– Счастлив познакомиться, – начал граф, и запнулся на полуслове.
Принцесса не обратила на него никакого внимания, продолжая с энтузиазмом целовать уже край одежды Примаса, опускаясь все ниже и ниже. Наконец, она легла на пол, старательно облизывая туфли лэрда делла Фулкса. С видом полнейшего умиротворения Примас, наконец, прервал этот ритуал, слегка отодвинушись.
– Ну-ну, дитя мое, излишнее рвение ни к чему! Поднимись!
Принцесса неохотно поднялась с пола, оставшись на коленях и глядя с обожанием на Примаса.
– Принцесса? – с недоумением спросил граф.
– Да! – охотно подтвердил Примас. – И как понимаете, я намерен увидеть на троне именно это чистое создание, а не блудницу, запятнавшую свой род.
– Она находится под внушением?
– За кого вы меня принимаете? – Возмутился Примас, усаживаясь в кресло, и жестом предлагая гостю занять место напротив. – Только мудрое воспитание и заботливое взращивание необходимых качеств! Любая из послушниц и воспитанниц Обители сделала бы то же самое. И даже больше!
– Я весьма впечатлен вашими успехами в воспитании девиц, – сухо сказал граф Штернблум. – А разговаривать она может? Или только вылизывать обувь?
– Лилиан, это граф Штерблум, посмотри на него и ответь, – приказал Примас.
– Приветствую вас, граф, – произнесла девушка чистым высоким голосом. – Готова служить вашему сиятельству.
– Благодарю, в ваших услугах не нуждаюсь.
– Зря отказываетесь, – благодушно сказал Примас. – Лилиан – настоящее сокровище! Редчайшее, невозможное и драгоценное!
Щеки девушки вспыхнули от похвалы, а глаза заблестели от удовольствия.
– Разоблачись, Лилиан, – Примас пригубил вино и сощурился.
Не успел граф произнести ни слова, как девушка оказалась полностью без одежды. Ее грубый балахон лежал кучкой на полу, а белья послушницы Обители, как выяснилось, не носили. Светлые волосы шелковой волной рассыпались по плечам. Девушка снова глядела на Примаса с выражением покорности и обожания, не пытаясь прикрыться. Высокая грудь прекрасной формы с розовыми ареолами, тонкая талия, гладкий живот с треугольником рыжих завитков внизу, стройные ноги.
– Не правда ли, она хороша? – спросил Примас голосом ценителя, показывающего очередной шедевр из своей коллекции.
– Хороша, – согласился граф. – Но я не понимаю…
– Лилиан, развлеки гостя!
Девушка тут же оказалась возле кресла графа, ловко развязала шнуровку на штанах и наклонилась к паху. Граф ладонью придержал ее голову на расстоянии, тогда девушка захныкала и тонкими руками полезла в штаны.
– Что это такое? – закричал граф, вскакивая и отталкивая Лилиан. Девушка упала и обиженно заскулила.
– Я хотел лишь показать вам пример послушания, – снисходительно улыбнулся Примас. – Можешь идти, дорогая, – обратился он к девушке. Та проворно поднялась, подобрала балахон и скрылась за дверью соседней комнаты.
– Я весьма впечатлен, – процедил граф, ликвидируя беспорядок в одежде. – Но к чему это? Вы корили королеву за безнравственность, насколько я помню. А сами принуждаете послушницу к действиям, далеким от целомудренности.
– Да причем тут нравственность? – удивился Примас. – Люди, облеченные властью, как вы или я, к примеру, по-другому оценивают поступки и события. На нас общепринятые мерки не распространаются, мы выше этого. Вы не дали девочке продемонстрировать самое главное ее достоинство!
– Доступность? Умение быстро раздеться? Таким достоинстом обладает практически любая красотка при дворе! – граф гневно прошелся по комнате.
– Торопитесь! – Примас укоризненно погрозил пальцем, на котором сверкнул огромный рубин в вычурной оправе. – Девочка обладает редким даром, которым с радостью делится с теми, на кого я укажу. Лилиан – резонатор.
– Что? Не может быть! – граф медленно поернулся к лэрду Конраду, который довольно прищурился.
–Да-да! Вы не ослышались. Я открываю вам эту тайну, потому что доверяю вам и вижу в вас союзника и друга. Редчайшая уникальная способность, не встречающаяся в Элизии добрых двести лет! И должным образом воспитанная носительница дара. Никакого сопротивления, никакого возражения, только искренняя радость от служения. О, когда я понял, какое сокровище мне досталось, я сам начал ее воспитывать и трудился не один год!
– Склоняю голову перед вашими талантами, и весьма вам завидую, лэрд Фулкс.
– Вы можете звать меня по имени, ведь мы скоро станем самыми близкими друзьями. Я готов поделиться своим сокровищем. Удобная, покорная королева, обладающая такой внешней прелестью, готовая исполнить любое ваше желание, да еще и восполняющая магический резерв! Не об этом ли грезит каждый советник при дворе?