Его волосы слегка щекочут мою шею.
«Не хочу это носить. Не вижу смысла. Мне больше нравится европейская мода».
«Зря. Юката придает твоему лицу необыкновенный шарм».
Он разжимает пальцы, и тонкий кусок материи соскальзывает с моих плеч на футон. Загасив сигарету, я толкаю Орию на пол, стискивая его запястья.
Почему-то ему всегда куда больше нравилось, когда я бывал с ним груб, и он откровенно скучал, если я вёл себя иначе. Чтобы удовлетворить его, мне подчас приходилось изображать едва ли не опасного маньяка во время наших встреч. Нельзя сказать, что мне это не нравилось, однако я точно знал, что могу быть другим. К сожалению, другого меня, пусть и не отвергали, но воспринимали менее охотно.
В свете луны его кожа казалась молочно-белой. Блестящие густые волосы покрывали собой гладкие струганые доски пола. Если бы он родился женщиной, все красавицы Японии сдохли бы от зависти, клянусь Ками. В таком положении Ория казался совершенно беспомощным, и нестерпимое желание накрыло меня с головой. Я склонился над ним, жадно впиваясь в его в губы и с наслаждением встречая ответный поцелуй.
К тому времени мы были любовниками уже больше года, ухитряясь умело скрывать этот факт от знакомых, ибо мои родители точно сняли бы с меня голову, узнав о моих похождениях. И, разумеется, я не хотел разочаровывать Укё. Сложно сказать, как она восприняла бы эту новость.
Впрочем, думаю, она в какой-то момент начала догадываться, просто никогда не спрашивала.
А ещё полгода спустя я осознал, что впадаю в зависимость, сродни наркотической. Отношения с Орией приносили немыслимое наслаждение, но и изрядно выматывали. Я злился. На себя, разумеется. Я не хотел ни от кого зависеть, даже от очень опытного и хорошего любовника, не требующего никаких обязательств. Не знаю, как я поступил бы сейчас, но тогда мне проще было разрезать по живому и расстаться, чем позволить себе влипнуть ещё глубже, начав всецело принадлежать кому-то.
Ория всегда был удивительно спокоен. И когда я заявил, что собираюсь прекратить наши отношения, ибо они исчерпали себя, он сделал вид, будто поверил, но, похоже, сам факт моей лжи значительно охладил его чувства, и он не стал возражать.
После нашего разрыва Ория несколько раз присылал мне письма, но я так и не нашёлся, что ответить. В конце концов, он прекратил писать.
Между бывшими сокурсниками лет пять назад ходили слухи, будто он содержит какой-то сомнительный, но весьма доходный бизнес в Киото, доставшийся ему по наследству от отца.
«Сомнительный? — подумал я тогда про себя. — Что ж, значит, ему не приходится скучать. Ведь скука — это смерть. Всё остальное пережить можно».
Я твёрдо знал: Ория справится с любой ситуацией без каких-либо отрицательных последствий для себя. У него внутри — крепкий стальной стержень. За это я и был ему верен целых полтора года.
Комментарий к Глава 6. Слияние *Имеется в виду яблоня Холла – растение семейства Розовые от 2 до 5 метров в высоту, произрастающее в Китае и в Японии.
**Аналог игры в “салочки”.
Цель игры — при помощи пальцев делать из связанной в петлю веревки длиной 120 сантиметров фигуры определенной формы.
====== Глава 7. Расщепление ======
Прощаясь со мной на пороге «Чиисана Митака», леди Эшфорд сдержанно поблагодарила меня, сказав, что ничья помощь ей больше не потребуется, а потраченные на неё деньги она обязательно вернёт.
Я снова заметил, чтобы она не беспокоилась об этом, главное, поскорее решила свои трудности. Однако я отнюдь не был уверен, что подобного рода проблемы могли решиться скоро.
Разумеется, вернувшись к себе, первое, что я попытался сделать: спросить у амулета, кто эта женщина. Я особенно не рассчитывал на откровенный ответ. Так и вышло.
Всё, что удалось — получить ценный совет «держаться от неё подальше».
От этой шаблонной реплики, честно говоря, тошнило.
На вопрос о том, является ли Лилиан-сан действительно той, за кого себя выдаёт, амулет ударился в пространные рассуждения о генеалогии семьи Эшфордов, из которой, как я понял, совершенно не очевидно было даже, что нынешний потомок Уильям является родным сыном лорда Ральфа.
В конечном итоге я сделал вывод, что при нынешнем господстве рыночных отношений с амулетом за информацию надо чем-то расплачиваться.
Впрочем, достаточно было высказать подобное предположение вслух, и рубин оскорблённо ответил, что «в вопросе платы за магию хозяин и душа хранителя находятся в комплементарных взаимоотношениях, поэтому отдавать ничего не нужно».
Что за сволочная штука мне досталась! Пожелав амулету досрочно развалиться, выпустив душу Асато-сан на свободу, я лёг спать. Было уже два часа ночи, и я сильно подозревал, что после случившегося днём ничего воодушевляющего во сне увидеть не получится. И не ошибся.
Стоило погрузиться в сон, как я снова провалился в то жаркое, удушливое лето восемьдесят первого.
До печальных событий в доме, до дня предательства Саки оставался ровно месяц…
Тяжело дышать. Правая щека онемела, и пальцы почти ничего не чувствуют. Если б удалось хоть немного изменить позу… Но это трудно.