Тацуми и Асато помогли ослабевшей Ририке дойти до ступеней, ведущих в замок Тенку. Граф, Асахина и Лилиан лежали без чувств в церемониальном зале на роскошных кроватях, материализованных магическим дворцом. Ватари из здешнего мира сидел возле Графа, держа того за руку, но по лицу доктора было видно: на благоприятный исход он не рассчитывает. Возле Лилиан дежурил другой Хисока. Ватари из чуждого мне мира пытался привести в чувство Асахину, но и та выглядела так, словно отдала последние крохи силы, чтобы обеспечить нашу победу.
Израненные и обожжённые шикигами столпились неподалёку. Кочин всхлипывала и что-то тихо шептала Рикуго, а тот успокаивающе гладил её по волосам. Тода был молчалив и мрачен, как и Сузаку. Даже обычно смешливый Бьякко присмирел, украдкой зализывая раны и ожоги, не желавшие заживать. Асато подошёл к каждому из них и сказал ободряющие слова, которых я, к сожалению, не расслышал, а влезать в мысли моего духа-хранителя в такой момент показалось неправильным.
Я чувствовал себя странно, осторожно держа в ладонях одновременно Око и рубин. Два абсолютных амулета, способных создать совершенно новый мир. А я так устал, что даже не чувствовал в полной мере важности момента, лишь хотел поскорее покончить со всем этим. Асато приблизился и обнял меня за плечи. Он тоже выглядел вымотанным.
— Давай, Кадзу! — ободрил он меня. — Ты сможешь.
«Знать бы, что дальше делать», — пронеслось в мыслях. Амулеты лежали в моих ладонях, снизу мои руки поддерживал Асато, а я понятия не имел, как действовать теперь, когда битва окончена!
«Подскажи! — не вытерпел я, напрямую обращаясь к рубину. — Мы с Асато выиграли. Как восстановить миры?»
«Но вы пока не выиграли», — вдруг ехидно промолвил талисман.
Это уже было слишком.
«Объяснись!» — рявкнул я.
«Формально победа за вами, — продолжил наглый рубин. — И у вас, господин, достаточно сил, чтобы держать Око в руках и не быть убитым им. Также вы разрушили связь между Оком и духами-хранителями, забрали у него власть над сознанием обеих Эшфорд-сан, но есть проблема. Если владелец абсолютного амулета жив и по доброй воле не отрекался от Ока, то он всё ещё имеет право управлять своим амулетом. Вам придётся изыскать способ пробудить Лилиан Эшфорд и заключить с ней союз, либо заставить её снова сражаться. И пока вы не добьётесь от неё согласия в содействии вам, либо пока она не погибнет или не отречётся от Ока, никакого объединения миров не состоится».
Никогда в жизни мне так не хотелось раздробить оба артефакта! Впрочем, от бесполезной вспышки ярости, даже если бы я её себе позволил, ничего не изменилось бы. Выровняв дыхание, я передал присутствующим слово в слово сообщение амулета.
— Великолепно, — эта лаконичная реплика принадлежала лорду Артуру. Остальные мрачно молчали.
«От года, который вам дала Аматерасу, осталось два месяца, — уведомил вдруг рубин. — Думаю, кроме меня, за временем не следил никто? Так вот, с прискорбием вынужден сообщить: сражаясь, вы так крутили и искажали здешний континуум, что месяцы пролетали пулей, и этот процесс продолжается до сих пор. Снаружи до конца затмения осталось двадцать три секунды плюс-минус пара терций*. Барьер по-прежнему удерживается только мной. Если энергетический щит рухнет раньше, чем вы примете решение, то…»
— Хватит!!! — всё-таки мои нервы не выдержали. Надо отдать должное, никто не посмотрел на меня с осуждением.
Я шагнул в сторону Лилиан и уселся на край её постели.
— Помочь? — деловито осведомился лорд Артур, бросив на меня заинтересованный взгляд, пока я осматривал зрачки леди Эшфорд и считал пульс.
— Справлюсь, — в тон ему ответил я и добавил. — По части физиологии проблем не вижу. Её пульс в норме. Зрачки не расширены, значит, это не кома. Причина бессознательного состояния коренится в чём-то ином.
— Это и без осмотра было ясно, — отпустил шпильку в мой адрес лорд Артур.
— Если бы вы спросили меня, — послышался вдруг голос Куросаки-сан, сидящего по другую сторону кровати, — я бы сказал, что Лилиан Эшфорд заблудилась там, откуда её просто так не достать. Она блуждает в собственных жутких снах и уже давно. Я прикоснулся к её сознанию и понял: всё это время мы имели дело с ложной личностью, созданной амулетом, и эта личность умерла, когда разрушился лунный камень. А настоящая Лилиан потерялась внутри себя самой. Кто-то должен вызволить её оттуда.
Вторая Ририка вдруг выступила вперёд, кусая бледные губы.
— Я тоже блуждала, провалившись в кошмары, и я знаю, что это такое, но Сейитиро спас меня. Он сказал, — она устремила извиняющийся взор на второго Хисоку, — если бы мы встретились при других обстоятельствах в новом мире, где у него не было бы иного прошлого, и его бы звали Джорджем, он бы никуда не ушёл. В нём есть душа Сейитиро, но в нём живёт и Джордж Эшфорд, и изменить это положение вещей, к сожалению, никому не под силу.
Другой Хисока, стоявший рядом с Тацуми, сделал вид, будто ничего не слышал, но я был уверен, он испытал сейчас то же, что и я каждый раз, когда лорд Артур приближался к моему Асато.
— Я лишь хочу сказать, — снова заговорила Ририка, — надо найти того, кто согласится войти в её кошмары, — и глаза Эшфорд-сан остановились на моём двойнике.
— Только не я, — бесстрастно ответил ей лорд Артур. — Некогда я мог бы вытащить её откуда угодно, но те времена прошли. Она пыталась уничтожить того, кто мне дорог. Я несколько раз предавал её. Любому доверию между нами давно пришёл конец.
— Я пойду, — Асато выступил вперёд. — Думаю, только я сумею вернуть сестру в реальный мир.
Я желал привести тысячи доводов в пользу того, что он может ошибаться, но не сказал ничего. Хисока соединил их руки и закрыл глаза, чтобы позволить Асато пройти по его сознанию, как по мосту, внутрь души Лилиан.
Капли-секунды утекали прочь, но ничего не происходило. И лишь когда рубин сказал, что времени почти не осталось, Лилиан вдруг вздрогнула и пришла в себя. Следом очнулась Киёкава-сан. Граф по-прежнему лежал неподвижно, и я видел, как Ютака-сан беззвучно рыдает, уткнувшись в его холодеющую ладонь. Отвернувшись, я утешил себя мыслью, что ещё немного, и родится мир, где никто не будет страдать. Мы вместе создадим его.
Ответственный момент наступил. Мы собрались, выстроившись плечом к плечу в центре церемониального зала. Внутри образованного живого круга рядом со мной стояли Асато и Ририка Эшфорд со своим двойником. Обе леди сжимали в ладонях блистающий алмаз. В полушаге от них расположились Цузуки-сан и лорд Артур — два духа-хранителя Ока. Шикигами и остальные отошли немного дальше, образовав широкое кольцо, чтобы не мешать тому, что должно было свершиться.
Избавившись от власти Ока, ни одна из двух Лилиан не пожелала сражаться. Мы сошлись на том, что будем строить мир, объединив силу амулетов. Из сердцевины алмаза вырвалось серебряное сияние. Изнутри рубина полился нежный свет, подобный рассветному небу. Прежде чуждые энергии переплелись друг с другом, растворились одна в другой, создавая блистающие лучи.
— Вам придётся сделать тройной выбор, — зазвучал голос рубина, и теперь его слышал не только я, а все присутствующие. — В ком-то из вас живёт душа человека и искра древнего бога, и лишь вам выбирать свою судьбу. Вы можете полностью отринуть свою человеческую суть и вырасти до сознания бога или оставить искру в себе и жить с ней. Таков первый выбор, который вы обязаны сделать, прежде чем миры объединятся. Второе решение принять чуть сложнее. Невозможно оставить миры разделёнными, вы это знаете. В новом мире останется лишь одна ипостась каждого из вас, вторая превратится в воспоминание. Вам выбирать, кто из нынешних двойников станет незримой тенью другого, но это не смерть и не жертва. Даже сейчас вы — единое целое. Если поймёте, что разбиение миров — только видимость, выбор не станет сложным. То, что пережил ваш двойник, превратится в ценный опыт для вас, готовых продолжить жизнь в новом мире. И последнее: каждый дух-хранитель и каждый владелец амулета может загадать желание, и оно исполнится. Но не забудьте: кто-то должен загадать желание об объединении миров. Сознание Ватари станет ключом к памяти Тацуми. Сила Хрустального Шара, вошедшая в Око, поможет процессу начаться. Все, кто был ранен, убит, заключён в Оке, освободятся и получат шанс начать другую жизнь. Однако никто, кроме собравшихся здесь, после объединения миров не будет помнить о том, что миры когда-то разделялись. И ещё одно. Боги ушли, ощутив вашу силу. Они не вернутся. Выберет ли каждый из вас стать богом или человеком с искрой божества, но ответственность за мир теперь лежит на вас. И вам придётся нести эту ответственность вечно, ибо все, пережившие битву и ставшие хранителями Земли по договору с абсолютными амулетами, получат бессмертие.