля Эрберта. А под сводами часовни вдруг раздалось громкое:
– Свидетельствую, что этот мужчина не может стать мужем Ее величества, ибо состоит в недозволенной связи с другим мужчиной!
Я закрыла глаза. Сегодня, кажется, у меня не выйдет выйти замуж. Не мой нынче день. Почувствовала, что кончики пальцев Ромео выскальзывают у меня из рук. Он сделал шаг назад.
– Прошу простить меня, Ваше величество. Это правда, – тихо сказал он.
– Не верю, это гнусная клевета! – я топнула ногой. – Кто свидетельствует?
Вперед выступил Жером и встал возле довольного графа.
– Вы! Стало быть, именно вы состоите в недозволенной связи? Сильный дар позволил вам принудить графа делла Хара к постыдной близости? Кто еще ваши любовники? Ваше право занимать должность придворного мага мы обсудим после, – я отвернулась с негодованием. Хотите утопить Ромео – будете тонуть вместе с ним!
– Позвольте мне вмешаться, – кашлянул король Эрберт. – Заявляю свои права на эту женщину. Она моя Избранная, что было подтверждено магическим Советом, и должна принадлежать именно мне.
– Мы давно все обсудили и вернули вам ваши территории! Вопрос давно урегулирован и не следует его снова поднимать! Я гостила у вас больше двух месяцев. Сами знаете, Совет магов ошибся, и как следствие его ошибок, Цитадели более не существует, – надеюсь, мой голос прозвучал достаточно твердо, а не жалобным писком. Это было уже чересчур, они сговорились, что ли? Хотя бы Эрберт не стал вываваливать правду о Ромео, хотя сам три года был его любовником, одно это уже заслуживает уважения.
Король подошел близко. Так близко, что у меня волосы на виске зашевелились, когда он вкрадчиво произнес: