— Ох, Сейитиро, — глаза Ватари за стёклами очков испуганно расширились. — По заданию Энмы-Дай-О-сама именно я должен вернуть Цузуки, ведь по моей вине он попал в прошлое. Ну, или в другой мир.
— Другой мир? — удивился я. — О чём ты?
Ватари замялся, потом заговорил снова:
— «Чёрные дыры» и будущее, оставшееся неизменным, навели меня на мысль, что побочным действием использования машины, видимо, стало образование второго мира, параллельного нашему. Именно там Цузуки изменил будущее, а здесь всё осталось по-прежнему, как видишь.
Фантастические домыслы Ватари меня не впечатлили. Впрочем, я и не поверил в них. Меня интересовало не количество миров, а нечто другое.
— Не важно, два мира образовалось или двести два, но если твой древний пылесос заработает…
— Это не пылесос, а прибор, отвечающий за перемещения в пространственно-временном континууме! — возмутился Ватари, но я его снова перебил.
— Мне безразлично, как называется этот образец бытовой техники прошлого века. Я хочу найти Цузуки сам. Понимаешь?
— Прекрасно понимаю, — криво усмехнулся Ватари. — Я ж не слепой.
— Тогда обещай!
Ютака поклялся, что никому, кроме меня, не позволит пойти в прошлое за Цузуки, и он сдержал слово. Рискуя быть наказанным за неподчинение приказу Энмы-Дай-О-сама, Ватари тайно сообщил о том, что машина достигла максимального заряда и готова к использованию. Он честно предупредил, что для меня это путешествие тоже может оказаться дорогой в один конец, ибо совершенства конструкции ему добиться так и не удалось. Скорее всего, прибор не выдержит максимального напряжения и сразу после моего перемещения будет разрушен, а я останусь в прошлом навсегда. Я был согласен на всё, лишь бы снова увидеть Цузуки.
Это случилось 11 октября 2007 года. В два часа ночи Ватари набрал на странном пульте управления, напоминающем хрустальный шар гадалки, дату «1 июля 1981 года», и ослепительной вспышкой света меня выбросило в октябрь 1992 года в Макухари к воротам дома родителей Мураки…
Нет! Всё было иначе.
Внутри сознания неожиданно распахнулась некая запертая дверь, и я шагнул в неё.
Я очнулся на газоне, заросшем крупными мальвами. Надо мной шумели листья гинкго.
Молодая женщина с ярко-фиолетовыми глазами, в точности такими, как у Цузуки, занесла надо мной серебряный кинжал, целя в горло. Я быстро вызвал Тени, и они, обвив её пальцы, не позволили ей ударить меня.
Но в следующую секунду произошло непредвиденное: Тени с надрывно-болезненным всхлипом вытянулись, расширились, превратившись в непроглядную тьму, заслонившую мир и поглотившую нас обоих.
Красивая девушка стояла бок о бок со мной, прижавшись спиной к стене подземелья, из центра её груди сочился ярко-фиолетовый свет, позволяя увидеть происходящее в нескольких дзё от нас. Из чёрного провала напротив неторопливо выбирались чудища, от облика которых кровь стыла в жилах. Я не помнил своего имени и не соображал, почему очутился тут. Для меня существовала лишь холодная стена, девушка и уродливые монстры с длиннющими клювами, увенчанными костяными наростами. Кожистые крылья существ подпирали потолок подземелья, когти скребли по полу. Бежать было некуда. С трёх сторон нас окружали стены, с четвёртой подбиралась смерть.
— Не шевелись, — тихо произнесла незнакомка. — Я пытаюсь открыть проход. Я защищу тебя. Не бойся.
Семь мерзких созданий выстроились перед нами полукругом, отрезая последнюю надежду сбежать.
— Я и не боюсь. Прячься за моей спиной!
Девушка удивлённо покосилась на меня и схватилась за источник света на своей груди — трёхгранный кинжал с аметистом на рукояти. Стена позади нас мгновенно исчезла.
— Беги первым! — крикнула незнакомка. — Я тебя прикрою!
— Только вместе!
Она с силой впихнула меня в открывшийся тоннель:
— Беги, иначе орнитохейры проглотят тебя! Эти семеро точно не питаются рыбой! А меня они не тронут.
Без лишних слов я схватил её за руку и потащил за собой. Сзади слышался противный клёкот. Чудища ломились следом, обрушивая потолок и стены тоннеля. Сверху на наши головы беспрерывно сыпались комья земли, мох и камни.
— Отпусти! — вырывалась девушка. — Я могу сама передвигаться!
— Учитывая, кто нас догоняет, мы оба можем вскоре лишиться этой способности!
— Не могу бежать так быстро! Оставь меня, я тебя потом догоню!