Индия. История страны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На вторых всеобщих выборах в 1957 году партия Конгресса получила еще большую долю голосов, число ее сторонников выросло до 183 миллионов. Из 500 мест в Лок Сабхе Конгресс получил 365 и завоевал большинство голосов во всех штатах, кроме одного — только в Керале у власти остались коммунисты.

Кроме коммунистов, часть оппозиции составляли правые партии Бхаратийя Джан Сангх («Партии индийских народов») и Сватантра («Партии свободы»). Обе апеллировали к социальным и религиозным установкам индуизма, пропагандируя своего рода индуистский шовинизм, прямо противоположный курсу партии Конгресса на секулярное общество. Однако ни Джан Сангх, ни Сватантра не достигли даже такой популярности, как коммунисты. В большой степени это было результатом усилий Неру, использовавшего свой огромный авторитет для сдерживания роста национализма. Как политик-социалист он действовал настолько эффективно, что долгое время не возникало таких спорных вопросов, по которым оппозиция могла получить поддержку масс.

Одной из немногих серьезно волновавших общество проблем, где Неру не удалось полностью провести свою линию, была региональная политика. Прекрасно сознавая сложность сплочения такой страны, как Индия, с ее многообразием национальностей и культур, Неру был сильно обеспокоен ростом движения за «языковое» деление территорий. Между 1950 и 1956 годами по всей стране разгорелась борьба за то, чтобы перекроить карту Индии по языковому принципу. Говорившие на маратхи, пенджаби, гуджарати, тамильском, телугу — все требовали создания собственных штатов. В довершение говорившие на хинди все громче требовали признать его официальным взамен английского. Неру был убежден, что подобная реорганизация может подорвать единство страны, и сопротивлялся, сколько мог. Хотя хинди был широко распространен на севере Индии, английский, как санскрит и персидский в прошлом, был тем единственным языком, который понимали повсеместно; языком, на котором тамилец из южной Индии мог общаться с бенгальцем из Калькутты или пенджабцем из Дели. Неру был горячим приверженцем английского, считал, что тот, с одной стороны, несет стране необходимую модернизацию, с другой — остается важнейшей объединяющей страну силой. Он хорошо сознавал опасность навязывания северо-индийского хинди дравидийским культурам юга. Но в конце концов он сдался и в 1952 году был вынужден разрешить создание первого «языкового штата» — Андхра Прадеш, жители которого говорили на языке телугу. Хотя постепенно правительство смирилось с мыслью, что лучший способ сохранить единство Индии — это предоставить ее разным частям определенную культурную автономию, Неру оставался при своем мнении. «Вы увидите, — предупреждал он, — что так мы разворошим осиное гнездо, и, боюсь, что большинство из нас окажутся сильно покусанными». События недавнего прошлого подтвердили, что эти слова оказались пророческими.

Вскоре последовали и другие перемены. В 1956 году старый Индийский союз был коренным образом реорганизован и создано несколько новых «языковых» штатов: Тамил Наду для тамилов, Керала для говорящих на малаяли, Карнатака — для говорящих на языке каннада. В 1960 году Бомбейское президентство разделили на два штата: Гуджарат (основной язык — гуджарати) и Махараштру (основной язык — маратхи). В 1966 году был разделен и штат Пенджаб — на Пенджаб для говорящих на пенджаби и Харьяну для говорящих на хинди.

Индия в 1956 г. и преобразование штатов по языковому принципу

Неру и партия Конгресса понимали, что самая неотложная проблема страны — бедность. Перед ними встала сложнейшая задача — поднять уровень жизни, учитывая, что население страны продолжало быстро расти. В 1941 году в Индии проживали 389 миллионов человек, к 1961 году их число достигло 434 миллионов. Чтобы справиться с этой задачей, Неру развернул политику планового экономического развития, которая, взяв все лучшее от советской и западной моделей, должна была найти третий, наиболее подходящий для Индии — с учетом ее истории и философии — путь. Он рассчитывал применить принцип социалистического планирования к развитию тяжелой промышленности, основанной на достижениях западной науки и техники, и надеялся, что это позволит совместить развитие капитализма с социалистическим «уравниванием». Несмотря на симпатии к социализму, партия Конгресса всегда с удовольствием пользовалась поддержкой крупных промышленников. Но гиганты индийской промышленности, возглавляемые Г. Д. Бирлой и Дж. Р. Д. Татой, направляли основные силы на поддержку националистических течений, считая, что именно они лежат в створе экономических интересов Индии. Однако и Бирла, и Тата были согласны с Неру в том, что хотя координация и планирование экономики необходимы, объем инвестиций, способный дать импульс развитию, далеко выходит за пределы возможностей частного сектора. Все были согласны с тем, что поставить экономику Индии на ноги может только оздаравливающее вливание государственного капитала. В результате экономическая политика Индии стала любопытным сплавом капиталистических и социалистических подходов. Экономика была разделена на общественный и частный секторы. Развитие промышленности оставили в частных руках, а такие сопряженные с риском начинания, как программы ирригации или строительство электростанций, полностью управлялись государством.

В соответствии с линией Неру для контроля над развитием промышленности в интересах страны были созданы новые законы, призванные регулировать деятельность частных компаний. Самыми важными из них были закон о промышленности (1951 г.) и закон о компаниях (1956 г.). Первый давал государству значительную власть над частными компаниями; каждый, кто собирался основать новое или расширить старое промышленное предприятие, должен был получить государственную лицензию. Второй закон был направлен на обуздание монополий. Несмотря на благие намерения, на практике эти меры оказались малоэффективными; они только сковали руки частному сектору и увеличили роль чиновников, которые отныне получили право распоряжаться жизнью и смертью компаний. «Царствование лицензий», как стали называть это время, фактически привело к национальной катастрофе. Надзор и ограничения душили всякий рост, в огромном масштабе порождая канцелярщину и волокиту. А монополии не только остались вне контроля, но и продолжали расти: к 1961 году на 86 процентов компаний приходилось 14,6% всего частного капитала, а на крошечное меньшинство — 53%. Бедствием, которое не так просто выразить количественно, стала коррупция, достигшая астрономического уровня: чтобы добыть лицензию даже на самое маленькое предприятие, требовались огромные взятки.

ПЯТИЛЕТНИЕ ПЛАНЫ

В 1950 году Неру учредил Национальную комиссию для координации и планирования экономического развития Индии. Было решено, что ключом к поднятию жизненного уровня должно стать развитие промышленности. Индии требовалась сильная и стабильная экономика, способная дать стране продовольствие, сталь, электроэнергию и обеспечить другие потребности. Чтобы достичь этого, были разработаны три последовательных пятилетних плана. В первом, реализация которого началась в 1951 году, основное внимание уделялось сельскому хозяйству. Были поставлены конкретные цели по улучшению сельских угодий и развитию ирригации. Хотя англичане создали в Индии крупнейшую оросительную систему, значительный потенциал оставался незадействованным. Правительство Неру рассчитывало взять все возможное от крупных рек Индии и запустить несколько огромных ирригационных проектов; в результате к уже существующим добавились семь миллионов акров культивируемых земель. Внешне самой эффектной была плотина Тунгабхадра на границе штатов Андхра Прадеш и Майсур, благодаря которой орошалось 1,03 миллиона акров земли. Эта плотина и другие ей подобные сооружения вносили одновременно заметный вклад в энергетику Индии. По суммарным показателям первый пятилетний план имел большой успех. Производство продуктов питания выросло почти на 25 процентов, а национальный доход — на 18 процентов.

Второй пятилетний план (1956-1961 гг.) был почти целиком ориентирован на развитие промышленности. Еще более амбициозный по своим задачам, он должен был привести к росту национального дохода на 25 процентов.

В рамках этого плана, во многом противоречивого, было потрачено в три раза больше средств, чем при реализации первого, однако успех его оказался много меньше ожидаемого. Однако определенных результатов достичь удалось: увеличилось производство продуктов питания, развивалась промышленность. Выработка электроэнергии почти удвоилась, сильно выросли добыча угля и производство чугуна. Третий пятилетний план (1961-1965 гг.), переживший Неру, был самым масштабным из всех. При расходах в восемь миллиардов фунтов стерлингов он тем не менее выдвинул Индию в десятку самых индустриально развитых стран мира.

Сведенная вместе, вся эта статистика производит сильное впечатление. Пятилетние планы Неру создали в Индии основу для современного индустриального развития; после их завершения страна практически полностью обеспечивала себя продуктами питания. Хотя они не вышли на те показатели, которые планировались, но с их помощью национальный доход в период с 1951 по 1961 год вырос на 42 процента. Планы оказали влияние и на демографические показатели: за годы премьерства Неру смертность в стране сократилась почти вдвое. Для страны, только что обретшей независимость, это были выдающиеся достижения.

Серьезным противовесом всем этим успехам был стремительный рост населения Индии, которое увеличивалось на пять — шесть миллионов в год. Хотя Неру прекрасно сознавал тяжесть проблемы, он не сумел ничего с ней поделать. Только в 1959 году индийское правительство разработало меры по планированию семьи, но и они были настолько нерешительными, что никаких реальных последствий не возымели. Возможно, это оказалось главным промахом Неру как премьер-министра, поскольку в долгосрочной перспективе подрывало все то, что было создано его усилиями. Действительно, трудно радоваться увеличению производства продовольствия, если одновременно число ртов, которые надо кормить, удваивается. Демографический взрыв был тесно связан еще с одной проблемой — неграмотностью. Несмотря на большое число университетов, институтов и колледжей, которые, как грибы после дождя, появлялись по всей стране, правительство Неру не смогло оказать заметного воздействия на уровень грамотности индийцев. В 1947 году 86 процентов населения были неграмотны, спустя более чем 30 лет, в 1979 году, 70 процентов населения по-прежнему не умели читать и писать. Перенаселение и неграмотность — сложнейшие вопросы, с которыми индийское правительство борется по сей день, и, наверное, было бы несправедливо перекладывать всю ответственность за них на плечи Неру. Тем не менее ясно, что в их решении — ключ ко многим насущным проблемам Индии. Учитывая тот уровень общественного доверия и ту полноту власти, которой столь долго обладал Неру, нельзя не признать, что с этими задачами Неру мог и должен был справляться в первую очередь.

Однако в других сферах общественной жизни перемены, вызванные политикой Неру, имели огромное значение и далеко идущие последствия. Его усилия привели к принятию ряда мер, радикально изменивших общественное устройство Индии. Правда, почва для этого была подготовлена деятельностью Ганди с его «крестовыми походами» против несправедливости кастовой системы индуизма. Тем не менее общественные законы по-прежнему уходили корнями в глубокое прошлое с его многочисленными религиозными табу. Хотя «неприкасаемость» была официально отменена конституцией, подавляющее большинство неприкасаемых, которых тогда насчитывалось 60 миллионов, не имело никакой юридической возможности воспользоваться этим достижением. Чтобы исправить ситуацию, в 1955 году приняли закон о неприкасаемых, предусматривавший специальные штрафы за дискриминацию. Более того, чтобы облегчить им преодоление социальных барьеров, во всех государственных учреждениях и университетах для неприкасаемых были созданы отдельные квоты.

Усилиями Неру прошел и свод государственных законов о правах женщин, возможно, основная из его реформ. Этот закон — главный результат шестилетней борьбы с оппозицией — фактически был революцией в отношении положения женщин в Индии. Традиционно индуски и мусульманки занимали подчиненное положение. После завоевания независимости формально женщины получили те же гражданские права, что и мужчины. Фактически же их положение во многом осталось прежним. В 1955 и 1956 годах Неру удалось добиться принятия важнейших законов. Первым был закон об индийском браке, который давал индийской женщине право на развод. Закон стал заметной вехой в истории Индии, поскольку до этого идея развода была индийскому обществу совершенно неизвестна. Он также поднял минимальный возраст вступления в брак до 18 лет у юношей и до 15 у девушек, сильно затруднив практику выдачи замуж девочек, не достигших сознательного возраста. Последовавший за ним закон о правах наследования оказался еще более важным. Впервые было признано право дочерей на собственность, они были уравнены в правах на наследство с сыновьями. Хотя во многих сельских областях Индии этот закон до сих пор игнорируется, все-таки именно благодаря действиям Неру индийские женщины обладают теперь теми же юридическими правами, что и мужчины.

Областью, в которой Неру действовал с наибольшей свободой и которая до сих пор несет на себе печать его личности, были международные отношения. Индийцы стремились к тому, чтобы их независимая страна играла полноправную роль на мировой арене, а другие державы относились к ней с уважением. Народ был согласен дать Неру возможность разработать внешнеполитическую программу: благодаря широкому видению мира и космополитическому воспитанию он казался самой подходящей для этого фигурой. В значительной степени он оправдал эти ожидания — несмотря на бедность и отсталость, под руководством Неру Индия стала влиятельной страной, играющей важную роль в международной политике. Военный альянс США, СССР и Великобритании распался; мир оказался расколот на два враждебных лагеря. Чтобы ослабить напряжение между Западом и коммунистическими странами, Неру предложил ставшую ныне знаменитой «политику неприсоединения». Обращаясь к небольшим странам, он призывал их не связывать себя ни с СССР, ни с США. Чем больше будет не-присоединившихся стран, говорил он, тем осторожнее будут вести себя в военном отношении сверхдержавы. Усилия Неру привели к возникновению нового фактора — движения неприсоединения. Состоявшее из самых разных стран, это движение стало независимой силой в мировой политике. На фоне страхов и подозрительности «холодной войны» движение ослабляло опасное напряжение между Востоком и Западом. Как его создатель Неру снискал огромное уважение стран третьего мира, а его репутация в свою очередь сильно повысила рейтинг Индии, ее общественный вес в мировом сообществе. В значительной степени именно его усилия и усилия его дочери Индиры Ганди обеспечили сегодняшней Индии авторитет в международных делах, равно как и статус самой большой демократической страны мира.

ОТНОШЕНИЯ С КИТАЕМ И ПАКИСТАНОМ

Единственная сфера, в которой действия Неру были куда менее удачными, — это попытки выстроить отношения с соседями Индии — Китаем и Пакистаном. После конфликта 1948 года отношения с Пакистаном оставались напряженными. Отказ Индии и Неру пойти хоть на малейшие уступки в Кашмире исключал возможность взаимопонимания между двумя сторонами. Этот вопрос разделяет две страны и сегодня, вызывая бурю эмоций как в Индии, так и в Пакистане.

Несмотря на все старания, попытки Неру установить дружеские отношения между Индией и Китаем имели еще меньший успех. Серия пограничных конфликтов на горной северо-восточной границе в 1962 году привела к настоящей войне с Китаем. Плохо вооруженная, слабо подготовленная индийская армия оказалась неспособной вести эффективные боевые действия на высотах более 15 тысяч футов. За несколько дней индийские позиции были полностью сметены, большое число индийских солдат взято в плен китайцами. Какое-то время даже казалось, что северо-восточный штат Ассам неизбежно будет захвачен Китаем, в столице штата царила паника. На счастье Индии, китайцы в одностороннем порядке прекратили боевые действия и отвели войска. В целом этот эпизод был сильным ударом по престижу страны.

Для Неру, который так старался наладить отношения с Китаем, это было особенно горько. Он считал китайцев союзниками, ориентировал на них свою политику — и все ради того, чтобы оказаться униженным. Это поражение вызвало самый крупный политический кризис за все время премьерства Неру. Он пытался объяснить смятенной Лок Сабхе: «Да, мы проиграли, и создается впечатление, что мы подошли к делу по-дилетантски».

Совершенно ясно, что ни Неру, ни министр обороны Кришна Менон не ждали войны, несмотря на всю очевидность обратного. Не желая и не ожидая войны, они оставили армию безнадежно неподготовленной к отражению китайской угрозы, когда та стала реальностью. Вопрос об отставке Неру не возникал, но Кришна Менон (1896-1974 гг.), самый блестящий из министров, его ближайший коллега в правительстве, которому он полностью доверял, был вынужден уйти. Вместе с Неру он был архитектором внешней политики Индии, и для Неру его потеря была тяжелым личным ударом.

СМЕРТЬ НЕРУ

Смерть Неру 27 мая 1964 года означала конец целой эпохи. Семнадцать с половиной лет он нес ответственность за государственные дела Индии, трижды был переизбран — мировой рекорд для демократических стран. Его фигура «политика выше политики» имела такой вес в стране, что в случае разногласий ему только и требовалось, что пригрозить уйти в отставку. В XXI веке, надо признать, в Южной Азии пока не видно политика, который достиг бы такого авторитета благодаря высокой нравственности. К моменту смерти Неру Индия уверенно шла по пути превращения в промышленно развитую державу, все более самодостаточную в отношении производства товаров и продуктов питания. Под его вдохновенным руководством Индия завоевала место на международной арене, приобретая все большую уверенность в своих силах. Да, несмотря на все достижения, бедность, перенаселенность и неграмотность оставались почти на прежнем уровне; например, численность населения продолжала быстро расти. Возможно, при Неру демократия не обрела западных форм, но все-таки была именно демократией. И в этом главное достижение Неру — укрепление в Индии демократических традиций.

Глава 12.

Конец династии: кризис и перемены, 1964-1990 годы

Многие наблюдатели часто воспринимают современную политику Индии как историю семьи Неру. После достижения страной независимости эта семья превратилась в крупнейшую политическую династию, давшую Индии трех премьер-министров. После смерти Джавахарлала Неру в 1964 году и небольшого перерыва его наследницей стала единственная дочь Индира Ганди, одна из первых женщин-премьеров в мире. Как и ее отец, Индира стала ключевой фигурой в индийской политике, поставив рекорд — троекратное переизбрание на пост премьера. Возможно, менее популярная и, безусловно, гораздо более авторитарная, чем ее отец, она тем не менее проявила себя как сильный политик. Пустота, возникшая на политической сцене после ее убийства в 1984 году, была заполнена ее единственным оставшимся к тому времени в живых сыном Радживом. Практически новичок в большой политике, он поднялся к вершинам власти на волне народных симпатий. Его убийство в 1991 году означало конец удивительно долгого периода, в течении которого эта семья играла определяющую роль в политической жизни Индии.

Сага о возвышении и падении династии Неру—Ганди вызывает у многих индийцев противоречивые чувства. По мнению многих обозревателей, это был период экономического и политического застоя, кризисов, расколов и все более частого применения силовых методов.

За последнее время этот образ не претерпел существенных изменений. Западные газеты до сих пор полны заголовков, предвещающих развал страны и ее сползание к хаосу и анархии. Несмотря на все мрачные предсказания и внушающие ужас предостережения, Индия остается демократической страной, отличающейся крепнущим культурным и социальным единством. Да и окончательно списывать семью Неру — Ганди, возможно, еще слишком рано. Никто из тех, кто хоть немного знает Индию, не станет отрицать возможность появления нового премьер-министра из этой династии в стране, где традиции играют столь важную роль, а обаяние имени Неру столь велико.

Темная туча сгустилась над политической ареной после смерти Неру. Он мог назначить себе любого преемника, но, верный своим принципам, отказался назвать какое-либо имя. Фигуры его масштаба не имелось, и всем было ясно, что следующим премьер-министром станет человек совсем другого склада и без претензий на то, чтобы играть роль Неру. Таким человеком, выбранным Конгрессом, стал Лал Бахадур Шастри, вышедший из совсем иной среды, чем аристократ Неру. Всю жизнь проработавший в партии ИНК, Шастри занимал важные министерские посты в правительстве Неру, но его подход к политике был совсем иным. Тихий и скромный, он вел себя очень сдержанно, его политика ничем не напоминала величие времен Неру. Глубоко веря в силу договоров и стремясь к достижению согласия, он уделял особое внимание укреплению коллективной ответственности и считал совместное управление главным принципом новой администрации.