Мураки-сан спрашивал, нравятся ли мне стихи? Я говорил, что они мне безразличны, а потом и вовсе перестал отвечать. Я не видел смысла в наших разговорах и попытках вызвать во мне эмоции. Юкитака-сан пытался вывести меня из этого состояния, но потерпел поражение и вскоре перестал стараться.
Тем не менее, несмотря на то, что я ничего не отвечал, Мураки-сан по-прежнему разговаривал со мной. Я догадывался, что в его клинике были и другие пациенты, но я не стремился их увидеть, да и доктор не хотел, чтобы они видели меня. Он предпочитал ухаживать за мной самостоятельно. Сам менял бельё на постели, приносил свежие пижамы, убирал в комнате, грел для меня воду. Один раз в комнату заглянула пожилая женщина, похожая на медсестру, но доктор резко приказал ей выйти и больше не появляться.
— Этот пациент находится под моим присмотром! Им занимаюсь только я. Для остальных эта комната закрыта, — и выпроводил женщину вон.
Наверное, из-за моего безучастного вида, сенсей решил, что меня опасаться нечего. Он делился со мной своими планами. Я слушал рассказы о ходе его опытов по регенерации клеток. Иногда Мураки-сан был доволен, иногда расстроен, иногда откровенно зол, и тогда я точно мог сказать, что день у него сложился неудачно.
— Твоя кровь обладает удивительной силой, — признавался Юкитака-сенсей, — она залечивает любые раны, нарывы и язвы. Теоретически, будучи пущенной в кровоток другого человека, она может заставить чужие клетки мутировать, и другой организм станет подобным тебе. Однако проблема в том, что далеко не в каждом организме твоя кровь приживётся. Для большинства людей она станет ядом. А я хочу добиться бессмертия. Для себя, в первую очередь. Я это заслужил. Кроме того, когда-то давно я потерял сына. Он погиб ужасной смертью вместе с моей первой женой. Насколько я успел выяснить, твоя кровь отлично подходит для проведения магических ритуалов. С её помощью, вычислив нужный день, я верну назад душу моего мальчика, создав для него гораздо лучшее тело.
«Нет, — мысленно возражал ему я, — мёртвых нельзя воскресить. Даже с помощью моей крови, иначе Ру-тян и мама ожили бы. Вы никогда не вернёте вашего сына».
Но вслух я ничего не сказал.
Юкитака-сан регулярно забирал у меня кровь, и я не сопротивлялся. Каждый его новый опыт приближал мою желанную кончину.
Я по-прежнему отказывался от еды, воды и сна, но не умирал. Вскоре я понял, в чём дело: доктор и не стремится меня убить.
Однажды утром он явился ко мне и начал вдохновенно расписывать, как прекрасно распродаются микстуры, порошки и мази с добавлением моей крови, как замечательно они излечивают от различных болезней и поднимают на ноги смертельно раненых.
— У меня столько заказов! Я скоро стану самым богатым человеком в мире. Жаль, твою кровь нельзя выкачивать бесконечно. Из-за того, что ты, упрямец, не ешь, не пьёшь, не спишь и отказываешься от капельниц, мне приходится ограничивать потребности других. Несмотря на это, мои исследования за прошедшие годы продвинулись далеко вперёд. Никто не встанет на моём пути, даже тот хитрец, столько лет пытавшийся завладеть тобой. К счастью, я вовремя успел закрыть тебя от его влияния. Вот что помогло мне спрятать твою ауру от его вездесущих глаз, — и Юкитака-сенсей продемонстрировал смутно знакомый талисман на чёрном шнурке. — Я обнаружил этот артефакт в Коива неподалёку от того места, где некогда полицейские подобрали тебя. Интересно, кто сделал его? Впрочем, не важно. Я соединил его силу со своим заклинанием. Чем-то пожертвовать, конечно, пришлось. Бедняга, ты в результате стал совсем бесчувственным. Зато ты точно никуда не сбежишь, — он ласково провёл рукой по моим волосам. — Надеюсь, ты рад быть полезным мне?
Я смотрел на амулет, смутно припоминая… И вдруг по сердцу словно лезвием полоснуло! Анэсан! О боги… С огромным трудом приподняв руку, почти не повиновавшуюся мне, я прошептал:
— Отдайте…
Мураки-сама удивлённо посмотрел на меня, ведь я снова заговорил впервые за долгое время.
— Он так важен для тебя?
Я кивнул.
— Хорошо. Позже верну.
— Ког…да?
— Сначала воскрешу своего сына и стану бессмертным. А затем ты получишь назад свой кусок янтаря, милый демон. Что? — рассмеялся Мураки-сан, увидев мою реакцию на его последние слова. — Не догадывался? Неужели? Я тщательно обследовал тебя в течение пяти лет. Ты не вполне человек, koi. Впрочем, нет. Всё гораздо интереснее. Клетки твоего тела и внутренних органов стопроцентно человеческие. Я вводил тебе наркоз и проверял. Твои печень, сердце, лёгкие, почки ничем не отличаются от тех же органов обычных людей. Резать тебя, отмечу, крайне неудобно. Ткани заживают слишком быстро. Трепанация черепа меня вымотала. Но зато я выяснил, что и клетки мозга у тебя идентичны человеческим. А вот с лимфоцитами беда. Они разительно отличаются от того, что я привык наблюдать. Выходит, только твоя кровь и дарит тебе способности к ускоренной регенерации, хотя я до сих пор не могу понять, как она взаимодействует с организмом, не вызывая отторжения? Это загадка, над которой я безуспешно бьюсь. Если бы разгадал её, давно обрёл бы бессмертие. Увы, меня преследуют неудачи. Однако пока я не раскрою эту тайну, обещаю, ты не умрёшь. Я буду оберегать тебя. Я вычислил, сколько крови ежедневно у тебя можно забирать, чтобы ты не скончался.
Равнодушию пришёл конец. Собрав остатки воли, я решил приложить все усилия, чтобы прекратить своё бессмысленное существование.
Я стал ежедневно выбираться из своего заточения, выламывая дверь вместе с замком, вырывал у визжащих от страха незнакомых мужчин и женщин, находившихся в соседних комнатах, предметы с острыми краями, вонзал их себе в горло, резал запястья.
Когда же в очередной раз услышал от кого-то из пациентов: «Да у него глаза демона!», досталось и глазам. Я ненавидел этот цвет. Если бы он был иным, вся моя жизнь сложилась бы иначе.
Меня ловили и водворяли обратно. Я терял сознание, снова приходил в себя, опять ломал дверь, ища новый способ выпустить свою проклятую кровь наружу.
После очередной моей попытки умереть Юкитаки-сенсей прочёл гневную лекцию о том, какой я эгоист.
«Если твоя собственная жизнь не задалась, — кричал он, — не лучше ли послужить на пользу другим, а не бездарно тратить бесценный материал?!»
Да, верно. Я никогда не являлся человеком. Разве что для своей семьи. Для других я был «демоном» или «материалом», не более.
С некоторых пор насмешливый голос, советовавший мне покончить с собой, снова появился в сознании, подстёгивая стремление уйти за пределы мира, напоминая обо всех, кого я потерял или уничтожил.
Невидимый Владыка Тьмы был прав. Как демоническая кровь может помогать людям? Она отравит их. Все станут такими, как я. Нет, пусть лучше умрут!
Вскоре я стал замечать, что мои раны заживают не так быстро, как раньше. Сенсею приходилось накладывать повязки. Порезы затягивались лишь спустя несколько часов или даже дней. У меня появилась надежда. Но доктор не желал терять свой источник доходов и будущего бессмертия.
Однажды он пришёл ко мне со шприцем, наполненным серебристой жидкостью, и сказал: